Чародей раскованный
Шрифт:
— А благословение полей, разве посевам грозит опасность?
— О, нет — рассмеялся старый священник. — Я понимаю о чем вы думаете, но не беспокойтесь, отец, вы долго путешествовали, и вам нужно отдохнуть. Нет, это обычное благословение, без которого поля дадут едва ли половину всего зерна.
— Конечно, — улыбнулся отец Ал. — Ну, никогда не вредно убедится. Вы ведь пошлете за мной, если я вам понадоблюсь?
— Не сомневайтесь, пошлю — но, думаю, не понадобитесь. Располагайтесь у меня в доме и спокойно пользуйтесь всем, что найдете в кладовой.
— Он так и сделает, — заметил отец Ал, когда все смотрели вслед старику, который удалялся по-юношески широким шагом. — В конце концов, магия здесь действует.
— Мелкая магия, — согласился Род, — обыденная. Деревенский священник здесь, кажется, является мирским магом. Как это вписывается в ваши теории, отец?
— Идеально. Как я упоминал, я постулирую три источника Силы, и один из них Божественный, хотя мне представляется, что некоторые из его чар вызваны скорее «светской», безличной магией, чем Божьей Силой. Вполне возможно, что для поступления в семинарию, требуются определенные магические способности.
— Вероятно, — согласился Род. — Но, несмотря на способности этого старика, думаю нам лучше не трогать его пищи. — Он повернулся к детям. Магнус и Джеф вот-вот дойдут до полного изнеможения. — Как по-твоему, Магнус, сколько еды ты сможешь найти сам?
Магнус вытащил из-за спины зайца.
— Я проголодался, папа.
— Я тоже. — Корделия протянула полный передник птичьих яиц и ягод.
— Вот что хорошо в детях — они не упустят из виду важных вещей, — заметил отцу Алу Род.
— Что ты скажешь, если за сковородку возьмусь я, Гвен? Ты выглядишь уставшей.
— Да, но я хочу поесть до полудня. — Гвен схватила зайца и прошмыгнула мимо него в дом священника. — Идем, Корделия. У нас не менее важная задача, чем решать судьбы мира.
Род присел на завалинку, когда за дамами закрылась дверь.
— Магнус, займи брата до завтрака, чтоб он не заснул.
— А чем заняться, папа?
— О, не знаю... пойдите поиграйте в пятнашки с волком или еще во что-нибудь. Э, отменяю эту команду, — быстро добавил он, увидев, как загорелись глаза у Магнуса. — Не надо проявлять жесткость к животным. Пойди срежь пару ивовых веток и потренируй его в фехтовании, он немного медлит при ответных выпадах.
— Как пожелаешь, папа, — буркнул удрученный Магнус. — Пошли, Джефри.
— И оставайтесь там, где мне вас видно!
Магнус издал вздох мученика.
— Останемся.
— Вы действительно тревожились больше за волка, чем за них? — спросил отец Ал, садясь рядом с Родом.
— Не совсем, — признался Род, — но я видел, как Магнус довел волка до умопомешательства. Он исчезает как раз перед тем, как волк доберется до него, и снова выскакивает позади зверя. Однажды я видел, как он заставил волка гоняться за собственным хвостом.
Отец Ал удивленно покачал головой.
— Думается, я начинаю понимать, почему вы так легко приспособились к миру магии.
— Дети поддерживают у человека гибкость ума, — признался Род.
— Достаточно
— О, тут большого вопроса не возникает. Зачем нужно придумывать удобрения, когда средний приходский священник может сделать то же самое с помощью благословения?
Отец Ал кивнул.
— Мне надо будет выудить у него слова молитв, посмотреть, действует молитва или заговор?
— Для того, чтобы узнать, какая тут существует Сила?
Отец Ал кивнул.
— Увеличение урожайности не совсем то, что мы подразумевали под «маленькими чудесами, происходящими повсюду».
— Вроде медицинской технологии? Похоже он может лечить артрит, хотя и не знает его под таким названием. Больших успехов не добиться и нашим врачам. Как мне кажется, то же самое происходит во всех областях технологии.
Отец Ал снова кивнул:
— Кузнецы создают закаленные сплавы, заговаривая металл, когда куют его; повозки плавно катят, опираясь на смягчающие чары вместо стальных рессор. Наверно, даже влекомые чарами корабли связываются с берегами посредством хрустальных шаров... Да зачем утруждать себя изобретением, чего бы то ни было?
— Но, — указал Род, — маги встречаются редко, средний человек не может позволить себе боевых чар, поэтому военная сила осталась монополией аристократии. А это значит...
— Что политическая система осталась, по существу, феодальной. — Лицо отца Ала посуровело. — Хотя при кудесниках, обеспечивающих королей средствами связи и даже данными разведки, есть возможность возникновения централизованного правительства.
— Но не абсолютического, — заметил Род. — Бороны тоже могут достать себе кудесников. Поэтому они рассматривают себя, как «христианский мир» в такой же степени, как отдельные страны.
— Большого национализма не наблюдается, — согласился отец Ал. — Но как же колонизировали Новый Свет?
Род пожал плечами.
— Не проблема. Колумб приплыл туда вскоре после войны Алой и Белой Роз, а они устроили колонию еще до него. Раз им помогло волшебство, у них не должно было возникнуть больших хлопот со «скрелингами».
— Да, с индейцами. Как я замечаю большинство здешних жителей менее бледные, чем североевропейцы данного периода.
— Вероятно, гибриды. А с добавлением магии их шаманов, коллекция магии получится очень разнообразной. В их характерах есть доля меркантилизма. Как же получилось, что не выросло никакого среднего класса?
— Вероятно вырос, до определенной степени. Но короли и бароны скорее всего доверяли сбор денежных средств своим советникам-кудесникам, которые будучи, по всей вероятности, простого происхождения, участвовали за них в торговле. Нет, полагаю торговые магнаты тут были магнатами. А так как возвысились они не благодаря торговле, то и не нажимали особо усердно на ее развитие.
Род развел руками.
— Но — пятнадцать столетий! Может ли на самом деле общество так долго протянуть без изменений?