Чаудер
Шрифт:
– На, держи, - черное оружие опустилось и мужчина ловко развернул его в руке, протягивая мне ручку...рукоятку...курок? Я мигом выхватил черный пистолет и отпрянул. Оружие было удивительно тяжелым. Я перехватил ствол двумя руками и вскинул его. Было непривычно держать указатеьный палец на крючке. Было чертовски неправильным то, что я сейчас делаю...
– Осторожно, он заряжен и снят с предохранителя, - произнес мужчина и откинул голову на подушке, при этом второй рукой он принялся поправлять смятое одеяло.
Я вскинул пистолет вверх и нацелел на него,
– Угрожаешь мне?
– вновь внимательные черные глаза неотрывно смотрели на меня.
– Не приближайтесь!
– истерически взвизгнул.
– Я типа ранен и лежу. Ты не заметил, малыш?
– мужчина усмехнулся.
– Вы мне угрожали!
– я уже был в шаге от дверей. За дверью этой палаты меня ждала охрана, полиция, копы, санитары. За пределами этой палаты меня ждало спасение.
– Ну, так пристрели меня, Кен. Или что, яйца не отрастил? Ты же типа доктор. Думал у вас яйца из металла, а члены как заведенные. Всегда завидовал тому, как вы трахаете всех этих медсестер пачками. Впрочем, ты не похож на такого доктора. Проблемы по этой части?
Я оскорбился и замер:
– У меня с этим все в порядке!
– вскрикнул.
– Поговорим об этом, когда тебе будет сорок и у тебя появятся первые проблемы с импотенцией. А пока что я завидую твоему мотору и хочу отдохнуть, до того как начнется вся эта суматоха... Возьми свои дурацкие анкеты и скройся с моих глаз.
В следующий момент кто-то хлопнул меня по плечу. Раздался выстрел.
За моей спиной была дверь, и я не заметил, как кто-то вошел и уж тем более не был готов к тому, что этот кто-то хлопнет меня по плечу. Я лишь на миг повернул голову к незнакомцу, чтобы вновь переместить взгляд на мужчину на больничной кушетке. Прямо на его подушке сияла дырка от пули.
– Я же предупреждал, что он заряжен, - пациент неодобрительно покачал головой.
– Ты че, братан, решил грохнуть моего дядю!
– незнакомец толкнул меня двумя руками вбок.
Я психанул и на него тоже навел пушку. Я от шока выпал из реальности и не соображал что творю. Кажется парой секунд назад...я...я чуть не убил пациента!
– Воу, воу, полегче браток, - парень моего возраста в несоразмеримо больних штанах, большой футболке и кожанной куртке махал руками, призывая меня успокоиться. Он точно из банды, они оба из какой-ниубдь банды!
О боже, о боже! Я стрелял в человека! Пока мой взгляд метался от парня к мужчине, от мужчины к дырке от пули в подушке. И пока мои глаза вращались как у хамелеона, эти двое вели свой разговор.
– Кто этот тип, а дядя? Грохнуть его? Скажи грохнуть и его грохну!
Я перевел пистолет на парня.
– Успокойся Джей, это доктор и я попросил его спрятать пушку, до того как придут копы. Но у доктора нет яиц, так что он слегка разнервничался. Но мы сейчас все уладим.
Я перевел кончик дула на мужчину. О боже! На подушке дырка! Я мог пристрелить его! Попасть в его голову!
– Давай его грохнем, давай грохнем, дядя!
Я вновь перевел
– Мы же все уладим, да Кен?
– обратился ко мне пациент.
Я вновь перевел пистолет на мужчину и закивал головой.
– Тогда опусти ствол Кен, - попросил мужична.
Я, наконец, опустил оружие.
– Спрячь его под халатом Кен, в штаны, заправь его за пояс, - голос пациента-мужчины словно гипнотизировал меня - я поспешно приподнял полы халата и запихал ствол в брюки.
– Умница, Кен, молодец. Теперь ты можешь идти, - я закивал и как завороженный направился к двери.
– Иди Кен.
Дверь выпустила меня наружу, хотя мне казалось, что дверь в палату будет заперта.
Никто снаружи не суетился, не носился, не поднял тревогу из-за моего выстрела.
Я выдохнул и поспешил забежать в подсобку чуть дальше по коридору. Здесь, в кладовой полной швабр, растворов, моющих средств я схватил пластиковое ведро и закинул туда оружие. Ствол пугал меня, он словно жег меня изнутри и я панически боялся его. Лихорадочно соображал: как от него избавиться? Где спрятать? Может здесь? Но стоп! На орудие мои отпечатки пальцев. Я, было, принялся протирать оружие своим халатом, но ствол попросту выскользнул у меня из рук, из ткани халата и упал на пол, а после закатился под стеллаж. Я на корточках, с трудом, достал последний из под стеллажа подсобки. Хорошо, что тут еще нет уборщиков!
Точно! Уборка! Я уничтожу свои отпечатки и свою днк! Я лихорадочно хватал бутылки, пузырьки и средства для уборки - все это я заливал в ведро, чтобы химией смыть мои отпечатки. В голове моей крутились камеры допросов, игры во взрослого и злого полицейского, мне представлялось, что меня посадят.
Затем я опустил черный пистолет в синий раствор и продолжил поливать его всяким Мистером Поппером. Лишь когда черная ручка пистолета скрылась под толщей жидкостей для мытья полов, я выдохнул.
Итак. У меня есть ствол. И мне его нужно спрятать. И за это я получу тысячу баков от дяди чувака из банды. От эдакого Крестного папаши. И мне нужно алиби. И нужно чтобы никто не нашел отпечатков. Вся эта каша из страха, паники, догадок и идей крутилась во мне.
Дверь в кладовую открылась и вошла наша уборщица.
– Привет Кен, - она мило улыбнулась, - что здесь забыл?
Я открыл рот и не мог ответить:
– Э-э-э-э-э...А-а-а-а...
– Ну ладно, - она словно и не замечала меня, с приоткрытым ртом. Она спокойно подошла к ведру с жидкостью, быстро подхватила его и рядом стоящую швабру.
Я все также, с открытым ртом, наблюдал как уборщица ставит ведро на тележку, наполняет телегу флакончиками, полотенчиками и тряпками, как ведро мирно покоиться внизу и как колеблется раствор для мытья полов в ведёрке. Буквально от каждого движения телеги волны синей химической жидкости ходили ходуном, норовя продемонстроровать ченый ствол на дне... Я натурально взмолился. Уборщица, наконец, наполнила тележку всякой всячиной и толкнула дверь кладовую. Дверь закрылась, а я, наконец, закричал: