Чародей [CИ]

Ясинский Анджей

Сзади тихо выматерился Кирин, Дорникус шумно вздохнул. То, что он увидел, не лезло ни в какие рамки. Боркус продолжал дышать ровно и спокойно.

— М-да… Жаль, не узнаю, какие ощущения были у вашего гнома… Боркуса или как там его. Так! — Никос развернулся, посмотрел на замерших истуканами охотников и вдруг улыбнулся. 'А улыбка у него хорошая', — мельком подумал Дорникус. — Приступайте к работе. Через час жду с отчетом в моей комнате. — Он развернулся, и вышел за порог. Забытый посох вдруг встрепенулся и медленно выплыл вслед за искусником.

Дорникус и Кирин посмотрели друг на друга и не нашли, что сказать. Наконец Дорникус вздохнул, сильно потер лицо руками и произнес:

— Давай за дело. Посмотрим, что из всего этого получится.

==Глава 4==

==Ник==

Город

мы покинули довольно шустро и без особых проблем. "Охотники за головами" все быстро организовали: достали и лошадей, и еду. Потом мы довольно долго петляли по улочкам, выбираясь к окраинам города. Стражников вокруг становилось все больше — то ли компенсировалось отсутствие защитной стены, то ли просто районы такие были. Я накинул на всех полог невидимости, и на нас не обращали внимания. Забавно: скрыт имеет некоторые очевидные преимущества перед хамелеонной маскировкой, которое используют искусники, по крайней мере, на близком расстоянии. Он действует на мозг окружающих, и они не замечают не только тебя самого, но и исходящие от тебя звуки. Не все, конечно: есть довольно большой процент чувствительных людей, которые смутно ощущают какую-то неправильность в происходящем, ну а магам — тем более не помеха. Но — тем не менее. Естественно, охотники не понимали суть происходившего и сначала напрягались при появлении стражи, но потом привыкли. Тот охотник, которому я восстановил ноги, еще не пришел до конца в себя, и его пришлось вести и сажать на лошадь, а потом поддерживать. Меня это беспокоило, но не настолько, чтобы разбираться, что же я сделал не так. Для начала необходимо срочно покинуть этот гостеприимный город. Жаль, конечно, мне он понравился. Да и с культурным отдыхом как-то не заладилось. Ну да ладно, не последний день живу, в другой раз успею на достопримечательности местные насмотреться. Так сказать, впитать новые визуальные впечатления. С охотниками я решил особо не церемониться — потом определимся со статусами в спокойной обстановке. Пока я просто предупредил их, чтоб от меня особо не удалялись, иначе будет плохо. Дорникус невозмутимо выслушал и кивнул. Кирин — заметно пересиливая себя, злобно сверкнул глазами, но тут же, спохватившись, отвернулся и пробурчал, что понял.

Сильнее меня беспокоила Карина — она так еще и не пришла в себя. Пришлось посадить ее перед собой, обняв за пояс и на всякий случай закрепив нашу не слишком устойчивую конструкцию силовыми лентами. Все время до вечернего привала я постоянно массировал ауру девушки, приводил ее в порядок, хотя особых повреждений не наблюдалось. Что с ней произошло, я так и не понял, но решил, что некоторая перестраховка не повредит. Все-таки развеять те черные "лапы" даже с помощью Драко и Шустрика мне было совсем нелегко. Главное — чтобы ее психика не сдвинулась от пережитого. Кирин, хоть и не смирившийся с поражением, поручение выполнил. Пока Дорникус искал лошадей, он прошвырнулся по городу, собрал информацию и принес ее в клювике мне. Итак, в городе возникли некоторые волнения, стража активизировалась, хотя и сама не понимала, кого искать. В общем, во избежание дальнейших недоразумений, я решил перебраться куда-нибудь подальше от места событий.

==Дорникус==

Тихо потрескивал костер, разбрасывая искры. В видавшем виды котелке с помятыми боками побулькивало варево с целительскими травами. Дорникус обернул руку тряпкой, снял котелок с огня и отставил в сторону, чтобы настаивалось. Затем подоткнул одеяло под Боркусом, под конец путешествия снова провалившимся в горячечный бред, но, наконец, уснувшим. Сел к огню и глянул на Кирина. Тот, обхватив колени, не сводил немигающего взгляда с небольшой и какой-то неестественно-игрушечной избушки, выросшей на месте их стоянки. Дорникус про себя хмыкнул. Он сам только-только отошел от увиденного, а взломщик все еще пребывал в шоковом состоянии. Что и говорить — бывшая их жертва охоты, вне всяких сомнений — искусник, в очередной раз заставил их почувствовать себя не бывалыми и уверенными охотниками за головами, а маленькими, беспомощными детьми.

