Черепаха Лера
Шрифт:
– Нет, папуль, не умеешь ты женщинам сказки рассказывать! – в сердцах покачала головой Полина. – Сказки у тебя какие-то мальчишеские, неделикатные...
– Какие есть... Ну, если не нравиться, давай, я тебе сериал бабушкин включу, а сам...
– А сам будешь рассказывать дальше!
Папа не возражал – с дочками спорить бесполезно. Горестно сморщив лицо, он вновь вообразил себя черепахой:
– "Все! Конец! – подумала донельзя изможденная Лера. – Допрыгалась!" Но тут же почувствовала спиной песок, вытащила ноги из углублений в пенопласте, перевернулась и, подхваченная
Как говориться, удача сопутствует храбрым – оклемавшись, Лера обнаружила себя на... Черепашьем острове. Погода к этому времени установилась великолепная, и морские черепахи одна за другой поползали из морских глубин, чтобы отложить яйца в горячий песок. Лера познакомилась с несколькими из них и рассказала, по какому делу прибыла на остров. Новые знакомые обрадовались, но потом погрустнели.
– За чайками ты не угонишься... – угрюмо сказала самая мудрая из них и, тяжело вздохнув, поползла копать ямку для яиц.
А Лера чуть не расплакалась. "Столько книг прочитала, сколько мыслей продумала, а не сообразила, что с летучими чайками мне, тихоходной, не справиться – думала она, роняя горючие слезы в песок. – Дуреха, я дуреха".
– А я тоже об этом не подумала, – вздохнула Полина и пристально посмотрела на Папу: придумает он что-нибудь или не нет?
– Да редко так бывает, что с самого начала все идет, как по маслу, – улыбнулся Папа. – И потому всегда надо быть готовым к тому, что дела пойдут не так, как хотелось бы. И никогда не сдаваться. Выход можно найти всегда и чаще всего он там, где ты и не чаешь его встретить...
– И что же придумала Лера?
– Она взяла себя в руки, подкрепилась, чем бог послал, и принялась размышлять. И, в конце концов, подумав, что среди хорошего всегда есть плохое, а среди плохого – хорошее, решила найти среди чаек хороших. А хорошее всегда хорошо видно, это плохое прячется и выдает себя за все, что угодно, только не за плохое.
И стала наша черепаха Лера присматриваться к чайкам. Жадных было видно сразу: они раскапывали яичные кладки одну за другой и быстро-быстро ели. Не доев одно яичко, они расклевывали следующее. Были и совсем противные чайки – наевшись, они продолжали раскапывать яйца, только затем, чтобы их уничтожить. Больше всего, конечно, было обычных чаек – поев немного, они улетали к скалам отдохнуть в их тени. Или резвились над голубым океаном.
Черепаха Лера поняла, что эти чайки – добрые чайки, потому что они едят, но не уничтожают. И решила познакомиться с ними поближе...
Папа замолчал и уставился в окно, но уже не в то, в которое была видна грядка редиски, а в то, в которое была видна калитка.
– Что-то мама наша опять задерживается... – наконец, сказал он печально.
– А ты рассказывай интереснее, и она быстрей приедет! – посоветовала Полина.
Папа отвернулся от окна и стал вспоминать, о чем была сказка.
– О черепахе Лерке ты рассказывал, – напомнила дочь, скользнув взглядом по окну с калиткой.
– А... Ну, слушай дальше. Добряк добряка видит издалека, и знакомство добрых чаек с Лерой состоялось быстро. Скоро Лера научилась понимать птичий язык в такой
– Если вам удастся сохранить все яйца, в чем я жестоко сомневаюсь, – сказала она едко, – то черепахи неминуемо погибнут. Все подводные пастбища острова могут прокормить не более двух сотен морских черепах. Если их станет хотя бы четыреста, они все съедят, начнут голодать или есть непривычную пищу. И, в конечном счете, вымрут...
Сказав, она окинула Леру презрительным взглядом и улетела к ближайшей кладке спасать несчастных черепах путем сокращения численности яиц.
Лера приуныла. То, о чем говорила ехидная чайка, ей было известно из книг. Правда, в них говорилось то ли о лосях, то ли о кроликах.
Погрустив, она взяла себя в руки и попыталась что-нибудь придумать. У нее не получилось потому, что на скале было шумно – позавтракавшие чайки наперебой рассказывали друг другу о глупой сухопутной черепахе, которая приперлась на остров за тысячи километров от своего дома, приперлась, чтобы прочно сесть в лужу. И назвали Лерку Дурехой. Прозвище понравилось всем чайкам и скоро над всем островом раздавались многоголосые крики: Дуреха! Дуреха! Дуреха! Дуреха! Дуреха!
Лера не обижалась на легкомысленных чаек, тем более, в голове у нее появился кончик какой-то правильной мысли. Сначала эта мысль никак не хотела вытаскиваться, но Лера проявила умственную настойчивость и скоро поняла, что надо делать.
Решение было таким простым, что Лера выстрелила головой из панциря и принялась с удовольствием слушать чаек, которые по-прежнему сотрясали воздух радостными криками: Дуреха! Дуреха! Дуреха! Дуреха! Дуреха! "Скоро вы запоете по-другому, – подумала Лера и поползла искать умных чаек.
Увидев блестящие от радости глаза сухопутной черепахи (у всех чаек хорошее зрение), подруги Леры поняли, что она что-то придумала, и немедленно слетелись к ней.
– Люди едят омлеты и яичницы, но куры у них не переводятся – сообщила им Лера победно.
– Да? – удивились чайки, – А почему? У них, наверное, нет противных чаек.
– Потому, что они не жадничают и не портят яиц понапрасну!
– Неужели? – удивились чайки. – Не может быть!
– И если вы хотите, чтобы у вас была еда и бедные морские черепахи не исчезли из природы, вы просто-напросто должны жадных чаек...
– Ощипать! – взмывая в воздух, вскричали Лерины подруги.
Жадных и противных чаек было много, но порядочных оказалось больше. И скоро все население острова знало: если откуда-то раздаются обиженные крики и в воздух взлетают пух и перья, то это значит, что еще одна противная чайка расплачивается своим белоснежным нарядом за жадность и хулиганство.
А Лера лежала у берега и наслаждалась величественным океанским видом. И иногда – доносившимися до нее криками отдыхавших на скале чаек: Лера Умнеха! Лера Умнеха! Лера Умнеха! Лера Умнеха! – кричали теперь они.