Через тернии к…
Шрифт:
Пока мы занимались столь важным делом как обкатка транспортного средства, нас уведомили, что запущен медицинский комплекс в котором находится Адриан. Хозяин, как называл его Искин, будет отремонтирован через шестьдесят восемь часов, так как повреждения организма очень большие. Отметил про себя, что он будет не вылечен, а именно отремонтирован, а это многое говорит о возможностях аппаратуры лаборатории. Ведь в нормальных обстоятельствах человек получает препараты, активизирующие работу различных систем своего организма, что, в конечном счете, и приводит к выздоровлению. В данном конкретном случае просто произведут ремонт с заменой нерабочих
— А как же пациент из второго саркофага? — поинтересовался его судьбой.
Насколько помню, то о нем никто не заикнулся даже словом, ни Император, ни хранитель.
— Вас, молодой человек, абсолютно не касаются тайны Хозяина, — отрезал завхоз.
Опочки! Оказывается, что у них есть заложник, которого абсолютно не собираются лечить. И кто же это может быть? Да и стало очень любопытно какие причины его консервации. Говорю именно о консервации, так как по-другому такую упаковку для разумного назвать язык не поворачивается. Попытался заняться подстрекательством, но мои потуги подлечить второго пациента были внаглую проигнорированы.
Трое суток, которые пришлось провести в ожидании царственной персоны мы проводили по-разному. Девчонки издевались с мелких и самоката. Когда у Мурзиков закончилось терпение и они просто слиняли, эти заводилы решили поэкспериментировать с Котярой. Наивные дети! Он даже убегать от них не стал, а просто свернулся клубочком и заснул, или сделал вид, что спит. Растолкать тушу, весом за добрые сто килограммов, как думаю, вы догадываетесь, у них получалось очень плохо. Когда они были буквально в шаге от победы, он просто поворачивался на другую сторону, чем приводил их в бешенство. Помучившись несколько часов, они бросили эту гиблую затею. Даже и не подозревал, что у них окажется столько энтузиазма. Меня, почему-то, к игрушке не подпускали на пушечный выстрел. Видно очень переживали, что мне понравится и я отберу их самокат. В то, что он уже не мой, начал просто догадываться по их хозяйскому поведению с этой железкой.
Наконец пришло время, которого мы ждали с таким нетерпением. Перед нами предстал Император собственной персоной. Но вот случилось это на шесть часов позже назначенного срока. Нет, его ремонт завершился точно по озвученному графику, вот только было несколько но, и, согласен, они действительно существенные. Подскажите, пожалуйста, куда вы отправились, после того, как вас выпустили бы из реанимации? Первое, что мне приходит в голову — это искупаться. В таком взгляде на жизнь я оказался не одиноким. Адриан тоже предпочел отмыться после всех этих процедур.
В конце концов, нас пригласили на званый ужин. Нас было пятеро, так как обслуживающему персоналу, в который были записаны не только коты, но и полиморфы, не место за одним столом с людьми. Почему такие предубеждения, пока не понимаю. Хотя в нашем мире и не такое считается нормальным. Я, например, был свидетелем того, как отец моего одноклассника отпихивал кота от сковородки с жареной картошкой, а тот упирался и орал, что он тоже имеет право есть с этой посудины.
Когда мы вошли в столовую, то произошел первый конфуз. Никто из нас не удосужился предупредить Милисенту
— Ваше величество? — воскликнула она даже раньше, чем мы успели поприветствовать коронованную особу и представить их друг другу.
— Милисента? — удивился тот не меньше. — А ты как попала в эту компанию?
Потом спохватившись и, вероятно, вспомнив об этикете, он извинился и, как хозяин вечера, пригласил нас к столу. Их скатерть-самобранка снова была выше всяких похвал.
После обмена любезностями разговор перешел на то, как в нашу троицу попала не просто благородная девушка, а наследница одной из величайших фамилий Империи. Милисента засмущалась, а я сделал зарубочку на память, что меня отправили убивать не абы-кого, а высокородную леди, которая знакома с Императором лично. Даже не знаю гордиться ли мне этим фактом, или расстраиваться?
Она сначала не хотела рассказывать о том, какое горе забросило ее в мои края, но я решил ей помочь. Буквально несколькими фразами мне удалось многое.
— Да на днях ко мне приехал ваш внучок с официальным визитом, а леди была в его свите. Вот мы и познакомились.
Настрой Адриана тут же изменился.
— Какой внучок? — начал он допрос, так как на беседу это уже походило мало.
— Антуан, — прошептала Милисента.
Почему она так осторожно озвучивает имя этого ублюдка? Ответ пришел в виде реакции Императора.
— Кто?! Это убожество?! — переведя дыхание его величество поинтересовался. — И чего он хотел?
— А чего хотят наследники, доведшие семью до разорения? — вернул ему вопрос вместо ответа.
— Значит, я был прав.
Эти слова прозвучали тихо, как бы утверждая говорившего в правильности принятого когда-то давно решения.
— И как, получил? — продолжил Император уже светским тоном.
— А как же, получил, — обрадовал его.
Когда он начал смотреть на меня как на расточителя народного добра, добавил:
— Так получил, что еще лет пятьдесят будет обходить мое герцогство десятой дорогой.
Он приподнял брови, выражая удивление и прося о продолжении разговора. Мне не жалко, могу и рассказать.
— Я пообещал, что если эта тварь не исчезнет с моих глаз, то миллион получат наемные убийцы, которые будут гоняться за ним. А если он решится стать Императором, то я раскошелюсь на все десять, для сотников ночных невидимок.
Адриан выслушал меня с каменным лицом. Ни один мускул не выдал его истинных чувств. А не переборщил ли я с откровенностью, подумалось тогда? Или снова язык у меня впереди логики помчался?
— У тебя есть для этого веские основания? — спросил меня глава клана.
Именно так он теперь выглядел. И мне даже страшно говорить, чем занимается этот клан.
— А ты спроси у нее, как мы познакомились, — предложил моему царственному собеседнику.
— Расскажешь, Милисента? — попросил он уже по-отечески.
Девушка опустила голову и зарыдала. Оказывается, не только я не знаю, как реагировать на женские слезы. Даже прожив много столетий, Адриан тоже растерялся от такого поворота событий. А вот когда она начала рассказывать при каких обстоятельствах мы познакомились, и кто довел ее до такого состояния, Императора начал бить озноб. Последней каплей для него стал рассказ о том, как Милисенту шантажировали через ее мать.