Чародей раскованный
Шрифт:
Аббат, все еще дрожа, посмотрел на него. А затем медленно кивнул.
— Да, должен признать, оплошность допустили обе стороны.
Теперь лицо отца Ала смягчилось, выразив печальное сочувствие.
— Милорд — вы же катодианец; и знаете о Финале.
Аббат сник.
— Да, поистине, поистине! — Он вздохнул и выпрямился в седле. — Ну, мы должны обратить противоречивость против самого себя, не так ли? И почему, скажите мне, отец, почему приказывает через вас Его Светлейшество.
— Нельзя ли нам переговорить в сторонке, милорд?
— Если
Туан нахмурился.
— Кто этот бритоголовый, которого вы привезли к нам, лорд Чародей?
— Честный и добрый человек, — поспешно заверил Род. — Если б не он, я бы по-прежнему находился... Там, где был или на том свете.
Туан кивнул:
— Поручительство его удовлетворило. И все ж, добрый он иль нет при столь жестокой ссоре, не дает полной уверенности того, что он не повернет против тебя.
— Да, — медленно проговорил Род. — Нельзя.
— Так я и думал.
Туан расправил плечи и сел на коне прямее.
— Скоро мы это узнаем. Они идут на переговоры.
Он коснулся шпорами боков коня и выехал навстречу, шагавшему к нему лорду Аббату. Векс пошел за ним. Неподалеку от Аббата, Туан соскочил наземь.
Хороший штрих, — подумал Род. Если смотришь на своего оппонента сверху вниз, то нет никакой надежды на примирение. И соответственно тоже спешился.
— Ну, милорд Аббат, — обратился Туан. — Вмешались небеса и сорвали эту битву в тот момент, когда смертные сочли бы, что делать это чересчур поздно. Нельзя ли нам с вами отыскать теперь какой-то способ сохранить этот дар мира?
Аббат стоял бледный и осунувшийся, но плотно сжав губы в твердой решимости.
— Если вы того желаете, ваше величество, то я не против такой попытки. Все же мы должны глубоко подумать.
— Я подумаю, — пообещал Туан. — Говорите.
Аббат сделал глубокий вдох.
— Мы должны считать, что Церковь и Государство должны быть разделены в своей власти и обязанностях.
Туан моргнул. А затем, медленно склонил голову.
— Все, как вы говорите, милорд. Признаю это неохотно, но мы должны согласиться с данным принципом. Мы не можем притязать на власть в духовных делах.
На сей раз моргнул Аббат, он никак не ожидал столь любезного ответа.
— Признаться я весьма рад слышать подобные слова Вашего Величества. Соответственно, следуя этому принципу, мы должны признать, что святая матерь Церковь не может притязать на власть в распределении государственных средств.
Туан стоял не двигаясь. Затем медленно кивнул.
— Все, как вы говорите, милорд, и все же, надеюсь, мы сможем полагаться на ваш добрый совет, особенно в отношении тех областей в наших владениях, чьи потребности удовлетворяются не в полной мере.
— Да, конечно, поистине, поистине! — воскликнул пораженный Аббат. — Мои советы — ваши, когда ни пожелаете! И все же... —
— По сему поводу у нас с королевой вышел долгий разговор, лорд Аббат, вы понимаете, что для нас уступить такую власть весьма тяжело.
Лицо Аббата посуровело.
Неохотно, — подумал Род.
— И все же, — продолжал Туан. — Если учесть наше согласие с провозглашенным вами принципом разделения, то ясное дело, никаких сомнений быть не может. Назначение клира должно находиться в ваших руках, отныне мы не желаем иметь к нему ни какого касательства.
Аббат уставился на него, потеряв дар речи.
— Мы бы просили вас помнить свою клятву, — добавил несколько резко Туан, — уведомлять нас, где и когда не хватает помощи беднякам, и предоставлять нам на рассмотрение все проблемы, касающиеся заботы о нуждающихся и способы лучшего их разрешения.
— Всей душой! — воскликнул Аббат. — Будьте уверены, я порекомендую вам все полезные знания, кои мы приобрели, и все идеи, которые у нас возникнут! В самом деле, я велю своей братии поразмыслить о таких средствах, как только снова прибуду в свое аббатство!
— О, полно, не торопитесь! — возразил Туан. — Все же, если вы готовы...
Было еще много в том же духе; практически они поклялись тут же начать совместную кампанию против несправедливости и нищеты. И, после того, как Аббат, светясь от добрых намерений, исчез в рядах собственного войска, Туан насел на Рода.
— И так, Чародей! Каким волшебством ты вызвал сию смену погоды?
— Да, я не имел никакого отношения к этому, — добродетельно открестился Род. — За исключением того, что привез сюда отца Ювэлла. Ладно, отец, выкладывайте, — крикнул Род, перекрывая рев реактивных двигателей Векса.
— Да, бросьте вы! — прокричал в ответ отец Ал. — Неужели я не могу сослаться на профессиональную привилегию?
— Вы показали ему то послание от папы, не так ли? И он узнал подпись!
— Нет, но Печать он знал. Помимо этого, я всего-навсего объяснил политику святого отца в вопросе отношений между Церковью и Государством.
— Которую он и воспринял со всей точностью, — кивнул Род. — Но я не ожидал, что он настолько быстро уступит. Как вы этою добились?
Отец Ал пожал плечами.
— Главную роль тут, вероятно, сыграл шок. Они более пятисот лет не получали ни слова из Рима.
ГЛАВА 26
Наконец, он смог закрыть дверь в спальне (новшество на Грамарие) и снять с себя камзол.
— Что случилось с детьми?
— Да ничего, по-моему, — ответила с подушки Гвен. — Они весь день вели себя прекрасно!
— Именно это я и имел в виду. Что с ними стряслось?
— О, — она с кошачьей грацией перекатилась на бок. — Они боятся, что ты услышишь их мысли.