Чего хотят вампиры
Шрифт:
Я так глубоко ушла в свои мысли, что не сразу заметила, как подлая вампирша, воспользовавшись моим излишне задумчивым положением (не ею ли навеянным, кстати?), примеряется к беззащитной иномирной шейке. Вот змея подколодная!
– Эй, а у тебя разрешение есть? – хрипло выдавила я из себя, пытаясь вывернуться из цепких пальцев и не оставить в них свою оторванную в неравном бою челюсть.
– Какое разрешение? – не сразу поняла мой освободительный маневр клыкастая блондинка, но уже изрядно помятый подбородок нехотя выпустила. Ага, сработало!
– На санкционированный
Мной уже подмечено, что вампиры сильно теряются от нестандартных вопросов и действий, и это даже как-то раз спасло мою несчастную жизнь. Будем действовать в том же духе, авось и тут прокатит. – Несанкционированный – карается смертью! – кровожадно добавила я для усиления эффекта. Надеюсь, не переборщила.
– Вот как? – удивленно воззрилась на меня сбитая с толку дамочка. – И где можно получить такое разрешение?
– Раз не знаешь, значит, тебе не положено, – довольная своим умом и сообразительностью, пожала плечами я. – И вообще, ходят тут всякие, а я потом от потери крови страдай.
– С чего ты взяла, что я тебя кусать собиралась? – довольно натурально удивилась блондинка, явно пытаясь меня перехитрить, но я была настороже:
– Можно подумать, в мою шею ты носом тыкалась для идентификации запаха.
– Естественно, – клятвенно и вполне искренне уверили меня. – По запаху можно определить очень многое, вплоть до мыслей.
– Да? – Теперь пришла моя очередь удивляться. – А почему же тогда вампиры ничем не пахнут?
Волнующий меня вопрос сам сорвался с языка, но прикусывать несдержанный орган было уже поздно.
Вампирша снова закрутила кольцо на пальце и смерила меня задумчивым взглядом.
– А ты не так проста, как кажешься, хоть и осталось в тебе много чего человеческого. – При последнем слове она презрительно скривилась, словно кислятину проглотила.
– Человек – это звучит гордо, – высокомерно парировала я, выпячивая вперед грудь. Своим размером она, конечно, с вампиршиной не сравнится, но уж что есть, то есть. Не минус первый – и на том спасибо.
– Звучит, может, и гордо. – Наглая блондинка прикусила клыком идеально подведенную губу и подозрительно пискляво закончила: – Но вот выглядит как-то не очень впечатляюще.
Мое возмущение столь откровенным издевательством резко подскочило и погребло под собой жалкие остатки инстинкта самосохранения. Что эти сорняки эволюции себе позволяют?! Думают, отрастили кусачки – и все можно?! Ага, щаз! Так я и позволю этой заносчивой выскочке с античеловеческим аппетитом прививать мне комплексы неполноценности! Не дождется! И потом – мое чувство собственного достоинства гораздо важнее пары литров дурной крови, если таковой придется пожертвовать в этой неравной схватке.
– Знаешь, дорогуша, – мне было чрезвычайно сложно не шипеть от злости, но чего не сделаешь, дабы не упасть лицом в грязь, – умная женщина никогда не будет кичиться своими двумя высшими образованиями, – я непочтительно ткнула пальцем сначала в левый, потом в правый предмет
– А тебе, как я погляжу, даже с этим не повезло! – зло клацнула клыками у меня перед носом белобрысая упырица.
Вот зараза упрямая! За словом в карман не лезет. Ну ничего, мы тоже не лыком шиты.
– Зато мне повезло в другом, а это гораздо важнее.
– Это в чем же? – Тоненькая бровь скептически взметнулась вверх. Вампирша снова двинулась в непродолжительный тур вокруг меня, несовершенной, выискивая на теле исполняющей обязанности алаканты места, за которые можно было бы зацепиться взглядом.
– Тебе не понять, потому что это к высшим телесным образованиям не относится.
– Глядя на тебя, можно с уверенностью сказать, что у тебя вообще нет никакого образования, а это нельзя назвать «повезло», – высокомерно фыркнула вампирша и, завершив круг почета, демонстративно отвернулась, усиленно делая вид, что я не стою даже грамма ее драгоценного внимания и что закорючистая лепнина на потолке намного интереснее. Чего тогда пришла? Непонятно. Можно подумать, до меня гипсовыми финтифлюшками любоваться было некогда. Или их только перед моим прибытием повесили?
– М-да, как сказал Фонтенель, нет ничего печальнее жизни женщины, которая умеет быть только красивой, – вкрадчиво заметила я.
Блондинка скосила на меня темные очи и уже открыла рот, чтобы достойно ответить, но так и замерла с некрасиво отвисшей челюстью и глупо хлопающими ресницами. Сказать ей было нечего. Отлично, уже два-ноль в мою пользу. Как же все-таки легко сбить вампира с толку. И как же приятно наблюдать за выражением крайней растерянности на его лице. Удивительно, раньше я за собой такого злорадства не замечала. Вот что вынужденные обстоятельства с людьми делают.
Но никакая сцена не может длиться вечно, если только она не запечатлена в мраморе. Вампирша, с трудом переварив полученную информацию, перестала изображать памятник самой себе и постаралась сделать хорошую мину при плохой игре.
– Зато красота всегда в цене, – заметила она и надменно улыбнулась, гордая своей находчивостью. Неугомонная какая!
– Только до тех пор, пока эта красота молчит, – не осталась в долгу я. – Встречают обычно по одежке, а провожают-то по уму, – и постучала себя пальцем по лбу, чтобы некоторые не подумали чего-нибудь не то.
– Можно и без одежки встретить, тогда и наличие ума необязательно. – Вредная блондинка решила мне ни за что не уступать и встала в позу, уперев руки в бока. При этом она как-то подзабыла, что является истинным вампиром и вполне может воспользоваться своим «фирменным» оружием, то есть гипнозом. Сейчас она походила на простую, основательно разозленную женщину. И расовая принадлежность не играла тут существенной роли.
Я, тоже изрядно задетая за живое, решила от вампирши не отставать и выдала на одном дыхании: