Черная мадонна

Лэнкфорд Дж. Р.

И тогда она увидела своего дорогого Джесса, у которого, подобно Кришне, был миллион лиц и миллион рук. Он был бородатым старцем в сандалиях, и люди следовали за ним, ведомые его любовью. Он был обнаженным индусом, совершающим омовения в водах Ганга. Он был священником в золотых одеждах, совершающим мессу у алтаря. Он был украшенным перьями шаманом, погруженным в транс.

Он был раввином, читающим Тору, а затем многоруким Шивой, танцующим танец смерти. Он был монахом в шафранных одеяниях, баптистским проповедником в пыльном южном городке, правоверным мусульманином, совершающим намаз. Он был всеми теми, чьи имена шептал ей во сне.

Он был Великим Древним, он был Помазанником Божьим. Он обитал во всех сердцах. И все-таки он был ее сыном. Мэгги рыдала, и, казалось, слезы текли из ее утробы, в которой она выносила его. Внезапно она вновь услышала песню и барабанную дробь. И ощутила, как ее переполняет счастье, как будто им наполнена каждая клеточка ее тела. Время как будто замерло на месте. Мир замер на месте. И тогда она увидела, как над водой взлетел лебедь. Другие птицы распростерли позади него крылья и величественно устремились к солнцу. В тишине Мэгги обернулась. Веранда была пуста. Берег тоже был пуст. Джесс Джонсон, спаситель мира, исчез.

После этого никто больше не видал Короля-Молчуна. Вместо него на озере появился другой лебедь, с крепкими здоровыми лапами. Он спарился с самкой, у которой не было пары. У лебедей появился новый вожак.

От автора

В 2001 году я, вместе с моим внуком Деваром, через Париж вернулась в Северную Италию. В то время Девар жил в Мичигане, а я – в Техасе. Мы с ним встретились в аэропорту О’Хара в Чикаго и полетели в Париж, затем скоростным поездом отправились на юг, в Турин, где провели несколько дней, делая снимки тех мест, где будут разворачиваться события «Черной мадонны». Мы также осматривали достопримечательности и ели вкусную местную еду. Спустя неделю мы поездом через весь Пьемонт отправились в прекрасное местечко Арона, на южном берегу озера Маджоре, на границе между итальянскими

и швейцарскими Альпами. Именно там расположена желтая вилла, где разворачиваются основные события книги. В те благословенные дни вместе с Деваром мне легко было понять все то, что связывало Мэгги и ее сына Джесса. Я с легкостью представляла себе, как Джесс кормит лебедей – как это делал Девар, – как элегантно смотрелся он в своем костюме, как постоянно вертелся на стуле, так же как и Девар, когда мы в Милане посетили оперу в «Ла Скала». Так что мне не стоило больших трудов представить себе «беззаботную грацию», которая отличала ребенка Мэгги.

Три персонажа названы в честь друзей, которыми я и Девар обзавелись в Италии. Это Пьеро Джакино, наш водитель и переводчик, его супруга Антонелла и Эндрю Чекагаллина из миланского театра «Ла Скала». Благодаря Пьеро и Антонелле мы совершили чудесную поездку в Оропу, и, кроме того, Пьеро был неиссякаем на всякие шутки и забавные истории. Эндрю снабдил нас ценными фактами. Также оба помогли мне с итальянскими репликами, которые встречаются в книге. Любые ошибки, если таковые найдутся, целиком и полностью принадлежат мне.

Я выражаю благодарность моей сестре Джулии Ли, а также моему мужу, согласившимся стать моими первыми читателями. Спасибо также моему брату, Джону Райнсу, проверявшему мою книгу на наличие грамматических ошибок. Особая благодарность полагается также членам «НовелПро», организованного мною интернет-класса писательского мастерства. Критика со стороны талантливых авторов неизменно помогала мне в работе над текстом романа. Кроме того, я никогда не состоялась бы как писатель, если бы не мои покойные родители – поэтесса Джулия Райнс Барбур и Джасинто Анель Райнс. Они наполнили наш дом книгами, меня – идеями, а мое сердце – любовью.

Мой муж, Фрэнк Лэнкфорд, продолжил начатое ими, всячески поддерживая меня. Благодаря ему я, еще не написав ни единой строчки, имела в своем распоряжении новейшие компьютеры, богатые справочные материалы, совершала поездки за границу.