Человек-торпеда

Зверев Сергей Иванович

– Кажется, у нас с Казахстаном очень даже неплохие отношения, – сказал Полундра. – Можно было бы поделиться информацией, договориться о сотрудничестве.

– Нельзя было этого делать, – покачал головой разведчик. – Это означало признать факты производства биологического оружия уже после подписания международных обязательств по его свертыванию. А также факт его халатного захоронения, а не уничтожения. Это могло повлечь за собой такой скандал… И не только скандал, еще и солидные межгосударственные выплаты. Конечно, Казахстан – страна дружественная,

но ведь вся эта дрянь была захоронена на его территории. А за это можно много денег получить, казахи, хоть и друзья нам, от такой возможности не отказались бы, я уверен. Сейчас такие времена, перед деньгами любая дружба отступает. Да и то сказать – какая между государствами дружба может быть? Одни взаимные интересы. А ведь есть еще и Узбекистан – у него с нами отношения более сложные. А еще информация могла из спецслужб этих стран вообще на сторону уплыть. Нет, договариваться с ними было никак нельзя.

Полундра мрачно кивнул. С одной стороны, все, что говорил бурят, было правильно. Но с другой – если бы спецслужбы трех стран договорились, то, может быть, не было бы так много жертв.

– В общем, это очень удачно получилось, что ты сюда приехал, – закончил Леонид. – Ты действовал жестко и решительно, а я себе этого позволить не мог.

– Жестко и решительно, – усмехнулся Полундра. – Я же чуть тебя не убил!

– Ну не убил же все-таки! Все хорошо, что хорошо кончается. А корейцам мы теперь устроим. Такой компромат на них набрали…

– Но как вы собираетесь им пользоваться? Ведь оглашать его нельзя!

– А оглашать никто и не собирается. Дело в другом – в наших руках теперь есть компромат на некоторых высокопоставленных офицеров разведки КНДР. Когда-нибудь это нам обязательно очень пригодится.

Тем временем машина уже подъехала к зданию аэропорта.

– Ну, провожать тебя до самолета я не буду, чай, не влюбленные, – усмехнулся Леонид.

– Ясно дело, – отозвался Сергей. – Ну, счастливо!

– Удачи!

И Полундра, забросив на плечо сумку, зашагал к аэропорту.

40

Было тепло и солнечно. Черное море лизало берег ласковыми зеленоватыми волнами, в воздухе носились чайки. Большой галечный пляж был заполнен отдыхающими. Кто-то читал, кто-то играл в волейбол, маленькие дети гонялись друг за другом, пытались сооружать из гальки какие-то крепости, стены.

Наташа сидела на деревянном лежаке, читала газету, время от времени поглядывая в сторону моря. Там был Андрей, и за мальчишкой нужен был глаз да глаз, он так и норовил то заплыть подальше, то нырнуть поглубже.

Наташа тяжело вздохнула. Она и так мужа видела хорошо если три-четыре дня в месяц, а бывало, что и за два месяца ни разу. Так теперь еще и во время отпуска он куда-то уехал! Она, конечно, понимала, что не просто так, а по делу. Но от этого было не легче!

Сдвинув на лоб темные очки, Наташа снова посмотрела на берег. Пару секунд выискивала взглядом сына, наконец нашла.

Андрей стоял у самой кромки воды, накатывающиеся на берег волны то скрывали его ноги до колен, то отступали. К счастью, пока он явно не собирался никаких глупостей делать – вниманием мальчишки полностью овладел купленный ему вчера вечером предмет. Это был бинокль, не слишком мощный, всего с восьмикратным увеличением, но Андрею и этого было достаточно. Он внимательно изучал горизонт, видимо, обнаружив там что-то интересное.

Наташа снова опустила глаза на газетный лист. Но почитать спокойно не удалось – примерно через минуту сын подбежал к ней, схватил за руку мокрыми ладошками.

– Мама, а я корабли видел!

– Серьезно? Какие?

– Военные! Мама, а это наши?

– Ну откуда я знаю, – пожала плечами Наташа.

Андрей пару секунд помолчал, а потом снова дернул ее за руку.

– Мама, давай пойдем купаться!

Купаться Наташе совершенно не хотелось. Но и отпускать ребенка одного было нельзя.

– Андрей, чуть попозже искупаемся, – сказала она.

– Эх ты! – обиженно выпятив губу, сказал мальчишка. – Был бы здесь папа, он бы со мной пошел! Или одного отпустил, мне уже девять лет, он обещал, что, когда девять исполнится, он меня одного будет отпускать!

– Только через мой труп! – заявила Наташа. – К тому же нет тебе еще девяти, только через месяц будет.

– Ну подумаешь, месяц!

– Не подумаешь. Пройдет месяц – тогда видно будет.

– Так мы через месяц уже давно дома будем! И сюда только через год попадем.

– Вот через год и поговорим.

– А вот папа… Папа!!!

Андрей неожиданно подпрыгнул, глядя поверх головы матери. Наташа обернулась. И увидела мужа. Он широкими шагами шел по пляжу, на лице его была радостная улыбка.

– Папа!!! – Андрей со всех ног кинулся навстречу отцу. Наташа тоже не удержалась, встала, шагнула вперед.

– Ну вот я и с вами, – сказал Сергей, обняв одной рукой жену, а другой сына.

– Только уже половина отпуска прошла, – Наташа хотела, чтобы эти слова прозвучали сердито, но это ей не удалось – губы сами расплывались в счастливой улыбке.

– Ничего, я звонил Сорокину, он согласен мне еще неделю отпуска дать.

– Папа, пойдем купаться, – деловито сказал Андрей и дернул отца за руку.

– Пойдем, конечно!

– Ну тогда и я с вами, – улыбнулась Наташа.

У самой воды Андрей неожиданно остановился, поднял голову и сказал:

– Папа, а я только что корабли военные в бинокль видел. Скажи, это наши? А то мама не знает.

Полундра чуть помедлил с ответом. Здесь, на Черном море, могли быть корабли российского или украинского военного флота. Хотя… какая разница, в конце концов?! Чанг сейчас по документам гражданин Казахстана, а другой его близкий друг – армянин. А третий, тот, кого он считает своим учителем, как раз украинец по национальности. Значит…

– Наши, Андрей. Конечно, наши, – серьезно сказал Полундра.