Чародейка
Шрифт:
Я утвердительно кивнула, ощущая, как от страха сдавливает горло.
— Что касается вашего факультетского камня, по возвращении жду письменного объяснения. И чтобы сразу зашли к мисс Лавгуд за новой формой.
Я снова покорно мотнула головой вниз-вверх.
— Час, — твёрдо напомнил профессор Дарвелс и жестом показал, что можно идти.
Подхватив корзину, я поплелась следом за магистром Тоббсом, изучая каменный пол академического корпуса. Только когда мы вышли на задний дворик и свернули в незнакомом мне направлении, я подняла взгляд на впереди идущего мужчину. И тут же почувствовала, как напрягается каждый нерв в моём теле от волнения. До чего же со спины маг напоминал
Я заозиралась по сторонам, пытаясь понять, куда мы идём. Поляна для занятий по ведьмовским искусствам осталась за спиной, а полигон — вдалеке, с правой стороны.
— Блоки на телепортацию снимаются только в этой части замка по согласованию с ректором, — словно бы прочитав мои мысли, объяснил мужчина, останавливаясь ровно в центре стоявших по кругу камней монолитов, расписанных рунами и символами. Судя по лазурному свечению магических знаков, те были готовы к использованию.
Упоминание о главе академии заставило мою паранойю слегка поутихнуть. Если Флициус Рэндолф дал добро на наше перемещение, значит, явной угрозы не увидел. Однако когда магистр Тоббс протянул руку для совместного перехода, я всё равно помедлила. Пытаясь отыскать намерения в голубых глазах — не такого нежного небесного цвета, как у Гаспара, или насыщенного василькового, как у Тианы с Нейтом, а более бледного, холодного оттенка. Но они оказались нечитаемыми.
— Передумали? — спросил мужчина; края его губ скривила усмешка, будто бы он только этого и ждал.
— Нет. — Я решительно прикоснулась к холодным пальцам мага и погрузилась в беспросветную темноту.
Глаза ослепила вспышка яркого света, а когда я проморгалась, то ни леса, ни огромного замка с множеством переходов и башен уже не было. Вокруг вообще ничего не было. Только голые поля с тускнеющей травой на несколько километров вперёд и маячившие на горизонте горы.
— Это точно правильные координаты? — обернулась к провожатому, но того и след простыл.
Я покрепче сжала ручку корзины, силясь избавиться от скребущего гадкого ощущения. Бросили. Одну и чёрт знает где.
Неподалёку росло такое же одинокое и всеми забытое дерево с широкой плоской кроной, а за ним, через пару-тройку метров, начиналась каменистая пустыня, усыпанная каменными валунами и скальными выступами. Границу между землями Мальфгарда и нейтральными перепутать было невозможно. Подрагивающее марево отливало синим и золотым цветами и тянулось непроглядной стеной в обе стороны.
Я ещё раз огляделась, осознавая весь курьёз ситуации и подмечая ироничное чувство юмора Брэма Дарвелса. Спорыши были древесными грибами, наподобие земных трутовиков, и росли сугубо на деревьях. А на моей стороне располагалось одно единственное — и на его стволе поселилось всего два бурых грибочка. Этим и половину корзины не заполнишь. Ну точно обманутая падчерица из сказок!
Донельзя сердитая, я срезала спорыши, которые были в распоряжении, и уставилась на акацию за магическим барьером. Добежать до неё и вернуться обратно можно за минуту, но стоит ли оно того? Чего этот манипулятор добивался? Останусь здесь — не соберу нужное количество ценного сырья для зелий, пересеку границу — подвергну себя опасности и получу новую взбучку. В любом случае, окажусь в проигрыше!
Я принялась расхаживать взад-вперёд, нервно постукивая пальцами по рукояти кинжала. Солнце припекало затылок, распаляя меня ещё сильнее. Ну не могла я уступить победу Брэму Дарвелсу. Не могла и всё. Хоть убейте!
От одного представления, с
«И возвращаться за купол недалеко, — прикидывала я. — Да и вообще у меня есть магия!» — подбодрила саму себя. После чего перехватила кинжал покрепче и бегом пустилась до нужного дерева. Проскочив через полупрозрачную пелену, я приготовилась к худшему. Но ничего не произошло. Тишина распространялась на десятки метров. Я даже посмеялась над своей трусостью. Присела, ковыряя лезвием основание спорыша, а затем вдруг заметила краем глаза какое-то движение у скального выступа, что был неподалёку. Повернулась, но ничего не увидела. И лишь когда жаркий, сухой ветер снова пронёсся над головой, шевеление повторилось. Порыв воздуха трепал кусок ткани серо-коричневого цвета. Я резко отскочила назад, едва не повалившись на спину, когда разглядела среди камней человека. Скорее всего, женщину, или сухопарого низкорослого мужчину. Мешковатые штаны и широкий пыльный плащ до колен скрывали фигуру, а платок, повязанный на манер куфии, прятал лицо и волосы.
— Там, за камнями есть ещё, — прокатился по пустыне твёрдый голос взрослой женщины. — Я проведу, если позволишь. — Незнакомка развела руки в стороны, показывая, что безоружна. В мире с магией этот жест был как минимум странным. То, что за это время за мной просто наблюдали, а не напали, говорило куда больше о нежелании навредить.
Я встала, выпрямляясь в полный рост, и покосилась в направлении, указанном женщиной, надеясь увидеть то, о чём она говорит. Однако каменные нагромождения закрывали обзор.
— Тебе сказали, что студентам лучше не пересекать защитную грань? Тем более без сопровождения. — Таинственная леди вышла из укрытия, но не стала приближаться ко мне. Я утвердительно кивнула на её вопрос. — Ты смелая. Пойдём, девочка, — она махнула рукой, зазывая за собой, и устремилась в противоположном направлении, мягко ступая по камням и песку.
— Вы преступница? — спросила я, неуверенно шагая следом. Не знаю, зачем вообще задала этот вопрос. Как ни странно женщина располагала и не казалась опасной, по крайней мере для меня.
Скиталица остановилась. Затем обернулась и посмотрела на меня. Платок закрывал её нижнюю часть лица, но по образовавшимся морщинкам в уголках глаз было понятно, что та улыбается.
— Нет. Всё это несусветная чушь, якобы скитальцы преступники. — Она продолжила путь, уверенно огибая скалу песчаника. — Большинство из нас бежали сюда не от закона, а как раз наоборот — от беззакония.
— Как вы можете здесь жить? Когда вокруг столько опасных монстров.
— О, с монстрами гораздо проще соседствовать, чем с людьми, — хмыкнула моя спутница. — Их мотивы достаточно примитивны и понятны, в отличие от человеческих.
Мы остановились.
— Здесь, — женщина кивнула на два дерева с высокими стволами и кроной, напоминающей шляпку гриба.
Пока я колупала спорыши с первого, моя провожатая опёрлась спиной о второе и внимательно следила за каждым действием. Я тоже украдкой поглядывала на неё, пытаясь получше изучить. Из примечательного бросились лишь вертикальный шрам под правым глазом и выглядывающая из-под платка седая прядь.
— Извини, что так нагло пялюсь, — почувствовав моё смущение, проговорила скиталица. — Редко встретишь человека из цивилизованного мира. В академии больше не используют факультетские камни? — Сине-зелёные глаза — наверняка в молодости имевшие более яркий цвет — задержались на моей форме.