Чек
Шрифт:
– Что за инцидент?
– Да, ерунда, – он широко улыбнулся. – Когда сидел на кассе в магазине, расковырял код печати чека. Ну, ты видела, наверное, когда при определенной сумме покупки, аппарат кроме фискального чека ещё печатает купон и приглашение зайти завтра в магазин, чтобы получить скидку на следующую покупку.
– Ну, да.
– Наша сеть продавала напитки и мороженное. Ассортимент небольшой, а постоянно вообще покупали 30–40 наименований. Было несложно определить по сумме чека, что покупатель взял. Даже если это было 2–3 позиции. Вот я и начал в купон вставлять стишки… Ну типа:
– Ты взял отличный
«Зелёная марка»? – нет лучше подарка! Предпочитаешь «Пять озёр»? – Ты крепкий парень, не позёр!
От «Беленькой» и жизнь не станет серенькой!
Тут Настя рассмеялась и добавила от себя:
– Себе – «Мартель», жене – пломбир, а тёще – розовый зефир!
Текилы «Сильвер» лучше нет, прими, как дружеский совет!
Она раздосадовано щёлкнула пальцами, вспоминая что-то, но Славка продолжил:
– От Бренди бредит лишь слабак, что поступил на биофак!
Лекарство «Бейлиз» для подруги – он лечит всякие недуги!
– «Бифитер» лечит от хандры – а лучше с баночкой икры!
Мне попался такой:
– Я не скажу, что ты взял квас – вернись, ведь ты один из нас!
Мужчина в элегантном костюме с грустью произнёс:
– Бордо? Да ты пропал, братан – возьми «вискарь» и ты – пацан!
– Так ты тот самый Чек?! – Настя всплеснула руками.
– Ну да, – Славка как-то, по-детски скромно, пожал плечиком. – А ты, правда, читала?
– Конечно! Около института был ваш магазин, и студенты туда часто захаживали. А когда прошел слух, что тебя за это уволили, ребята стояли у входа с плакатом:
– Бойкот произволу. Верните нам Чек! Он самый весёлый у вас человек!
Потом сделали клип и разместили его на канале YouTube. Собрали тысячи подписей.
– Да, было дело, – смущенно улыбнулся собеседник. – Продажи упали, и шеф уговорил меня вернуться. С повышением. Сказал, если я расковырял код кассового аппарата для такой ерунды, то смогу и редактировать запись на фискальную память.
Он взглянул на растерянное лицо Насти и пояснил:
– При печати чека каждая продажа параллельно записывается в специальную микросхему на электронной плате аппарата. Переписать её нельзя, а налоговая заставляла каждый год приносить кассу к ним в офис и там сначала проверяли пломбы, а потом вытаскивали микросхему. Выборочно проверяли записи в этой микросхеме с отчетами выручки магазина по датам. Если не совпадали – штрафовали по полной.
Он остановился, чтобы понять, продолжать ли мудрёные речи. Она тут же утвердительно кивнула.
– Я покопался и нашел в программе кассового аппарата команду записи суммы продажи в микросхему и вставил вместо неё свою подпрограммку, которая записывала цену дешёвого товара. В чеке у клиента была правильная цена, а в кассе и документах для налоговой печатали выручку на порядок меньше. Таблицу подмены цен проданных товаров и записанных в фискальную память знали только я и Герман. Магазинов было много и в Москве, и по стране. Ассортимент строго регламентирован. У «Нисы» прибыль прыгнула в несколько раз. Ну и мне чуток перепало.
– Да ты Кулибин!
– Недолго музыка играла… – отмахнулся Славка. – Когда приказали ставить новые кассовые терминалы, заточенные на пластиковые карты и оплату через банки по интернету, лавочку пришлось закрыть.
– И ты ничего не придумал? – недоверчиво спросила Настя.
– Ну… – замялся
Дама опять одобряюще кивнула и, словно учительница в школе, улыбкой подбодрила оратора для дальнейшего рассказа. Тот не устоял.
– Если помнишь, после присоединения Крыма, американцы показали нам, кто хозяин в финансовом мире и отключили в России платёжную систему для пластиковых карт Visa и Mastercard на пару дней. Те, кто был тогда за границей, или что-то оплачивал такой картой, оказались без денег. Но это была только демонстрация силы. Все слова депутатов и либералов о суверенитете страны оказались враньём. Мы всё покупаем, и в IT, и в финансовой сфере, и в передаче данных, и в их обработке. Только небольшие фирмы типа «Касперского» или «Крок» что-то сами делают, но это капля в море. Я ни разу не видел в магазине не только отечественный ноутбук или сотовый, тривиальной флэшки или «мышки» не встречал.
Он раздосадовано махнул рукой и отпил глоток из красивого широкого бокала.
– Буржуи давно придумали, как доить неразвитые страны. Если хочешь что-то купить, сначала купи на бирже доллар, потом заплати за его перевод на счет продавца. Немножко, полпроцента от суммы покупки. Только в международной платежной системе в секунду совершаются миллионы платежей. Идеальная машинка для золотого дождя. Наши банки тоже пользуются этим SWIFT и платят дань. Правда был приказ Президента и Премьера – сделать свою систему. Отрапортовали.
Славка опять грустно улыбнулся.
– Сбербанк даже свою карту МИР выпустил. Только кто ее принимает кроме него? Так и для оплаты покупок в магазинах через читалку пластиковых карт всё завязали на Сбербанк. Я покопался в том протоколе обмена – они взяли за основу протокол для банкоматов, использующих всё ту же международную платёжную систему. Только в качестве доярки в нашей стране теперь Сбербанк. Всех продавцов законом обязали покупать китайские читалки карт и цеплять их на все кассовые аппараты. При оплате товара картой, сначала идет запрос в Сбербанк, он транслирует запрос в банк клиента, получает от него сумму оплаты и зачисляет её на счет продавца. Он молодец – дважды прогнал через себя денежку и получил за это копеечку. И Центробанку с налоговой хорошо – они всю статистику видят и знают, кто что продаёт.
– Я правильно понимаю, что за всё платит покупатель? А куда наш Центробанк смотрит?
– Дык, Центробанк не наш. Будет интересно – почитай, кому он принадлежит, кто им руководит, кто выгодоприобретатель. Информация в открытом доступе на сайте ЦБ России.
– Ладно. Что придумал Кулибин?
– Ничего особенного, – заговорчески хихикнул Славка. – Кулибин предложил Герману открыть маленькую посредническую фирму в оффшоре для оказания мелких финансовых услуг и подменил в большинстве карточных читалок нашей компании IP-адрес Сбербанка на IP-адрес маленькой компании на Кипре, и посредником в оплате стал сервер по имени Sber-Cyprus, Сбербанк отдыхает. Мой сервер трудится в прохладном помещении небольшой виллы города Пафос на западном побережье острова. Это двадцать минут до одноимённого международного аэропорта, куда из Шереметьево четыре часа лёту. Я иногда столько же времени трачу в пятницу, чтобы доехать с работы в ту избу в Старцево, где мы так романтично познакомились.