Чэнси

Ламур Луис

— Они перешагнут через тебя, парень.

— Продай ему, — поддержал меня толстый мужик, чей безвольный подбородок покрывала щетина. — Что мы теряем?

И тут раздался топот копыт. Мне показалось, что у Гейтса внутри словно что-то оборвалось.

— Я напишу акт о продаже, — предложил я, — а вы распишетесь.

Вместе с так называемым шерифом прискакало шесть человек. По мне, так он был просто мошенником, носившим краденый значок, вокруг которого собралась шайка проходимцев, подлых, но довольно крутых парней.

— Мы

пришли забрать наших коров, пока не стемнело, Гейтс. Держись подальше, и у тебя не будет проблем.

— Это наш скот, — заявил Гейтс. — Мы собрали его на Троицу.

Шериф в ответ лишь нагло ухмыльнулся. О да, он их верно оценил! Знал, что у них не хватит духу постоять за себя.

А я тем временем достал из кармана письмо и на обратной стороне написал: «В обмен на тысячу долларов, подлежащих оплате в момент продажи, я передаю все права на весь скот с клеймами „Тройка в круге“, „Десятка в квадрате“, „Трилистник“ и „Косая семерка“ предъявителю сего документа» — и протянул записку Гейтсу.

Гейтс посмотрел на меня. Он был очень напуган, но все же не хотел продавать стадо.

— Это лучше, чем ничего, — заверил я, — а другого они вам не оставят. — Я вручил ему карандаш. — Подпишите.

— Чем вы там занимаетесь? — спросил шериф. — Что за бумага?

— Хорошо, хорошо, — хрипло зашептал Гейтс. — Они твои. — Он повернулся к остальным. — Вы согласны?

Те закивали, и он подписал.

Нарочито медленно забрав бумагу, я повернулся к ним спиной и зашагал к лошади. Взял многозарядный дробовик системы «Кольт», который возил притороченным к седлу, и вышел на свет.

— Что такое? — заволновался шериф. — Ты что затеял?

— Я только что купил права на скот, который вы хотите угнать. Имейте в виду, вам не видать его как своих ушей. Лучше поворачивайте и дуйте обратно в город.

С первого взгляда я понял, что передо мной подлый человек, и не сомневался, что так просто он не уйдет. С самого начала, пока пройдоха не взял их на понт, они могли бы еще от него отделаться. Но теперь, когда он уже домогался вовсю, дело не могло кончиться миром.

— Ну что ж, мальчик, надо тебя проучить! — Он развернул лошадь, вынимая винтовку. Я не мешал ему, но как только дуло дернулось вверх, выстрелил.

Мой дробовик был заряжен картечью и стрелял со страшным грохотом. Так называемый шериф вылетел из седла как подкошенный.

Остальные замерли, боясь навлечь на себя беду. С таким дробовиком шутки плохи, а я продолжал развивать преимущество: подошел ближе и укрылся в тени фургона.

— Подберите его, — приказал я, — и убирайтесь отсюда. Еще раз кого-нибудь из вас увижу — пристрелю на месте.

Не сомневайтесь, они так и сделали. Очень осторожно спустились на землю, положили тело поперек седла и, благодаря Бога, поскорее убрались прочь.

На земле остался лежать револьвер, который выпал у убитого из-за

пояса. Я подобрал его. Это оказался отличный шестизарядник с рукояткой из слоновой кости, украшенной причудливой резьбой. Я закричал им вслед, но они отъехали уже далеко и не вернулись. Так что я заткнул свой трофей за пояс и тем самым подписал себе приговор, взяв вещь покойного.

Люди Гейтса так и остолбенели, от удивления не в силах вымолвить ни слова.

— Они ушли, — наконец выдавил из себя Гейтс, — ты прогнал их!

Ну, а я подошел к костру и взял свою чашку. Меня немного трясло, и я не хотел, чтобы они это заметили. Будучи человеком весьма молодым, я потратил немало времени, изучая мир взрослых, и знал, что мои беды еще только начинались.

— Ты убил его, — произнес один из ковбоев, словно не мог поверить в то, что свершилось на его глазах.

— Он сам напросился.

— Но ты убил его!

Я отхлебнул кофе. Сидя возле костра, наблюдал, как некая мысль потихоньку доходит до их сознания. Опасность миновала, ничего страшного не произошло. Но случилось кое-что другое. Я завладел половиной их стада. И еще убил человека, чего никогда раньше не делал и надеялся не делать впредь.

От переживаний у меня прихватило живот, но я старался не подавать виду.

Возле фургона стояла та рыжая девчонка и, не проявляя никакого расположения, смотрела на меня. Она просто смотрела.

— Сдается мне, — начал я, — что нам стоит отогнать стадо и лучше держаться отсюда подальше.

Они уставились на меня. Самый младший из них годился мне в деды.

— Тебе обязательно было стрелять в этого человека? — спросил один из них. — Убивать его?

— А что бы вы сделали?

Никто мне не ответил, так что я допил кофе, собрал пожитки и пошел к лошади.

Нам пришлось двинуться в путь, и ковбои призадумались. Тогда они еще не пришли ни к какому решению, но для этого потребовалось время.

Глава 2

Мы отогнали стадо миль на восемь и устроились на ночлег. Всю ночь моросил мелкий дождь. Утром я выехал, чтобы посчитать свой скот.

Навстречу мне вышел часовой, дежуривший ночью, Харви Боуэрс, худой, унылый старик с узким лицом и жидкими прилизанными волосами.

— Куда намылился? — спросил он.

— Хочу осмотреть свой скот. Произвести инвентаризацию, если угодно.

— Скот пока не твой. За него еще следует заплатить. — Он сунул в рот кусок жевательного табака. — Тебе предстоит долгий путь, приятель.

— Все уже позади. Я свой путь прошел.

— Ты не считаешь, что тебе слишком легко досталось стадо? Мы несколько месяцев вкалывали, чтобы собрать его.

— Да, и могли потерять все в одну минуту. Если бы вы знали, как его сохранить, давно бы что-нибудь сделали. Я рисковал ради него своей шкурой. Ясно?