Час ворот
Шрифт:
– Не знаю, че ты там себе думаешь, друг, но, по-моему, наших восьминогих друзей нету давным-давно.
Джон-Том постарался, чтобы в голосе его звучали уверенность и спокойствие.
– К правителю могущественного народа так просто не войдешь. Следует соблюдать все дипломатические условности. Так свидетельствует история.
– Это ты изучал, да? Ну, может, действительно требуется время. Не приводилось еще встречать чиновника, чтоб двигался быстрей упокойника. Они все такие, вне зависимости от числа ног, – и думают не торопясь, и шевелятся
– Вот они, – встрепенулся Джон-Том.
Но из отверстия появился высокий крайне тонконогий паук деликатного сложения. Глаза его выступали высоко надо лбом. Передние ноги были перевиты голубыми шелковыми лентами, на задних им соответствовали пурпурные.
Нога-проволочка указала на Каза, стоявшего возле дверей.
Из-за спины кролика невесть откуда появилось множество пауков разного цвета и размера.
– Иммобилизовать и отнести вниз.
– Эй, минуточку!
Джон-Том не успел даже замахнуться посохом, как был схвачен дюжиной крючковатых конечностей. Остальные тыкали копьями и ножами в его живот.
– Это ошибка! – Клотагорб, поваленный навзничь, уже исчезал за углом.
– Отпустите, не то отрежу ваши вонючие головы! – Шипящую в беспомощном гневе Талею несли вслед за волшебником.
Потом Джон-Том ощутил, что его самого повалили на спину и потащили дюжины волосатых лап; ни протесты, ни попытки высвободиться не помогли.
Они удалялись вниз – во тьму. Далеко ли унесли их, трудно было сказать, но достаточно скоро всех запихнули в шелково-каменную камеру – под бдительный надзор тощего паука.
Помещение покрывал старый и грязный шелк. Окон не было, свет масляных ламп проникал только из коридора. Взяв себя в руки, Джон-Том отправился к двери, чтобы рассмотреть перекрывающую выход сетку.
Она оказалась не липкой, но непроницаемой. Припав к паутинной решетке, он закричал в спины удалявшимся:
– Вы не имеете права! Мы здесь с дипломатическим поручением. Нам нужно встретиться с Великой Госпожой Тенет и…
– Не перенапрягайся, мой друг. – Каз, стоя в переднем углу камеры, разглядывал шелковые ступени. – Они ушли.
– Дерьмо! – Джон-Том пнул какой-то неправильной формы плоский обломок, поначалу показавшийся ему черепком. Стукнувшись о камень в углу, он при ближайшем рассмотрении оказался куском хитина.
– Черт побери этого лукавца Анантоса. Завел нас сюда… А еще другом прикидывался.
– Он ни разу не назвал себя нашим другом. – Хапли опустился возле стены, уперев голову в колени. – Он же сказал, что выполняет свой долг. Доставит сюда, а там дело за нами. Вот его слова. – Лодочник-лягушка хихикнул. – Наверняка ничем не нарушил обычаев, чтобы помочь нам.
Талея, хмурясь, нюхала воздух.
– Не знаю, заметили вы или нет, но…
Послышался испуганный вопль. Джон-Том поглядел налево, где только что стояла Флор. Она упала лицом вниз и сильно ушиблась. Одна нога ее исчезла в стене. Тело медленно ползло в ту же сторону.
Глава 10
Они
Джон-Том первым оказался возле нее и, не размышляя, ударил увесистым булыжником рядом с ее ногой. Из-за угла дуновением донеслось восклицание, соединяющее в себе изумление и боль. Тело девушки остановилось.
Каз с Маджем перенесли, а точнее, переволокли обессилевшую Флор в противоположный угол. Нога ее, к счастью, оказалась целой и невредимой, но невидимый агрессор аккуратно проткнул сапог как раз над пяткой.
Едва Джон-Том попятился от отверстия, из него появилось несколько ног. За ними последовало округлое тело фута в два шириной. На светло-зеленой поверхности виднелись голубые пятна и полосы. Джон-Том обратил внимание: лишь один черный шарфик был повязан на левой задней ноге этой личности – возле самого верхнего сустава.
За незваным гостем последовал второй паук, поменьше. Этот был ярко-бордовым, на брюхе его располагался серый прямоугольник. В камеру протиснулся третий паук, серо-бурый с белыми кругами на головогруди и брюхе и зловещими багровыми ногами. И у всех – на одной и той же лапе – были повязаны одинаковые черные шарфы.
Три паука обратили свои головы к сбившимся вместе теплоземельцам.
– Что это еще за пакость? – поинтересовался первый голосом настолько высоким и неуловимым, что его едва было слышно. – Что вы из себя представляете?
– Наше посольство имеет дипломатическое поручение, – проинформировал его Клотагорб со всем достоинством, какое он мог изобразить в подобной обстановке.
Маленький паук покачал головой в недоумении – Джон-Том успел уже усвоить этот жест.
– Для себя самих вы – посольство, – наставительно проговорил он. – А для нас – харч.
– На вид ничего, а мягкие, – проговорил большой тоном чуть более низким, но тем не менее не сулящим ничего хорошего. Увесистое тело его в поперечнике имело фута три, еще по три фута с каждой стороны приходилось на ноги. – Дипломаты, богохульники, послы или воры – нам-то что? – И он обнажил ярко-красные клыки. – Обед всегда обед.
– Ты так думаешь? Попробуй тронь хоть раз кого-либо из нас, – отозвался Джон-Том. – Я тебе клыки в глотку затолкну.
Первый паук скосился.
– Неужели, полуногий? – последний термин явно относился к вполовину меньшему числу конечностей Джон-Тома. – Тогда слушай. Если ты способен на это, мы попробуем увидеть в тебе больше, чем редкое блюдо, но если нет… – Паук указал ногой на трясущуюся Флор. – Начнем вот с этой – чтобы распробовать.
– А почему с нее, а не с меня?
Паук не может ухмыляться, но тем не менее было полное впечатление, что он сумел изобразить именно эту гримасу.