Чародейка
Шрифт:
Я наспех изложила подруге свой план, пока остальные члены команды дожидались «перезарядки» мантикоры, и мы приступили претворять его в действие. Присели, потянувшись обеими руками к земле, и зарылись пальцами в песок между мелкими камнями. Так было легче использовать магию природы, а нам предстояло хорошенько повозиться. Работать вслепую приходилось впервые. Из-за бушующего пламени, которое клубилось и двигалось за куполом, словно живое, разглядеть врага совсем не получалось. Поэтому искали его мы на ощупь. Используя вьющиеся прочные стебли из изгороди, мы исследовали лабиринт, пока несколько раз не наткнулись на препятствие.
Огненная завеса
Монстр взревел так, что почва под ногами завибрировала, а щебень мелко задрожал и стал подпрыгивать. Впрочем, осколки горных пород были не единственными, кто задрожал. Только теперь бегство было бессмысленным. Оставалось не облажаться и выполнить свою часть работы хорошо.
Чья-то похвала донеслась до меня через звон в ушах, но всю концентрацию приходилось удерживать на путах. Грозная тварь сопротивлялась и для противостояния ей требовалось немало сил. Даже вдвоём с Грейвз это было чертовски тяжело.
Порождение тьмы оскалило огромную пасть с тремя, острыми как бритва, рядами клыков и попыталось перекусить зелёные оковы, но тут на неё обрушился шквал атак от берсеркеров и оборотней. Нейт и Тиана стояли в обороне неподалёку от нас, готовые по первой необходимости создать щиты.
В небе над лабиринтом вспыхнул огонёк, как от сигнальной ракеты, а следом ещё один. Это было сообщение, что кому-то из участников Турнира потребовалась срочная помощь. На такой случай нам всем выдали браслеты-артефакты с подвижным камнем в ремешке, при нажатии на который запускался сигнал бедствия, и игрок автоматически выбывал.
Мантикора кинулась вперёд настолько резко, совершая мощными лапами атаки, что нас с Грейвз повело за ней. Едва удержав равновесие, мы постарались сделать невозможное и натянули путы, силясь хотя бы удержать зверя на месте.
— Тридцать секунд! — отрапортовал Нейтон, выставив перед собой правую руку, приготавливаясь создать магический заслон. Кьяра выругалась бранно и вместе с Норой бросилась к капитану.
— Бьёрн! Генри! — прорычала волчица. Сердитые и вместе с тем взволнованные нотки в её голосе заставили перевести взгляд на парней. Те по-прежнему находились в опасной близости к огнеопасному монстру, захваченные битвой настолько, что, кажется, даже не слышали окликов. А затем лабиринт заполнило жаркое, сокрушительное пламя. Оно на всей скорости врезалось в полусферу, ослепляя и заполняя собой всё пространство по другую сторону магического барьера.
Мой мир рухнул.
Там, где ещё минуту назад стояли друзья, бушевала безжалостная и всепоглощающая огненная стихия. Я почувствовала, как магические нити утекают из моих рук, точно вода сквозь пальцы. Сил, да и желания цепляться за них, не оставалось.
— Нет! Нет! — Кьяра иррационально кинулась к огню, но в последний момент её удержала Нора, крепко обхватив за плечи. Волчица больше не вырывалась, а только потерянно бегала глазами по куполу.
Пламя меж тем сместилось на левую стенку лабиринта, будто у монстра сбился прицел. И тут же изменило направление в обратную сторону. Складывалось впечатление, что существо пытается вертеться волчком, но из-за
— Кэсс, я не справляюсь, — взмолилась Грейвз, пытавшаяся в одиночку удержать лозу. Я сглотнула, смягчая пересохшее горло, и снова зарылась пальцами в песок. Сморгнула пелену с глаз и мысленно потянулась к петле, удерживающей исчадие ада. Из такого положения открылся вид на жало и задние лапы мантикоры. Чудище топталось и брыкалось на месте, словно строптивый скакун, пытающийся сбросить седока. А затем стала ясна причина такого поведения.
Я подавилась собственным всхлипом, когда позади монстра спрыгнули Бьёрн и Генри. Парни без устали наносили удар за ударом, разрубая хвост мантикоры у основания. Чудище истошно взревело, содрогая всё вокруг, дёрнулось в последней попытке освободиться и под натиском острых топоров и оттягивающих назад прутьев лишилось хвоста. Из раны хлынула зелёная жидкость, напоминающая болотную тину. Огонь ослаб, и чудовище, лишённое своего самого грозного оружия, пустилось наутёк, оставляя за собой мокрый след. В погоню никто не бросился, но это было и не нужно. Уже через несколько шагов мантикора замертво рухнула, пропахав безобразной мордой землю.
— Вы… Вы… — Кьяра кинулась к парням, задыхаясь и давясь воздухом от ярости. — Два несусветных идиота! — гневно вскрикнула она, жёстко толкая их одновременно. Генри просиял безвинной улыбкой, сгрёб девушку в охапку и накрыл её губы жарким поцелуем. А Бьёрн, чтобы не мешать паре влюблённых, двинулся к нам с Грейвз.
— Только ты не бей меня, — он поднял руки, словно сдавался. Я открыла рот, чтобы сказать, как глупо они поступили, но тут же захлопнула обратно, понимая, что если произнесу хоть слово, точно разревусь. — Эй, ну ты чего. — Бьёрн опустился на одно колено передо мной, подцепил браслет на моей руке за ремешок и накрыл округлый камень бирюзы большим пальцем. — Хочешь, можем закончить всё прямо сейчас? — спросил он со всей серьёзностью и без тени сожаления. Его вопрос подействовал отрезвляюще. Бросить всё сейчас? В самом начале пути и на виду у забитого зрителями стадиона? Мы так долго и усердно тренировались не для того, чтобы поджать хвост при первой опасности. Да и вряд ли организаторы Турнира по-настоящему отправили студентов на растерзание монстрам без страховки.
Я плотно сжала губы и отрицательно замотала головой. Влага, скопившаяся в глазах, от такой встряски потекла вниз, и я торопливо растёрла её по щекам рукавом, а после, совсем внезапно, оказалась заключена в объятия. Я позволила себе уткнуться носом в ямку между шеей и плечом Бьёрна, медленно втянула воздух, приводя нервы в порядок, и сразу же отстранилась. Не хотелось деморализовать команду и проявлять слабость на виду у всех. Поэтому я переключила своё внимание на хоровод, воцарившийся за спиной оборотня. Кьяра, Нора и Генри встали в круг, обнявшись за плечи, и радостно прыгали, крича: «Мы убили мантикору! Мы убили мантикору!»
— Погнали дальше! — Я бодро встала на ноги, натягивая улыбку на лицо и всем своим видом показывая, что готова отрывать не только хвосты и не только мантикорам. О том, что встретить нового монстра я боялась до дрожи в коленях, никому знать было не обязательно.
Когда мы уже почти дошли до поворота, Генри вдруг вернулся к убитой мантикоре, достал топорик, склонился над телом чудища, закрывая обзор широкой спиной, и принялся что-то ковырять. Через минуту он уже бежал обратно к нам, донельзя счастливый и сжимающий какой-то предмет в руке.