Чайка
Шрифт:
Маясь временным бездельем, Дара заплетала Орсо косички, сидя у него на спине. Вдруг мокрая тряпка прилетела словно из ниоткуда и звонко шлепнула ее в ухо! Матрос-шутник грубо хохотнул. Орсо повернул к нему голову, прижал уши, оскалился и зашипел. Шутник вздрогнул и попятился.
– Эй, жрец, прикажи своему коту… Эй! Пусть не трогает меня!
– Во-первых, он тебя не тронул. Пока. Во-вторых, вам тоже приказывали не цепляться к девке. Вы послушали?
Матрос сделал вид, что его что-то страшно заинтересовало
– А ты еще помнишь мои уроки, – улыбнулся командор.
– И не откажусь от новых, – поклонился принц. – Но взгляни! Моему лекарю не по душе наше занятие. Я прав?
– Не стану отрицать, – Навен отложил книгу, которую нянчил на коленях. – Едва поставил на ноги, а вы пытаетесь пустить мои старания псу под хвост.
– Я не ребенок, – без всякого намека на высокомерие укорил Айвен. – Не беспокойся о случайных царапинах. Беспокоиться будет нужно, если я так и не преуспею. Прошлой славы дуэлянта мне не видать, но хочется верить, что хоть на что-то этот калека еще годен.
– Хотите размяться? Ничего не имею против. Рекомендую только не махать острой сталью, а взять палки. Хоть бы и швабры.
– Если ты сменишь гнев на милость, сойдут и палки. Юнга! Тащи нам с командором швабры, живо!
– Не извольте беспокоиться, Ваше Высочество. – Дара шутливо поклонилась и поспешила выполнять приказ.
Орсо поднялся и потрусил за ней. Поравнявшись с шутником, он продемонстрировал зубы, клацнув ими в воздухе в каком-то локте от бока паршивца. Матрос едва в штаны не наложил.
Выходка брата немало повеселила Навена. Определенные плюсы в том, чтобы выглядеть громадным седым монстром, были.
– А ты не желаешь ли присоединиться? – взвешивая в руке принесенную швабру, спросил Айвен.
– Спасибо, нет. – Ответ был дан слишком быстро.
– Без кота он ссыт, – зло бросил себе под ноги матрос.
Только вот Навен отлично его услышал. Детина и без того не вызывал особых симпатий, а теперь желание пересчитать тому зубы сделалось почти непреодолимым.
– Дело в том, принц, что я не обучен фехтованию, – покачал головой Навен.
– Как так? Нам нужно это немедля исправить! Позволь стать твоим учителем. Так я смогу вернуть хоть часть долга за все, что ты сделал для меня.
– Почту за честь.
Навен склонился. Притворное смирение – лучшее, что он сумел почерпнуть для себя за годы в монастыре. Про фехтование Навен не лукавил. Он действительно не брал в руки ни меча, ни лука. Звериное в нем не нуждалось в оружии, для всего прочего хватало рун. Но и дать себя отдубасить шваброй в планы не входило.
Пока Айвен упражнялся в красноречии,
– Это все крайне познавательно, – улучив момент, перебил он. – Но не лучше ли будет, если ты станешь смотреть и наставлять со стороны, государь. Пусть моим противником станет, скажем… вот он.
Навен махнул в сторону шутника.
– Наверное, – неуверенно пожал плечами Айвен и, обращаясь уже к матросу, добавил: – Как твое имя?
– Конрад, Ваше Высочество.
– Встань вот здесь, возьми палку и…
– …покажи островитянину, как дерутся у вас в Корладе, – с вызовом закончил Навен.
Айвен нахмурился.
– Отчего не показать? Покажу. Если твой кот не откусит мне руки-ноги, когда я тебя палкой колотить начну.
– Не беспокойся, не откусит.
Крупный и широкий корладец выглядел горой живого мяса. Конрад взял швабру и встал, куда велели. На его посеченной харе играла злорадная ухмылка.
Навен позволил принцу «поставить себя правильно», поудобнее перехватил палку обеими руками и мученически взглянул на небо.
После сигнала матрос размахнулся и ударил сверху вниз, метя в левую щеку. Но… не попал.
– Вы же скажете, когда начнется бой? – со всей возможной наивностью в голосе уточнил Навен, незаметно уходя из-под удара.
Швабра свистнула уже над правым ухом.
– Еще раз… как противник должен стоять, чтобы поразить меня? Ох, вот я растяпа…
Он выронил «оружие» и присел за ним на корточки в тот самый момент, когда корладец решил нанести горизонтальный удар. Палка едва заставила качнуться волосы на макушке Навена.
– Может, вы правы, и идея со швабрами никуда не годится? – изображая задумчивость, он развернулся к публике всем корпусом, чтобы не схлопотать удар в живот. Палка даже не задела спину.
Навен поймал взгляд Дары. Она нашла его выходку вполне забавной. Конрад пыхтел и сквозь зубы бормотал проклятья, силясь не то чтобы поколотить нахала, а хотя бы просто попасть по нему.
Поначалу Айвен еще пытался подсказывать верные способы защиты, не замечая, что сыплет терминами, которые ученик слышит впервые.
Ситуация вышла из-под контроля быстрее, чем Навен рассчитывал. Матрос Конрад рассвирепел. Взмыленный корладец напоминал бешеного пса. Он отбросил швабру и, посекундно багровея, завопил:
– Да ты глумишься надо мной, ублюдок!! Надо мной, над Его Высочеством и над Корладом!
– Только над тобой, тупая ты орясина. – Навен поклонился публике.
– Будь вы оба благородными, один у другого уже бы сатисфакции требовал, – мечтательно заметил Ромо. – А вы просто лаетесь. Скучно.
– А и потребую! Сатифасии! – зарычал Конрад.