Чемпион 2
Шрифт:
И, как и предполагал Саня, она затарабанила в дверь. Лёха открыл, помог ей войти. Взял стаканы. Чай остыл, превратившись в мочу, что Пельмень понял, когда взял один из стаканов в руки. Не удивительно, учитывая что она с ним носилась туда-сюда. Впрочем, Грузовика это нисколько не волновало. Потому что чаевничать он не собирался в принципе. К своему стакану он так и не притронулся, но повернулся к своей «зае».
— Подойди ко мне.
— Ну не начинай, я же говорила, что не надо закрываться, — как будто виновата сказала она, видимо полагая, что Грузовик
— Подойди, подойди, не бойся.
Она подошла и Лёха вместо того чтобы продолжить разговор, потянул ее, прижал к себе и крепко схватил за упругую задницу, так что девка аж привстала на цыпочки.
— Слышь, Санчес, шуруй как погуляй, — бросил он, даже не глядя на Пельменя.
— Лады, — живо согласился Саня, который хотел свалить примерно так с начала всего этого разговора.
— Куда, ему не надо пока высовываться, пусть пересидит… — между страстными поцелуями заметила сестра.
— Значит пусть идёт… не знаю, в ванну иди, слышь малой?
— Нет, давай мы лучше с тобой сами ванну примем после дороги, — сестра потащила Леху за руку.
Грузовик не долго думая поднял возлюбленную на руки и зашагал к выходу из комнаты. Хлопнула дверь и влюблённая парочка удалилась, а Саня остался наедине с собой в комнате.
Глава 10
«Заниматься можно спортом, работой, но никак не любовью. Потому что из спорта можно уйти, с работы — уволиться, а от любви никуда не деться»,
Стоило парочке возлюбленных уйти, как Пельмень, будто ошпаренный, вскочил с пуфика, вытаращив глаза.
Че делать блин…
Даже не так.
ЧЕ ДЕЛАТЬ!
Полотенце стояло колом.
Так, так, так — решено… надо Зое срочно звонить! Тогда не вышло, а теперь проблем точно не будет.
Саня бросился к телефону, переворачивая несчастный пуфик и подфутболивая стул, на котором сидел Грузовик. Снял трубку, набрал номер одноклассницы, который к своему удивлению помнил наизусть. Через несколько долгих секунд ожидания послышались первые длинные гудки.
Ну же, Зоя, моя хорошая… твою мать, возьми трубку! Саня вжал динамик себе в ухо настолько сильно, что когда гудки прекратились и наконец ответили — резко отпрянул.
— Алло!
Трубку взяли. Вот только услышав это самое «алло», у Пельменя все внутри как оборвалось сразу. Трубку взяла матушка одноклассницы. Или даже скорее бабушка, судя по старческому голосу. Готовность к облому повышается.
— Это, алло, то есть здрасьте, а Зою можно? — выдавил Саня, перетаптываясь с ноги на ногу и путаясь в словах.
— Зои сейчас нет дома, а кто спрашивает? — услужливо осведомилась бабушка.
— А когда она дома будет? — Пельмень пропустил ее вопрос мимо ушей. — Далеко ушла?
— Она не сказала, а кто звонит, молодой человек? Как вас зовут? Представьтесь,
Саня положил трубку, не дослушав. Сейчас надо, бабуля — прямо СЕЙЧАС. Потому что потом уже будет слишком поздно.
Облом в общем. Чуйка Саню редко когда подводила.
Ну разве можно так?!
От напряжения сводило скулы. Саня взял себя в руки кое-как и тотчас бросился, пританцовывая, к своей кровати. Из под кровати достал свой набор юного ананиста. Ну тот самый, со вкладышами голых баб, одежда которых растворяется, если ее послюнявить.
Не приходилось доставать вкладыши с того самого первого дня, как он оказался в новом теле. Теперь вот пришлось, понадобились, поскольку самих вариантов у него имелось не так много, как хотелось бы.
Взяв первый попавшийся вкладыш бабы с неприлично большими буферами и потрясной задницей, Саня уже решил расчехлиться. И, как бы так помягче выразиться, передёрнуть прямо на кровати. Вылизав вкладыш от и до.
Ну а чего, с другой стороны, далеко ходить? Конечно, полное западло для нормального пацана дымящуюся шишку подобным образом тушить, но только нет других вариантов!
Однако не успел Пельмень толком подготовиться и окончательно уговорить себя к греху, как резко сообразил, что сестра со своим хахалем вернутся в любую минуту.
— Блииин!
Можно было конечно рискнуть… но нет! На фиг. Чего не хватало прослыть в глазах Лёхи Грузовика лютым ананистом. Если че, с такими никто за руку в 90-х не здоровался, а если и здоровался — за левую руку. Быть нерукопожатным — то ещё удовольствие. Поэтому Саня спрятал свою коллекцию обратно под кровать. Правда немного подумав, все же сунул один вкладыш себе в труселя — сестра с хахалем выйдут из ванной, а он туда пойдёт.
Решено.
Для здоровья — один разок можно.
Саня дрожащими руками оделся. И пока сестра с хахалем не пришли, решил спустить пар физической нагрузкой — продолжил заниматься. Отжимался, приседал, боксировал с тенью. Конский возбудитель действовал просто люто и Пельмень готов был поклясться, что стояк только усиливается при каждом выдохе и вдохе! Естественно — нагрузка только лишь разгоняла по венам кровь, а благодаря химикатам, весь поток крови направлялся в одну единственную точку во всем теле. Можно было догадаться сразу.
А вообще было бы смешно, не будь так обидно! Пельмень совершенно не знал, как поступать с привалившим вдруг счастьем. Хотя одно теперь было понятно — подгон Игоря Борисовича шикарно работает, если пользоваться возбудителем по уму. Такой хреновиной, что сейчас торчала у Сани между ног, можно было… да что угодно можно было делать! Хоть стены сверли, хоть орехи раскалывай, хоть блины вешай, вместо грифа, ага.
Минут через десять таки вернулись влюблённые.
Лёха решил продолжить заниматься своими грязными делишками в комнате Санька. Самого Пельменя он из комнаты, понятное дело, выпер едва ли не под зад ногой. Застав его в тот момент, когда Саня работал на мешке.