Час печали
Шрифт:
По дороге в больницу Хесс вспоминал развесистые дубы рядом с шоссе Ортега, "шелби-кобру" из автомастерской, кабинет Алана Боба, гараж Матамороса Колеску. Виделись ему и волнующие черные волны океана, но Тим попытался изгнать этот образ из своего сознания и думать только о работе.
Во время облучения Хесса неожиданно бросило в горячий пот. Покрыв все тело тонкой пленкой, он, казалось, разъедал его. Хесс чувствовал себя так, словно кожу обожгли. Доктор пояснил Тиму, что "повышенное
Хесс застегнул рубашку на все еще влажной груди и вышел в приемную.
– Я за тобой шпионила! – Из-за журнала появилась голова Мерси.
– Мне оставили четыре фургона для самостоятельной проверки.
– Знаю, ты угоняешь их из соседних штатов. Я решила, что в этом нелегком деле тебе понадобится помощник. К тому же на работе меня поджидали надоедливые репортеры, и я сбежала от них. Я поведу машину.
– Тогда пошли.
– Ух ты, какой румяный!
– Очень смешно.
– Хесс, нет, я... правда... ты выглядишь... черт. Забудь! Вечно я ляпну что-то не то.
Мерси смущенно посмотрела на напарника, и он улыбнулся. С трудом подавляя неловкость, она слегка приобняла Тима, словно говоря: "Ну извини. Я не умею выражать свои чувства, но буду стараться".
– Знаешь, врачи утверждают: чем больше смеешься, тем дольше живешь! – сказала Мерси.
Тим молча смотрел на нее.
– Ладно, сдаюсь. Мне паршиво. Помоги справиться с тоской! – Мерси вздохнула.
– А ты – мне!
– По рукам! Так где там первый фургон?
Хесс был благодарен Мерси за то, что она уменьшила громкость рации. Трубка разрывалась от сообщений о выходках пьяных граждан, о нарушении общественного порядка и угоне автомобилей. Теперь Тим наслаждался вечерней тишиной. Солнце садилось на западе, озаряя землю розоватым светом.
Напарники осмотрели два фургона за час. Первый находился в Вайджо, а второй в Сан-Клементе. Регистрационные бумаги владельцев были в полном порядке, а все шины одинаковыми и уже не новыми. Хесс решил, что если Похититель Сумочек заметил свое упущение, то наверняка сменил протекторы.
Верна Джексона, владельца третьего фургона, дома не было. Зато автомобиль Верна стоял неподалеку, и Мерси, внимательно оглядев его, вернулась к Хессу и покачала головой.
Последний, ярко-красный, был зарегистрирован на имя Брайана Кастора из Анахейма. Мерси и Хесс нашли его во дворе и начали проверку. Им навстречу вышел удивленный владелец, крупный мужчина с длинными светлыми волосами и в облегающей спортивной майке.
– В чем дело? – недовольно осведомился он.
– Мы осматриваем некоторые машины.
– Почему именно мой фургон?
– Так надо.
– Ну, давайте, раз надо.
Но Мерси продолжала свое дело и без его разрешения. Она уже выяснила все, что хотела, и снова разочарованно качала головой.
– Нужно проверить салон, – сказала она.
– Валяйте! –
Хесс наблюдал за ним, пока Мерси открывала дверцу. Минуту спустя она громко хлопнула ею и взглянула на напарника:
– И тут ничего!
Тим поблагодарил Кастора и извинился перед ним.
– Всегда пожалуйста! Счастливо, милашка!
– Договоришься, придурок! – резко бросила Мерси, направляясь к полицейскому автомобилю.
Кастор подмигнул Хессу:
– А она у вас с перчинкой!
Вскоре Хесс услышал слова, которых боялся с двадцати двух лет – именно в этом возрасте он начал работать в полиции. Сейчас, по прошествии десятилетий, этот страх усилился.
– Внимание! Внимание! 18.12, Оранжвуд, Эль-Модерна. Полицейский ранен. Подозреваемый тоже. Серьезная ситуация! Срочно нужна медицинская помощь!
Хесса словно ударило током. Они с Мерси находились в полумиле от места происшествия, и он указал напарнице кратчайший путь.
32
Мерси обогнала внушительного вида грузовик, повернула направо, затем снова направо, а потом налево, в сторону Оранжвуда. На большой скорости машину постоянно заносило, и у Хесса началось головокружение. На тротуаре пустовала полицейская машина. Рядом стоял серебристый фургон. "Спасибо, Господи! Мы поймали его!" У Хесса екнуло сердце. Мерси остановила автомобиль, и Тим резво выскочил из него с пистолетом наготове.
Первым, что он увидел, было бездыханное тело копа, лежащее на асфальте рядом с гаражом и серебристым фургоном. А у самого входа в гараж распростерся крупный мужчина без майки. Над ним склонилась плачущая женщина. Невдалеке валялось ружье. Хесс поднял его и унес подальше от убивающейся женщины, способной от горя нажать на курок.
Мерси говорила по рации. Тим посмотрел на мужчину с голым торсом: на вид раненому было не меньше пятидесяти. Обе руки чернели татуировками, одна из которых выдавала в нем участника одной местной банды. На груди зияло два пулевых отверстия. Хесс попытался прощупать пульс на шее, но женщина, охраняющая неподвижное тело, едва не вцепилась ногтями ему в лицо. Тим ловко схватил ее, повалил на землю и надел наручники. Затем отвел в машину Мерси и запер.
На дороге Хесс остановился. Он посмотрел на раненого полицейского и увидел то, чего желал меньше всего: изрешеченные грудь и живот, лужу крови и закатившиеся глаза. Мерси пыталась помочь бедняге, делая массаж сердца. Она давила ему на грудь, и голова полицейского безвольно дергалась от ритмичных движений.
– Давай, Джерри, – почти шепотом говорила ему Мерси. – Дыши! Не умирай! Останься с нами. Просто дыши, я помогу тебе.
Джерри было лет двадцать пять. Его пистолет так и остался в кобуре. В стрелявшего попал его напарник, мужчина лет сорока. Теперь он стоял на коленях, склонившись над окровавленным юношей.