Час испытания

Стояли последние тёплые деньки. Бабье лето подходило к концу. Солнце, окрашивая всё вокруг в багровые тона, медленно катилось за горизонт, скрытый за верхушками сосен. Леса Южного Пограничья отличались от лесов всей остальной империи. Там они были, по крайней

мере, значительно безопаснее.

Гарольд уже несколько недель выслеживал банду разбойников, которые облюбовали здешние дороги. Неуловимые грабители во главе с Милетом, убийцей и насильником, не признавали никаких законов, и городские купцы собрали неплохую награду за голову их вожака. На эти деньги можно было бы безбедно жить пару месяцев, и следопыт уже предвкушал, на что их потратит.

Разбойники были где-то рядом, опережая Гарольда на один шаг. Охотник за головами постоянно находил их следы, но вскоре они путались и терялись. Хитрый бандит умел сбрасывать погоню. Гарольд уже не раз помянул его недобрым словом.

Следопыт был одним из тысяч наёмников и воинов, приехавших в Пограничье в поисках лёгкой наживы. Но за те несколько лет, что он провёл здесь, Гарольд сумел заработать только на потёртый арбалет, сапоги и плащ. Слишком непостоянная и опасная работа - выслеживать преступников по лесам и болотам. Поначалу Гарольд охотился на дичь, но после того, как граф несколько лет назад объявил эти земли своими личными угодьями, пришлось перейти на людей. И, судя по тому, что он всё ещё жив, у следопыта это получалось. Хотя эта работа принесла ему множество шрамов и несколько седых волос.

На пути встретилась ещё одна полянка, где, по всей видимости, устраивали привал разбойники. Зола в кострище была ещё тёплой. Милет промышлял где-то рядом, на большаке, но искать разбойников на дороге было бы глупо. Гарольд предпочитал устраивать засады, а не попадаться в них.

Солнце уже зашло, и охотник решил переночевать тут же. Он расстелил видавший виды плащ прямо на хвою, положил под голову походный мешок и мгновенно уснул. Заряженный арбалет и верный старый меч лежали под рукой. Лучше быть параноиком, чем мертвецом.

Неподалёку крикнула сойка, потревоженная кем-то неосторожным. Птичий крик посреди ночи заставил следопыта проснуться и прислушаться. Он поднял своё оружие и затаился, благо, ночь сегодня выдалась пасмурной и безлунной. Палец лежал на спусковом крючке арбалета, и Гарольд вглядывался в тьму, готовый застрелить любого непрошеного гостя.

Вскоре где-то впереди послышался хруст ломаемых веток. Кем бы ни был идущий, он нисколько не заботился о маскировке, шумя на весь лес. Следопыт различил тёмный силуэт, приближающийся к нему. Человек с трудом переставлял ноги, иногда останавливаясь передохнуть возле ближайшего дерева. Гарольд уже был готов выстрелить, но пришелец упал и больше не смог подняться. Бесшумно, словно дикий кот, следопыт приблизился к нему, на всякий случай прицелившись в голову.

– Кто ты и откуда?
– шёпотом спросил Гарольд, чувствуя, как хлюпает под ногой лужа крови.

Человек в чёрной рясе едва слышно застонал, прижимая ладони к животу. На толстых пальцах, измазанных в крови, блеснул серебряный перстень.

– Ты умеешь читать?
– прохрипел раненый.

До чего же странными бывают желания умирающих, подумал Гарольд.

– Нет, - ответил он.

– Хвала богам... Письмо, за пазухой... Тредиану...
– хрипел человек, и следопыту приходилось

вслушиваться в затихающую речь.

– Тредиану?
– переспросил Гарольд.

– Сокольник...

– Тебя разбойники так?

– Да... Они там...
– раненый кивком головы попытался показать направление, но Гарольду это было не нужно. Любой дурак поймёт, что с такой раной далеко не пройдёшь, и бандиты тут, совсем неподалёку.

– Покойся с миром, - произнёс охотник, избавляя ночного гостя от мучений. Лучше уж быстрая и лёгкая смерть, чем долгая агония.

Без зазрения совести Гарольд стянул печатку с мягкой руки путника и сунул в карман. Письмо, немного заляпанное кровью, он бросил в мешок, а несколько монет, завёрнутых в пояс, кинул в свой пустой кошель. Мертвецу это всё без надобности, рассудил следопыт, да и за почтовые услуги хотелось получить хоть что-нибудь.

Следопыт почесал короткую бороду, отросшую за время странствий по этим лесам, собрал свои вещи и отправился вслед за бандитами. Не стоило медлить ни минуты. Милета и его компанию нужно было отыскать как можно скорее. Если Гарольд снова их упустит, то новых заказов не видать, как своих ушей. Торговцы очень ревностно относятся к выполнению своих поручений, и сделают всё, чтоб ему пришлось искать новую работу.

Близился рассвет, и Гарольд наконец-то обнаружил следы. Совсем свежие. Разбойники поворачивали на север, к дороге, выходя на промысел, искать одиноких путников, торговые караваны или графские патрули. И если первые могли откупиться от разбойников золотом или серебром, то от солдат им нужна была только кровь.

Охотник проверил, как хорошо меч выходит из ножен. Старый верный клинок служил ему уже долгие годы. Добыча была уже рядом, и схватка предстояла непростая. В одиночку против нескольких врагов могли выйти немногие, но Гарольд не привык отступать перед трудностями. Битвы и драки лишь закаляли его. Но он понимал, что в открытом бою против всей банды ему не выжить. А значит, нужно приготовить ловушку.

Когда сквозь пение птиц и шум деревьев Гарольд начал различать громкие беспечные разговоры, то немного ускорил шаг и пошел восточнее, где лес рос гораздо гуще. Примерно рассчитав путь, которым пойдет Милет, следопыт обогнал их и залег с арбалетом в стороне от тропы.

Вскоре слева от него показались бандиты, шедшие налегке. Вооружены они были чем попало, мечами и дубинками, у троих Гарольд заметил луки. Одиннадцать разбойников шли цепочкой, рассказывая друг другу анекдоты и сальные шуточки. Впереди шёл главарь, одетый в добротную кольчугу. На поясе у него висел длинный меч из хорошей стали. Милет выделялся среди остальных бандитов, как выделялся бы лев среди дворовых кошек. Опытный убийца был вожаком по праву сильного, и, глядя на его "подвиги", многие крестьяне уходили в леса за лёгкой наживой.

Гарольд лежал в зарослях можжевельника, затаив дыхание. Цель совсем близко. Деньги, собранные торговцами за голову этого подонка, могли бы покрыть все долги. Следопыт проводил бандитов тяжёлым взглядом. Сейчас они выйдут к дороге, повалят большое дерево поперёк и будут ждать путников. Вот тогда он и примется за дело.

– Надо было этого чинушу прибить, - гоготнул тощий рябой бандит, идущий последним.
– Перстенёк у него что надо. Зря не пошарили.

– Брось ты, а, - отмахнулся седой, даже не глядя на собеседника.
– Отпустили, и боги с ним. Пущай живёт, болезный. Хоть недолго, зря его стрелой в брюхо угостили.