Чародейка
Шрифт:
Я чуть не поперхнулась от её заявления. Прикипеть душой? Ну-ну.
— Не переживайте, госпожа Гримальди, я не собираюсь далеко уходить. — Мальфар посмотрел ведьме прямо в глаза. Долго так. Убедительно. — Мы обязательно ещё увидимся.
— Я на это надеюсь, — призывно откликнулась та, поправляя уголок воротника мужской рубашки. Как же захотелось в этот момент пройтись чем-нибудь тяжёлым по каждому её пальчику. — Студентка Блэквуд, перемена скоро закончится, поспешите, если не хотите опоздать, — наконец вспомнила обо мне эта стерва, при этом не отрывая жадного
— Обязательно, только попрощаюсь с господином Анвареном. Мы ведь все успели прикипеть к нему душой. — Я наградила женщину язвительным прищуром и уверенным движением развернула Шейна к себе лицом. Тот и опомниться не успел, как я обвила руками его шею и поцеловала в губы. На долю секунды мальфар растерялся, но затем жадно ответил на поцелуй, обнимая меня за талию и прижимая к себе.
Терять уже было нечего, но я всё равно заставила себя оторваться от любимого мужчины. Поймала его довольную улыбку и, даже не взглянув на физиономию ведьмы, покинула спальное крыло преподавателей.
Хаос мыслей пульсировал в висках, но я целеустремлённо шагала в академический корпус. Вокруг стало темно и мрачно, будто бы серые облака закрыли солнце. Шейн уходит, маме не избежать битвы, а в академии, помимо Кибелы Гримальди, бродит ещё одна ведьма из Четырёхлистника. И когда только моя жизнь успела превратиться в остросюжетный триллер?
— Ага, вот ты где! — внезапно выпрыгнув из-за поворота, воскликнула Беллс; у меня чуть разрыв сердца не случился от её появления. — Еле тебя нашла! Чуть всё не проворонила, — тараторила сокурсница, а я смотрела на неё и будто видела перед собой совсем другого человека. Неужели она тоже втянута в грязные делишки своего ковена? — Давай уже, шевели ногами, ты же не хочешь пропустить всё самое интересное, — рыжая ведьма схватила меня за руку и попыталась утащить за собой, но я упёрлась ногами в пол, сопротивляясь.
— Что пропустить? Куда ты меня тащишь? — попыталась высвободить руку, но следующая реплика ведьмы поубавила энтузиазма.
— Ты разве не слышала? Бьёрн бросил вызов Конору!
Я растерянно моргнула, пытаясь понять, правду она говорит или нет, но тут на нас налетела группа оживлённых студентов, из которой выскочил рыжеволосый ураган по имени Винсент Таббс.
— Слыхали, да? — переполняемый эмоциями, ведьмак активно затряс меня за локоть. — У оборотней очередная заварушка! — воскликнул он, глядя на нас глазами-блюдцами, в которых плескался океан любопытства и детского восторга.
Из меня словно выбили воздух. Я тяжело сглотнула и позволила на этот раз увлечь себя к выходу из замка. Чего ещё не хватало. Что ты творишь, Бьёрн?
Выскочив на улицу, мы с Беллс пустились к лесной опушке, взяв за ориентир поляну, на которой в более тёплое время года у нас проходили занятия по ведьмовским искусствам. Как раз за ней в глубине леса должна была состояться дуэль Бьёрна и Конора. Пока мы пересекали задний двор академии, ведьма из Четырёхлистника успела поведать, что место для поединка выбрано неспроста. Сражаться оборотни
Четвёрка студентов, среди которых мелькал рыжий затылок Винса, скрылась в деревьях, и я не без тревоги отметила, что кроме нас с Беллс никого не осталось: ни на заднем дворе, ни на поляне. Мы были последними.
Я обогнала рядом идущую ведьму и уже собиралась сорваться на бег, чтобы не опоздать, но недавно открывшаяся правда о ней не отпускала, подталкивая к опасному разговору. Я должна была прощупать почву и понять, знает ли Беллс о проделках своего ковена, прежде чем нагнать остальных адептов.
Самым разумным мне показалось ненавязчиво заговорить об Эмили и посмотреть на реакцию. Если девушка будет искренне убеждена, что её сестра поселилась далеко в глуши, оборвав все связи, значит, родители не посвятили её в семейную трагедию и кровавые ритуалы ковена.
— Беллс, ты как-то рассказывала, что твоя сестра тоже училась в нашей академии, — припомнила я. — А где Эмили сейчас? Она осталась в Мальфгарде или уехала работать в приграничные города? — постаралась спросить как можно спокойнее и непринуждённее.
Заминка с ответом и стихшие шаги за спиной заставили напрячься и сбавить темп.
— Я не говорила, что мою сестру зовут Эмили, — мертвенным голосом ответила Беллс.
Мысленно отругав себя за оплошность, я остановилась и, продумывая, как оправдаться, развернулась к ведьме. Беллс стояла в двух метрах, склонив голову и спрятав лицо за водопадом рыжих волос. А затем вдруг сбоку что-то пронеслось, и мой висок прострелило страшной болью. Перед глазами резко потемнело, и мир померк.
* * *
В сознание я приходила медленно и болезненно. Голова раскалывалась, а веки упорно не желали мне подчиняться. Сквозь спутанное и смазанное восприятие прорывались чьи-то голоса. Они звучали приглушённо и далеко, будто я находилась под толстой коркой льда.
Чувствительность тела возвращалась постепенно, вместе с ней же возвращалась и способность двигаться. Поясница нестерпимо затекла, будто я несколько часов находилась в неудобной позе, а в спину давило что-то твёрдое и холодное. Собиралась перекатиться на бок, но тут к своему ужасу натолкнулась на препятствие. Что-то удерживало мои ноги и руки, обжигая кожу тугой хваткой.
Меня что, связали?
Нахлынувший страх помог разлепить глаза, но это не слишком изменило ситуацию. Я оказалась в темноте. Лишь островок неба, окружённый чёрными верхушками деревьев, подсказал, что я больше не на территории академии. Первые звёзды несмело подглядывали за беспределом, творящимся внизу, — значит, я пробыла в отключке до самого вечера и за это время меня никто не отыскал. Паршиво.
Где-то вне поля моего зрения разговаривали люди. Я затаилась и прислушалась. Хотя в моём положении «затаилась» — это громко сказано. Скорее, старалась не привлекать внимания, чтобы изучить обстановку.