Чеченцы

Нунуев С.-х. М.

* * *

Иду к тебе дорогой горной, В ладони — яркая звезда, Я свет ее, простой и гордый, Сквозь мрак несу тебе всегда. А если будет холод лютый, Я солнцем над тобой зажгусь, А загрустишь — я стану утром, Чтобы, как ночь, исчезла грусть. В пути бывают ураганы. Но если хлынет долгий дождь, Я радугой весенней стану, И ты под радугой пройдешь. Захочешь пить — водой прозрачной Я

пробегу среди камней, Тебя оставят силы, — значит, Я стану силою твоей. Иду к тебе всесильной лаской, Открыв ветрам лицо и грудь, Я без тревоги, без опаски С тобою разделю твой путь.

* * *

Небо сбросило звездную шаль, Гордых маков зарделись огни… Я тебе подарю — мне не жаль! — Красоту недотроги Чечни. Подарю полевые цветы — Все в предутренних капельках рос, Чтобы дальнему северу ты Их, как наше дыханье, принес. Терек наш, как вино, пригуби, В русле он, как в ковше, — через край, Полюби ты его, полюби, Словно чистый и сильный мой край. Скалы, сакли… Я выросла тут И мечты обретала свои. Наши горы тебе принесут Сотни тысяч легенд о любви. Вот цветы открывают глаза, Пьют большими глотками зарю… Лучших песен моих голоса На прощанье тебе подарю.

Откровение

Нет, я перед любовью не лгала, Не прятала ее от глаз недобрых. Как совесть, неподкупна и светла, Она вставала из глубин бездонных. Да, мне досталась дорого она, Трудна и высока ее безбрежность… И если я с тобою так нежна, Ты знай — она мне даровала нежность, Я и горда, и мужественна с ней. Она меня всегда оберегала, И под защитою любви своей Я — словно речка между берегами.

* * *

Вставал рассвет, медлительный и древний, Была земля, как наш огромный дом. Нас охраняли сонные деревья. С тобой рассвет встречали мы вдвоем. В моих глазах твои глаза синеют, Твоя улыбка — на моих губах… Я стала вдруг слабее и сильнее, И счастье ощутила я, и страх. Я оттого кажусь сейчас девчонкой, Что отогрелась на твоей груди. И мы с тобой идем тропинкой тонкой, И звезды догорают впереди.

* * *

Все в жизни мне давалось нелегко, Но я всегда трудом брала преграды, И в косы пережитое легло Сединками, как высшею наградой. Я много плакала. Мне слабость не чужда. Я человек, он плачет и смеется. Но я боролась с бурями всегда И сквозь туманы шла навстречу солнцу. Я огорченьям счета не вела. Я падала и поднималась снова. Я просто

не запоминаю зла И крепко помню дружеское слово.

Кипарис

В земле весенней — красоты начало. Хоть величав и строен кипарис, Но я люблю чеченскую чинару, С которой мы бок о бок родились. Как строен кипарис и скрыто страстен. Нет, описать его я не смогу! Стоит он, словно восхищенный странник, Над морем, на высоком берегу. Я признаю тебя! Но мне нужнее Чинара возле сакли. С первых дней Привыкла я во всем делиться с нею: Она нежнее, и она родней.

Магомед-Салах Гадаев

Гадаев один из самых уникальных талантов. Прежде всего он известен как поэт и прозаик, хотя его творчество в годы коммунистического режима не только не исследовалось, но и замалчивалось. Годы творческого расцвета Гадаева прошли в изгнании, в Киргизии. Поэтому тема Родины была основной в его творчестве. Стиль, колорит, образность, глубокую народность его стихов трудно адекватно передать на другом языке. Но о том, как органично творчество Гадаева для культуры Чечни, свидетельствуют многочисленные музыкальные произведения на его стихи, которые знают и любят во всей республике. Не менее интересна в наследии Гадаева проза. Это романы «Двое», «Ночной всадник», повести «Сноха», «Грузин», «Дикость», рассказы «Страшные картины», «Хазман», «Кровная месть» и другие.

М.-С. Гадаев был также автором прекрасных литературных переводов на чеченский язык стихов Шевченко и Некрасова. Кроме стихов М.-С. Гадаев перевел ряд произведений русских и советских писателей — А. Чехова, Л. Толстого, А. Фадеева.

М.-С. Гадаев был наделен множеством талантов от природы. Поэтому ему удалось сделать свой вклад и на научном поприще. Причем отнюдь не в гуманитарной сфере. Им были изданы такие, например, труды — «Основные законы диалектики неорганической химии» (1954); «Временные, качественные изменения материального мира» (1956); «Программа выявления звезд (спектр-плотность) (1956) и другие. Названия исследований говорят о широте интересов поэта и ученого, его способности неординарно мыслить. Его работы признаны в научном мире. Некоторые его рукописи хранятся в архиве Бюроканской астрофизической обсерватории.

У М.-С. Гадаева была мечта — чтобы в его родном селе Цен-Берд Ножай Юртовского района стояла стела, на которой были бы высечены строки из его стихотворения «Цен Берд» («Красная скала») — о прекрасной природе родного края и о верности родине.

Магомед Мамакаев

Магомед Мамакаев (1910–1973) — поэт, прозаик, публицист, литературный критик — один из тех, кто стоял у истоков современной чеченской литературы. Родился М. Мамакаев 16 декабря 1910 года, в чеченском селе Ачхой-Мартан в семье крестьянина.

Оставшись в десять лет круглой сиротой, воспитывлсяя в детском доме. Все пережитое в детстве: боль утраты, горести и радости лирически изложены в его поэме «Разговор с матерью»(1934 г.). В молодости М. Мамакаев был комсомольским активистом, учился в Москве в Коммунистическом университете трудящихся Востока. Мировоззрение того периода отразилось в его первых литературных произведениях — «Утро над Аргуном», «Ласточка», «Пондар», лиро-эпическая поэма «Кровавые горы» (1928 г.).

На стыке 20-х и 30-х годов М. Мамакаев писал публицистику. На страницах журналов «Революция и горец», «На подъеме» он полемизировал с авторитетами того времени по вопросам освещения истории Чечни периода гражданской войны на Северном Кавказе. Общение с крупными советскими литераторами — М. Горьким, В. Маяковским, Э. Багрицким (который стал первым переводчиком стихов М. Мамакаева на русский язык), впоследствии с А. Фадеевым, Р. Серафимовичем, М. Шолоховым, А. Твардовским, Н. Тихоновым — оказало влияние на формирование взглядов М. Мамакаева. Он подчеркивал в свои статьях роль русской интеллигенции в становлении чеченской литературе и искусства, значение сближения культур русского и чеченского народов.