Чаромир
Шрифт:
Едва решение было найдено, как душевное спокойствие восстановилось и я, снова взглянув на часы, начала спешно собираться.
Опаздываю, опаздываю…
Книгу перед самым выходом аккуратно завернула в пакетик, стараясь лишний раз ее не касаться, и побежала на работу. Решено: вот в поликлинике и выкину. Успеть бы на прием.
День, как назло, с утра не задался. Не выспалась, опаздываю, в метро такая толчея, что впору идти пешком, да времени нет. Поэтому, когда я взбежала по ступенькам областной поликлиники, настроение мое не было самым
– Привет, Софья, – поздоровалась Лена, моя медсестра, болтавшая с подружкой.
Последняя при моем появлении сразу засобиралась, продолжая жаловаться:
– Меня сегодня на весь день перевели на флюорографию и даже не предупредили заранее. Прием только через два часа. Врач еще не пришел, и домой возвращаться смысла нет. Теперь остается только ждать, а делать нечего.
– Ну, сходи поболтай с кем-нибудь, – предложила ей Лена.
– Так приемы… – вздохнула Света.
– А хочешь книжку дам почитать? – встрепенулась я, с надеждой взирая на свою жертву.
– Э-э-э… А какую?
– О! Эротическую, про оборотней, любовь-морковь, и все такое. Не понравится – другим отдашь.
– Ну… давайте, – растерялась Света.
Боясь спугнуть удачу, я вытащила из сумки томик и впихнула девушке, которой, сразу было видно, понравилась картинка страстно обнимающейся парочки.
– Я, как только дочитаю, сразу верну.
– Нет-нет! – замахала я руками. – Оставь себе. Я случайно две купила, одинаковые, так что это подарок.
Довольная Света вышла за дверь, а я, накинув белый халат, уселась за стол.
– Первый раз вижу, чтобы ты добровольно рассталась с книгой. – Лена удивленно смотрела на меня.
– Надо нести знания в массы! – радостно оскалилась я и крикнула, начиная прием: – Заходите!
Все! Теперь я в безопасности!
Остаток недели прошел вполне спокойно: никаких неожиданностей, чудес или волшебства. Я настороженно смотрела на книги и боялась к ним прикасаться, стараясь занять свои будни, особенно их вечера, любыми делами.
Очень кстати вспомнилось, что обещала соседке, дряхленькой бабульке, помочь с пересадкой комнатных растений. Собравшись постучать в смежную с моей квартиру, я услышала сзади кашель.
Повернувшись, увидела проживающую напротив Степаниду Алексеевну, любопытную и несносную пенсионерку, которая вечно все знает и видит.
– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась я, занося кулак, чтобы постучать.
– Решили познакомиться со своим новым соседом?
Я замерла и, развернувшись, настороженно спросила:
– Какой сосед? Какое знакомство? Разве Валентина Павловна съехала?
На меня посмотрели с некоторой долей превосходства.
– Уже два дня как ее забрали дети к себе и продали квартиру.
– Так быстро…
– Долго ли умеючи. Может, они давно планировали переезд.
– Нет. Валентина Павловна только в начале недели говорила мне, что никуда не собирается.
– И тем не менее собралась. Если не верите
Стиснув зубы и проигнорировав намек, я вернулась в квартиру, хмурясь и размышляя. Как же это получилось? Неужели можно так быстро продать жилье?
Заварив себе чай и пригубив горячий напиток, я задумалась над тем, чем заняться в выходной. Еще несколько дней назад я, не раздумывая, взяла бы книгу, но теперь…
Неожиданно я разозлилась на себя. Что за сумасшествие? Подумаешь, досадное недоразумение. От книги я избавилась, так почему не могу избавиться от страха?
Поставив кружку на кухонный стол, я решительно направилась в свою комнату. Там стояло несколько стеллажей с любимыми произведениями. Вот что вернет мне уверенность – любимые и зачитанные практически до дыр романы.
Пробежавшись глазами по корешкам, я выбрала книгу, которая подходила под настроение: очень хотелось романтики и нежности. Взяла я творение английской писательницы прошлого века. Переплетение гордости, предубеждения, неравного положения и казусов – как раз то, что сейчас нужно.
У каждого есть любимые места в романах, я решила начать именно с такого.
«– Вотще я боролся. Так не годится. Я не имею намеренья подавлять свои чувства. Дозвольте сказать, как пылко я восхищаюсь вами и люблю вас» [1] .
1
Джейн Остин. «Гордость и предубеждение».
Закладочка в книге привела меня сразу к нужным словам, и я углубилась в чтение, сама не замечая, как погружаюсь в сюжет, проникаюсь чувствами героев.
И снова неожиданно для меня реальность сменила облик на черно-белый мир, только я теперь находилась в Англии девятнадцатого века и смотрела, как мистер Дарси пишет письмо Элизабет.
Те, кто любит эту книгу, поймут меня. Как удержаться от того, чтобы не воспользоваться моментом – не прочитать, а посмотреть, как все происходило.
Жадно следя и стараясь не дышать, я боялась выдать себя, но, что странно, в отличие от оборотня мистер Дарси не обращал на меня никакого внимания, а в голове звучали его мысли, что он излагал на бумаге.
Вот он запечатал конверт, вот, скинув рубашку, ополоснулся, и… когда взялся за застежку брюк, все остальное пролетело как один миг – и мы уже входим в конюшню. Невезение!
Какой блестящий джентльмен! Не понимаю я Элизабет. Хотя, возможно, это из-за того, что мы из разных эпох: в наше время и не такие признания в любви бывают.
Вот главный герой грациозно взлетел в седло, лошадь прогарцевала – и в следующее мгновение рванула вперед, и я вслед за ней.
– А-а-а-а… – прокричала я, не успевая. – Я не умею быстро бегать!