Час «Д»
Шрифт:
– Что случилось? – потребовал отчета Эсгал, не обнаружив некоторой части себя самого.
– В тебя вселился Дориман, поэтому ты на площади такое устроил! Просто класс! Все получилось куда лучше, чем мы планировали, – доложила Элька, опередив уже раскрывшего рот Рэнда. – Бог нам сказал спасибо и только что исчез, на прощание наградив тебя способностью обращаться в дракона, заодно вернул прежний облик, а про шрам, наверное, забыл. Ты не в претензии?
– Относительно шрама – нет, даже если тебе это не по нраву, – ответил Гал, одарив компанию
– Мосье, вы куда? – встревожился Лукас.
– Спать, чего и вам советую, – хмыкнул воин, и компания только сейчас заметила, что он держится на ногах только благодаря несгибаемой силе воли. Под глазами воителя залегли глубокие тени, и без того худое лицо сильно осунулось.
Эсгал вышел за дверь, а Мирей сочувственно констатировала:
– Несчастный, совсем измучился.
– Быть вместилищем мощи и духа бога весьма утомительно, мадемуазель, – отметил Лукас. – Обычные люди после этого умирают или сходят с ума. Мосье Эсгал невероятно вынослив, но даже он нуждается после такого события в длительном отдыхе.
– Да уж, бедолага. И так магию не любит, а тут столько ее сразу на него навалилось, – подтвердила Элька и тут же мечтательно поинтересовалась у общества: – Как думаете, когда Эсгал драконом станет, он даст на себе полетать?
– Узнаете завтра у самого мосье Эсгала, мадемуазель, – посоветовал Лукас и элегантным жестом прикрыл рот, пряча зевок.
– Между прочим, Дориман вовремя подсуетился, все так удачно обернулось, нас даже поджарить не успели, а, женушка? – Рэнд подмигнул Мирей.
– Надеюсь, в Дорим-Авероне теперь все будет хорошо, – серьезно кивнула ответственная эльфийка, но не удержалась и прибавила с хитрой улыбкой: – Супруг.
– Весть о сошествии бога и явленном откровении должна объединить людей и устранить саму причину конфликта – гонения на оборотней, – согласился Лукас. – Будем надеяться, что это случится как можно быстрее.
– Но это же уже случилось, – недоуменно нахмурился Макс.
– Мосье, сдается мне, вы опять знаете что-то, чего не знаем мы, и забыли этим поделиться, – покачал головой маг.
– Это же вытекает из расчетных параметров в той программке, что я запустил после анализа крови Шарля, – потерянно ответил технарь, взъерошив пальцами собственную шевелюру. – Коэффициент массы оборотней, необходимый для пробуждения расовой памяти, далеко перекрыл минимальный общемировой, вследствие этого началась цепная реакция. Теперь все кельмитор Дорим-Аверона вспомнили о том, кто они есть, и процесс превращений не остановить. В считаные дни они станут настоящими драконами-оборотнями. А я вам разве этого не сказал?
– Наверное, только подумал, – снисходительно засмеялась Элька над рассеянностью чудака Макса.
– Но ведь это значит, что мы свое дело сделали полностью! – довольно заключил Фин, выбросив вверх кулак.
– А потому предлагаю всем последовать примеру мосье Эсгала, – наставительно посоветовал маг.
– Перекраситься, обриться
– Лечь спать, мадемуазель, – пояснил с легкой усмешкой Лукас.
– Ага, пожалуй, только Рэтика у Рогиро пойду заберу, – широко зевнул Рэнд и поднял с пола развязавшийся поясок от «наряда смертника» .
– Правильно-правильно, мусор надо вышвыривать, нечего его по всему полу разбрасывать, – одобрительно покивала Элька. – А то Гал проснется и начнет читать нам нотации. Ради такого дела он небось даже со смертного одра встанет, а то и из могилы.
– Выкидывать? Такой здоровский сувенирчик? – возмутился вор. – Да ни за что!
– Я свой тоже на память оставлю, – охотно поддержала вора эльфийка. – Меня еще ни разу казнить не пытались.
– Думаю, мадемуазель, не только вас. Ценным опытом подобного рода в нашей компании похвастаться некому, – заметил Лукас. – С позволения общества я откланяюсь. Bonne nuit.
– Как он там, бедный малыш? Не обижали ли его? Соскучился, наверное, – с этими словами, адресованными, конечно, вовсе не призраку сеора Рогиро, мгновенно смылся из зала совещаний и Рэнд.
– Спать так спать, – неожиданно покладисто согласилась Элька, глянув в глубокую темень за окном. – А все-таки здорово у нас получилось.
– Точно! – искренне согласился Шпильман и столь заразительно зевнул, что Мирей не удержалась от повторения.
Рабочая неделя промелькнула незаметно, прочие дела, доставшиеся команде, оказались достаточно просты, чтобы справиться с ними без помощи так и не объявившегося Связиста и утомленного трудами на божественной ниве Гала.
Вечером, предшествующим выходным дням, честно заслуженным в решении божественных проблем, компания сидела в столовой за столом, накрытым к ужину, и отчаянно сплетничала.
– Лукас, сколько еще будет дрыхнуть Гал? – приставала с вопросами к магу Элька, размазывая вилкой по тарелке кленовый сироп, которым поливала оладьи. – Еще немного, и я начну по нему скучать.
– Мадемуазель, я маг, а не пророк, и со случаями божественной одержимости мне сталкиваться прежде не приходилось. И вообще, за время работы в нашей маленькой компании я часто сталкиваюсь с тем, о чем прежде даже не ведал, – отбивался, умоляюще воздев руки, мосье Д’Агар, пока у него на тарелке стыло филе рыбы со шпинатом и щавелем.
– А почему это ты не пророк? – с требовательным возмущением подключался к игре Рэнд, торопливо пережевывая кусок утиной грудки под малиновым соусом.
– Потому что пророки – это такие странные создания с длинной всклокоченной бородой, безумным взглядом, в рваной грязной хламиде и с посохом, – язвительно отвечал Лукас.
– У Мири есть посох, – вставил Макс с самым задумчивым видом, попутно по традиции роняя на свои потертые излюбленные джинсы кусок омлета с грибами и помидорами, и было непонятно, шутит технарь или заявляет совершенно серьезно.