Череп Тимура
Шрифт:
С одним на время покончено. Но этого мало. Майор, стоящий впереди, переходит к решительным действиям. Одна рука отбрасывает полу куртки, другая тянется за пистолетом, черный ствол разворачивается к спине девушки. Одна пуля может пронзить обоих. Тихон в последний момент в отчаянном рывке вырывает ладонь из петли и бьет правым кулаком в тонкий нос над густыми усами. Удар не сильный, мешают объятия девушки, но Пучков спотыкается и истуканом садится на землю.
Руки Заколова свободны, но он лишен возможности маневра. Окаменевшая от страха девушка стиснула объятия и не может пошевелиться. Тихон сам
Грохот поезда нарастает, состав приближается. Тихон подхватывает Тамару на руки и прыгает вперед к рельсам. Состав совсем близко, Заколов с девушкой проскакивает перед локомотивом, отраженный воздушный поток валит их с ног. Пучков видит упавших беглецов. Звучат выстрелы. Пули бьются о стальные колеса и высекают яркие искры.
31. Погоня на мотороллерах
Промчавшийся железнодорожный состав, к счастью, оказался длинным. Заколов и Кушнир успели вскочить, затеряться среди железнодорожных путей и выбраться в город.
– Кто это был? Те, кого мы встретили в гробнице? Наши конкуренты? – возбужденно тараторила Кушнир. Она еще не полностью отошла от пережитого страха и то и дело оглядывалась назад.
– Не думаю. Они знают и про два убийства, и про мавзолей, сумели просчитать наш путь и устроить ловушку. У них наручники и табельное оружие. Это профессионалы, а из какого ведомства, не знаю.
– Почему они хотели нас уничтожить?
– Значит, получили такой приказ. Они не рассуждают, а выполняют команду.
– Но это ужасно! Так не должно быть.
– Мы первыми сделали то, что не положено. И породили ответную лавину. Теперь надо бежать только вперед, иначе накроет. Ты еще хочешь найти череп Тимура?
– Ты что! Свой выбор я уже сделала. И не отступлюсь.
Заколов оценил решительный взгляд девушки, обострившиеся черты лица. Упорная. Он вслух задумался о произошедшем:
– Как они на нас вышли? Где мы наследили?
– Усатый назвал меня журналисткой.
– Верно. А другой узнал тебя на вокзале и пытался схватить. Скорее всего, след тянется из Ташкента. Убиты два человека, причастные к запрещенной статье. Ищут автора. Дома ее нет, а тут вдруг приходит сообщение, что вскрыт саркофаг, про который написано в статье.
– Но мавзолей в Самарканде, а мы в Бухаре! Прошло всего полдня, как мы там побывали, а меня уже нашли. Кто-то нас предал.
– Почему сразу «предал». Тебя видела троица в масках из склепа. Наводку могли дать они.
– В подземелье была не только я, но и ты с другом. Причем я не главный персонаж разыгранной пьесы. Я стояла в сумраке, а ты выступал открыто. Но ищут именно меня. Про тебя эти двое ничего не знали. Он даже перепутали тебя с Зурабом, который спас меня в здании вокзала.
– Ты на что намекаешь?
– Я не нравлюсь твоему другу Евтушенко.
– С чего ты взяла?
– Женщина это всегда чувствует. Он хочет избавиться от меня и спокойно продолжить экскурсионный тур.
– Ты ошибаешься.
– Тогда где он сейчас? Любуется шедеврами древних зодчих и надеется вернуться в купе, в котором уже не будет взбалмошной девчонки, втягивающей в опасные авантюры.
Тамара сделала
– Это тот самый минарет Калян? – Заколов указал на самую высокую башню, увенчанную цилиндрическим фонарем-ротондой с узкими арочными окнами.
– Да, минарет видно отовсюду. Чем не макушка города? Темя Бухары!
Они вышли на небольшую площадь, заполненную шумными туристами, здесь было проще всего затеряться от возможных преследователей. Заколов держал девушку за руку, а сам, задрав голову, рассматривал минарет Калян. Ротонда на его вершине имела шестнадцать сквозных арочных проемов, сквозь которые легко мог пролезть человек. Над окнами ротонда расширялась, ее покрывала практически плоская крыша с конусообразным шпилем посередине. Если речь идет о темечке, то больше всего на него похожа эта округлая маковка в центре крыши.
– Я сейчас. Надо узнать путь наверх, – предупредил Тихон Тамару. – Побудь здесь, только не высовывайся из толпы, нас могут искать.
Он исчез. Оставшись одна, девушка тревожно забегала взглядом по плотному скоплению туристов и сразу увидела Александра Евтушенко. Он шел к ней, удивленно вскинув брови над дужками пластмассовых очков. Девушка невольно попятилась, но Александр быстро просочился сквозь толпу и оказался рядом.
– Ты здесь? – удивился он.
– А где же мне быть? Экскурсия.
– А Тихон? Остался в вагоне?
– Он колдует над разгадкой надписи, – соврала Тамара. Ей почему-то не хотелось, чтобы друзья встретились.
– Так долго? Это на Заколова не похоже. У него мозги работают со скоростью суперкомпьютера.
– Может, нет желания?
– Мотивация – страшная сила. Я рад, если он успокоился. Идем со мной.
– Куда? – шарахнулась Кушнир.
– К экскурсоводу, она так интересно рассказывает.
– Я сама посмотрю.
– Как хочешь. – Александр оглянулся. – Наша группа уже входит в мечеть. Я побежал.
Евтушенко действительно бегом устремился к главному входу в мечеть, превращенную Советской властью в музей. Тамару напугала его спешка. А если он мчится к телефону, чтобы сообщить тем двоим извергам о ее местонахождении, ведь внутри музея обязательно есть телефонный аппарат.
Тамара пугливо озиралась и вертелась на месте. Маленькая площадь быстро пустела, группы туристов разбрелись по сувенирным лавкам, зашли внутрь исторических памятников или спешили к автобусам, чтобы переехать к новым достопримечательностям древнего города. В какой-то момент Тамара ощутила себя совершенно одинокой, незащищенной, открытой для всех невзгод и напастей. Ее охватила тревога, хотелось уйти и спрятаться, но Тихон просил ждать здесь. Где же он? Она обернулась и увидела усатого мучителя, выходящего на площадь. За ним как верный пес прихрамывал хмурый узбек.