Чародей
Шрифт:
Я спросил, одержали ли мы победу, и Воддет сказал, что нам пришлось отступить, но мы захватили и сожгли лагерь остерлингов.
– Черный каан предполагал нанести нам сокрушительное поражение и выиграть войну, – сказал он, – но спал на голой земле той ночью.
Пришла Этела. Линнет говорила странные вещи, и девочка надеялась на мою помощь. Я пошел с ней, и Вистан, приведший ко мне Этелу, отправился с нами.
Бертольд Храбрый сидел у ног Линнет, Герда находилась неподалеку. Тауг стоял за ней, наблюдая за происходящим. Когда мы приблизились, Линнет говорила:
– Твой отец был красивым сильным
– Бертольд Черный, – сказал Бертольд.
– Правильно, его звали Бертольд, и он был красивым сильным мужчиной. Самым сильным в нашей деревне. Однажды я видела, как он боролся с быком. Бык дважды сбивал его с ног, но он каждый раз успевал вскочить и увернуться от рогов. Потом он повалил быка и прижал к земле. Бык вырывался, точно щенок, но твой отец так и не дал ему подняться на ноги. Я тогда так сильно испугалась, что взяла с него обещание никогда больше так не делать, и он не делал. Я не знаю случая, чтобы он нарушил свое обещание.
– Я привела сэра Эйбела, мама, – сказала Этела.
Линнет посмотрела на меня и улыбнулась:
– Добрый вечер, сэр Эйбел. Когда-то у меня был сын по имени Эйбел. Вы – не мой сын, я знаю, но мне бы хотелось думать о вас как о сыне. Можно?
До того момента я не замечал Вила, ибо он стоял в отдалении от костра, но, услышав последние слова Линнет, выступил вперед. По причине слепоты он плохо контролировал выражение своего лица, и на нем отразилась столь страстная надежда, смешанная со страхом, какую мне редко доводилось видеть. Я понял, какого ответа он ждет от меня, и охотно дал именно такой ответ:
– Для меня большая честь называться вашим сыном, леди Линнет, и называть вас матерью.
– Меня зовут Мег. – Она улыбнулась. – Но ты можешь называть меня мамой или как тебе угодно, Эйбел. Ты всегда был моим сыном, поскольку я люблю мальчика, которым ты был до нашей с тобой встречи.
Я сел у ног Линнет, рядом с Бертольдом.
– Меня беспокоит один вопрос, мама. Возможно, ты сможешь объяснить мне. Ты помнишь зал Утраченной Любви?
Она помотала головой:
– Впервые о таком слышу.
– А как насчет острова Глас?
– А… – промолвила она.
– Ты помнишь. – Я посмотрел на нее снизу вверх. – А помнишь, как я оказался там? Как мы встретились и что ты рассказала мне?
Ее улыбка стала печальной.
– Мой сын Эйбел приходил ко мне на том прекрасном, ужасном острове, сэр Эйбел, а не вы. Я была закована там в цепи, и хотя я с радостью – с великой радостью – ушла бы с ним, я не могла.
Хотя мне часто снились странные сны, я старался не докучать тебе рассказами про них, Бен. Сейчас я собираюсь сделать исключение – не потому, что данный сон кажется мне особенно знаменательным, а потому лишь,
Я участвовал в Лесной битве вместе с Воддетом и остальными. У меня либо не было меча, либо я не мог пользоваться им. Вероятно, я орудовал кинжалом или Мечедробителем. Точно не помню. Со всех сторон меня обступали зеленые кусты и молодые деревца. Я продирался сквозь заросли в страхе, что король оставит меня здесь. Я яростно рубил деревца, преграждавшие мне путь на каждом шагу, и с них дождем сыпались листья. Спустя какое-то время я вдруг осознал, что ступаю не по земле и что заросли больше не препятствуют моему движению. Я шагал по кронам деревьев, на высоте пятидесяти футов. Не будь ветки столь густыми, не сплетайся они в сплошной ковер у меня под ногами, я бы упал. Я едва успел осознать это, когда подошел к самому краю леса и остановился на верхушке огромного дерева, глядя на широкую равнину, простиравшуюся передо мной.
На лугу стоял черный шелковый шатер. Я знал, что в нем находится Этерне. Я знал также, что Этерне является моим единственным настоящим мечом; я ходил без меча, пока не получил Этерне, и мне вообще не следовало пользоваться никаким мечом, пока я не получу обратно свой. Я взял в руки другой клинок, и мне нет прощения.
За черным шатром пролегала автострада. Легковушки, грузовики, джипы и минивэны – всех видов автомобили – неслись по нему с такой скоростью, что казалось, аварии не миновать. Я увидел школьный автобус, красную пожарную машину, черно-белую полицейскую и белую «скорую помощь». Они выделялись из общего потока и даже сейчас помнятся мне особенно ясно. «Скорая помощь» промчалась мимо на полной скорости, раскачиваясь из стороны в сторону, с включенными мигалками и пронзительно воющей сиреной. Я спустился с дерева и подошел к автостраде. Водители не останавливались подобрать меня, и я кричал и размахивал руками, думая о стремительно удаляющейся «скорой помощи». В ней находился Эйбел, настоящий Эйбел. Я знал это и хотел помочь ему.
Я проснулся.
– Баки?
Кто-то гладил меня.
– Попробуй еще раз.
Я подумал, что этот сон лучше моего сна про кроны деревьев и запруженную транспортом автостраду, моего сна про Лесную битву.
Глава 39
ЖАЖДА
Время от времени мы с Вистаном встречали на дороге людей, спасающихся бегством от остерлингов. Мы доброжелательно заговаривали с ними, и хотя сведения о неприятеле, которыми они располагали, не заслуживали доверия, мы охотно их выслушивали. Тем утром навстречу нам попался привлекательный молодой человек, худой и смуглый, который упал на колени перед нами.
– Сэр! Сэр! Нет найдется ли у вас лишнего куска хлеба? Я не ел уже два дня и три ночи.
Облако припала к земле, и я спешился.
– Сообщи мне какие-нибудь ценные сведения, и я накормлю тебя досыта. Ты из Целидона?
– Моя родина здесь, – неохотно ответил он.
– В таком случае тебе следовало бы обратиться за помощью к своим соотечественникам. Разве ты не можешь работать?
Он поднялся на ноги, смущенный.
– Я пастух. Только… только…
Сухие кусты у обочины зашуршали, и я понял, что за нами наблюдают.