Удалившись от города на пару лиг и найдя удобное для стоянки место, Никос, как он представился охотникам, скомандовал привал и распорядился обустраиваться. Сам же прошел дальше, воткнул в землю палку, в которой

Дорникус не сразу определил искусный жезл, и отошел. И тут случилось то, что и повергло их в шок. Буквально за несколько секунд на месте жезла появилась вот эта избушка. Никос подхватил чародейку и скрылся с нею в домике. И пока оттуда не появлялся. Все же они правильно решили тогда его дождаться. В принципе, они обсуждали возможность найти в Тарфее другого искусника или чародея, чтобы он снял с них удавки, а потом убраться подальше. Но, хорошенько подумав, все же не решились. Вряд ли в заштатном городишке найдется тот, кто сможет снять поводок, да еще и Боркуса бросать не хотелось. Вернее, даже вопроса такого не стояло. А после того, как Никос восстановил (слово "исцелил" как-то тут слабо подходило) ему ноги, подобные мысли стали казаться просто смешными. А сейчас уж и подавно.

— Иди, позови Никоса. Пусть посмотрит Боркуса, — сказал он Кирину. Не для того, чтобы тот действительно это сделал, а просто чтобы пришел в себя. Что и случилось.

— Нет, командир! — Кирин обмяк фигурой и повернулся к костру.

— Почему?

— Потому! Не нравится он мне! Вот скажи, что будет, если я свой нож метну ему в горло? — с этими словами Кирин продемонстрировал нож, блеснувший красным в свете костра.

— Я думаю, нож полетит вперед, потом по дуге развернется и воткнется тебе прямо в задницу! — пошутил Дорникус, но взломщик не сменил хмурого выражения лица.

— Вот поэтому он мне и не нравится! Человек не должен быть таким… — Кирин замялся, подыскивая подходящее слово, — неуязвимым! Ты же видишь — он нас за людей не считает!

— За противников не считает! — поправил его командир. — Это другое! Ладно, я сам спрошу.

Дойдя до крылечка и безрезультатно подергав дверь, Дорникус обернулся и невесело ухмыльнулся:

— Да уж… Попали мы… Надо было послушаться Боркуса и не лезть в это дело.

— Не буянь там, командир — а то только разозлишь его понапрасну. Вроде, время еще терпит… Давай, что ли, перекусим пока, — и Кирин, подтянув к себе переметную сумку, начал доставать из нее продукты, которые они успели захватить в городе.

Дорникус кивнул и расстелил рядом тряпку, куда Кирин и стал выкладывать продукты.

— Примете в компанию? — неожиданно из темноты появился Никос и устало присел рядом. Кирин от неожиданности аж подпрыгнул и отодвинулся дальше.

— У нас есть выбор? — Дорникус лишь на мгновение замер и тут же продолжил раскладывать еду.

— Только не надо обижаться и выставлять меня злодеем. С моей точки зрения, это вы — бандиты. Ни с того, ни с сего напали, пытались захватить. Как мне еще с вами себя вести?

Дорникус опустил голову. Все так. Еще неизвестно, как бы он сам поступил на месте Никоса. Закончив с сервировкой "стола", он махнул на него рукой, мол, "прошу". Никос не заставил себя уговаривать, схватил горбушку хлеба, кусок мяса и вцепился в них зубами. Понаблюдав за ним некоторое время, его примеру последовали и охотники.

Утолив первый голод, Никос откинулся назад и сделал глоток из фляги. Дорникус замер и пригляделся — уж в очень неудобной позе сидел искусник, будто опираясь на спинку стула, но ничего не увидел. Вздохнув про себя, он тоже отпил из своей фляжки.

— Давайте, что ли, знакомиться, — произнес Никос. — Только уже по-настоящему. Я — Никос Курагендариус Исис. Мейх. Путешествую со своей подругой, чародейкой Кариной. Вы кто?

Дорникус немного помолчал, катая на языке слово "мейх". Теперь, в принципе, стали понятны странности в Никосе и почему за него объявлена награда. Мейхи существовали в давние времена, не как какая-то раса или народность, а вот как сейчас искусники или чародеи. Дорникусу в свое время удалось получить кое-какое образование, и книжки он читал. Из прочитанного он помнил, что мейхи по своим возможностям были неким сплавом Искусства и Чародейства. И естественно, как все в древности, они были сильнее, могущественнее, умнее. Тогда он только усмехнулся, читая об их возможностях, считая (и справедливо, как он полагал), что человеку свойственно преувеличивать. Но сейчас уже не был так уверен в своем скепсисе. И имя у него необычное. С одного из древних языков, нигде не используемого, но из которого пошли почти все современные имена аристократов, "курагендариус" означает что-то вроде управленца или администратора, а "исис" — "корень". Странное сочетание.