Чародей. Том 2
Шрифт:
В словах лоцмана был резон. Командир наморщил лоб, но не нашелся что еще сказать. Впрочем, лодки уже подошли совсем близко к берегу и стало не до разговоров – пора начинать разгрузку.
Дорникус
Местность и в самом деле начала понижаться: гигантские валуны остались позади, лошади все чаще ступали по земле, а не по камню. Путники даже ухитрились в одной точке добраться до воды, наполнить пустые бурдюки и наконец напоить лошадей. По прикидкам Боркуса до Оробоса оставалось уже не так далеко – не больше двух дней пути.
Вдалеке показалась группа всадников, которые тоже заметили троих путников и устремились им навстречу.
– Командир? – обратился Кирин, придерживая своего жеребца.
– Похоже, все-таки довелось нам свидеться с лодочниками, – вздохнул Дорникус. – Что ж, едем как ехали. Может, расспросят да и отстанут. Но на всякий случай приготовьтесь.
– Драпать или мочить? – деловито поинтересовался Боркус.
– По обстоятельствам, – пожал плечами командир и достал из мешка искусные амулеты.
«Огненный шквал» зажал в левой руке – отличная штука, если бы не приходилось экономить заряды. «Вырубатель» пристроил на седле так, чтобы был рядом, но в глаза не бросался. «Кокон тишины» помимо своей основной функции давал в бою хорошую защиту от стрел, жаль только, разворачивается достаточно долго. Увы, но запускать его сразу не стоило. После некоторого размышления Дорникус цепочкой привязал амулет к запястью: успеет активировать – хорошо, нет – значит, нет.
Боркус ослабил петлю на секире, что висела притороченная к седлу. Теперь в случае чего ее легко можно схватить и использовать по назначению. Только Кирин не сделал ничего: кинжал у него и так на поясе под рукой, метательные ножи всегда готовы к бою. Впрочем, Дорникус считал, что оружие не понадобится: они путешественники, едут по своим делам, никого не трогают. И больших ценностей у них с собой нет… По крайней мере, на виду.
Всадники явно спешили и подъехали уже совсем близко. Все как один рослые и крепкие мужчины. По взглядам, по повадкам, по выправке явно читалась военная школа. Только один из них выбивался из общей компании – щуплый, без оружия, закутанный в простой дорожный плащ. «Наверное, чародей», – прикинул про себя командир охотников за головами и погладил «вырубатель».
Самый рослый мужик с черной курчавой бородой натянул поводья и зычно скомандовал:
– Стойте где стоите! Кто такие, куда направляетесь?
Дорникус тоже придержал своего коня:
– Путешественники. Держим путь в Оробос по личной надобности. – И с легким вызовом добавил: – Сами-то вы кто будете?
– Те, кому отвечать надо быстро и по делу! – рассердился мужик и рукой подал знак своим людям.
Трое воинов сейчас же выхватили из-за спин луки и натянули тетивы. Прочие даже не притронулись к оружию. Простая демонстрация силы, ничего опасного. Бородач, выждав мгновение, чтобы до троицы хорошенько дошло, кто здесь хозяин, продолжил:
– Еще раз! Кто, куда и откуда?
Дорникус примирительно показал пустые ладони:
– Дорникус из рода эль Таво. Возвращаюсь домой.
– Что-то не похож ты на благородного! – не поверил здоровяк, хотя тон его явно изменился в лучшую сторону. – А эти кто? – уточнил он, ткнув пальцем в других охотников за головами.
– Боркус,
– Почему скачете не по караванной дороге?
– Отвык от седла, натер с непривычки! – улыбнулся Дорникус. – Надеюсь пересесть на какое-нибудь попутное судно.
– Встретили кого-нибудь по дороге?
– Только пару охотников: отец с сыном. А больше никого. Места дикие, безлюдные.
Бородач явно пребывал в раздумьях. Покосился на невозмутимое лицо худосочного мужика в плаще и, не дождавшись от него подсказки, распорядился:
– Поедете с нами в лагерь, покажу вас командиру. Поедите, попьете, может, о лодке договоритесь.
– Просто чудесно, – жизнерадостно согласился Дорникус, тем более что особого выбора у него не было.
Луки исчезли, колонна стала разворачиваться, бородатый здоровяк достал из кармана какую-то вещицу и что-то зашептал в нее. Очевидно, стал докладывать своим.
Дорникус уже собрался незаметно убрать «вырубатель» – вроде все в порядке. Неожиданно Кирин стал подавать жестами сигналы: «Опасность! Враги! Боевая готовность!» Поразмышлять на тему, что смутило взломщика, командир тройки наемников не успел. События сейчас же закрутились вихрем. Не только свои увидели и поняли сигналы Кирина. Один из воинов бородача перехватил послание и заорал:
– Тревога! К оружию!
В следующий миг он забулькал и повалился с коня, когда нож Кирина вошел ему точнехонько в горло. Второй нож – с эффектом против магов и чародеев – взломщик не пожалел для вражеского командира. Лезвие по самую рукоять вошло ему промеж лопаток и зашкварчало в ране, попросту не заметив железного панциря на своем пути. Бородач молча повалился на шею своего скакуна. Дорникус среагировал моментально, но потратил первые мгновения, чтобы сразу вырубить чародея, если это действительно он. Ошибиться или полагаться на авось в этом деле недопустимо: бодрствующий чародей – это гарантированная смерть. Вид бесчувственного мужичка в плаще вселял определенную надежду на хороший финал, если, конечно, у нападающих нет амулетов.
Дорникус выпустил из рук «вырубатель». Его он подберет потом, если жив будет. «Последний заряд остался», – пронеслась в голове грустная мысль. Впрочем, даже если бы сил артефакта хватило на всех противников, командир пожалел бы так неэкономно их расходовать. Вражеские воины уже потянули из-за спин луки, и он тотчас схватился за амулет на запястье, чтобы активировать защиту, иначе их всех попросту утыкают стрелами с расстояния. Искусные куртки – вещь замечательная, но в реальном бою они еще не испытывались, да и защищают только тело. Получить украшение в виде стрелы в глазу как-то совсем не хочется.
Несмотря на амулетную поддержку, расклад был неудачный: восемь хорошо вооруженных и обученных бугаев против двоих. Кирин не в счет. Да, именно он завалил пару противников, но в ближнем бою от него толку мало. Бывший уличный беспризорник, ловко бросая свои ножи, дает маленькому отряду драгоценные мгновения на подготовку, практически в одиночку связав боем всех врагов и не позволяя лучникам прицелиться, но теперь его место сзади – за спинами своих товарищей.
– Ко мне! – скомандовал Дорникус.