Чернее некуда
Шрифт:
— Посмотрите, — позвал он.
Чабб так и сделал. Кошка лежала у мистера Уиплстоуна на коленях, как тень.
— Кошка, сэр, — неуверенно сообщил Чабб.
— Бродячая. Я еe уже видел.
— С ней ничего не случилось? — отозвалась из-за спины супруга миссис Чабб. — Она кажется нездоровой, верно?
— Оголодала.
Миссис Чабб сочувственно цокнула языком.
— Она совсем не движется, сэр, — заметил Чабб. — Она не сдохла?
— Нет, просто спит. Выпила полбутылки молока.
— Простите, сэр, — вмешалась миссис Чабб, — но, полагаю, вам бы
— Не знаю, — покачал головой мистер Уиплстоун и странно дрогнувшим голосом добавил: — Знаю только, где она сейчас.
— Желаете, чтобы Чабб еe утопил, сэр?
Сочтя такое предложение невероятно отвратительным, он все-таки нашёл силы ответить с деланной небрежностью:
— О, полагаю, это ни к чему. Утром я сам с ней что-нибудь придумаю. Позвоню в общество охраны животных.
— Позволю себе заметить, что если еe отпустить, она вернулась бы туда, откуда пришла.
— Или давайте, — предложил Чабб, — я отнесу еe в сад. По крайней мере на ночь.
— Да… — нерешительно протянул мистер Уиплстоун, — спасибо. Не думайте об этом. Я что-нибудь придумаю. Благодарю вас.
— Спасибо, сэр, — машинально ответили супруги хором.
Поскольку они не трогались с места, а ему было не по себе, мистер Уиплстоун к собственному удивлению вдруг спросил:
— Приятно провели вечер?
Ответа не последовало. Взглянув на них, он заметил, что Чаббы не спускают с него глаз.
— Да, спасибо, сэр, — наконец в один голос ответили они.
— Отлично! — воскликнул он с такой фальшивой сердечностью в голосе, что поразился сам. — Прекрасно! Спокойной ночи, Чабб, доброй ночи, миссис Чабб.
Едва они ушли, опять погладил кошку. Та приоткрыла воспалённые глаза — или они уже просветлели? — тихонько замурлыкала и вновь уснула.
Чаббы удалились на кухню. Он был почти убеждён, что открыли холодильник, и совершенно ясно услышал, как из крана течёт вода. «Моют блюдце», — виновато подумал он.
Подождав, пока слуги поднялись в мансарду, прошмыгнул с кошкой в кухню: вспомнил, что так и не доел устрицы, которые миссис Чабб приготовила на обед.
Кошка проснулась и съела целую кучу устриц.
В сад можно было выйти через дверь в конце коридора, от которой вниз вела крутая лестница. С кошкой в руках дело шло тяжко и он наделал немало шума. Правда, помогал свет, пробивавшийся между штор, закрывавших окна квартиры мистера Шеридана. В дальней части сада, под кирпичной стеной, ему удалось найти клочок земли, на котором ничего не росло. Посадив туда кошку, мистер Уиплстоун подумал было, что та может скрыться в тени и сбежать, но опасения были напрасны: подождав немного, она присела. Мистер Уиплстоун тактично отвернулся.
Из полуподвала, в щель между шторой и оконной рамой, за ним кто-то наблюдал.
Тень почти наверняка принадлежала мистеру Шеридану. Явно тот нарочно сделал щёлку, чтобы наблюдать за ним. Когда мистер Уиплстоун обернулся, наблюдатель отступил глубже в комнату.
В ту же минуту тихий скрип над головой заставил мистера УИплстоуна взглянуть на верхний
Разумеется, не было причин воображать, что за ним следили.
«У меня разгулялось воображение», — подумал он.
Тихий ритмичный шорох вернул его внимание к кошке. Прижав ушки назад, сосредоточенно, с явно вернувшимися силами, она себя причёсывала. Потом стала старательно умываться. Закончив, она взглянула на мистера Уиплстоуна и прижала круглую головку к его лодыжке.
Взяв еe на руки, он вернулся в дом.
II
Модный, ну и разумеется подобающе дорогой магазин товаров для домашних животных сразу за углом на Бэронсгейт располагал и консультацией, где в среду по утрам принимал ветеринар. Мистер Уиплстоун заметил объявление об этой услуге и на следующим утро, поскольку как раз была среда, забрал кошку на осмотр. Чаббам он объяснил своё решение так осторожно и уклончиво, как только способен был после сорокалетней дипломатической карьеры. При иных обстоятельствах можно было бы сказать, что он действовал украдкой.
Заявил, что хочет «чтобы о животном позаботились». Когда Чаббы поначалу решили, что это всего лишь иное выражение для усыпления, поправлять их он не стал. Не счёл нужным и упоминать о том, что кошка провела ночь в его постели. И разбудила на рассвете, коснувшись лапкой его лица. Он открыл глаза, и кошечка игриво свернулась клубочком, кокетливо поглядывая на него из-под лапки. Когда Чабб вошёл в спальню с подносом, мистер Уиплстоун едва успел прикрыть еe покрывалом. Потом угостил гостью блюдечком молока. Спускаясь по лестнице, прикрывал еe «Таймс». Улучив удобный момент, выпустил чёрным ходом в сад и уже потом обратил внимание миссис Чабб на настойчивые требования животного впустить в дом.
Теперь он сидел на жёсткой скамейке в маленькой приёмной вместе с несколькими дамами с Бэронсгейт. Каждая из них держала на поводке пса. Рядом с мистером Уиплстоуном оказалась женщина, которая ему в «Наполи» наступила на ногу. Как он довольно быстро выяснил, это была жена полковника, миссис Монфор. Как и тогда, они любезно раскланялись. Мистер Уиплстоун счёл еe совершенно невыносимой особой, хотя и не столь ужасной, как дама из гончарной мастерской. Миссис Монфор держала на коленях пекинеса. Пёсик презрительно глянул на кошку и повернулся к ней спиной. Кошка на него вообще не обращала внимания.
Он понимал, что выглядит смешным. Единственным транспортным средством, которое Чаббы нашли для кошки, была старая птичья клетка; в ней когда-то держали попугая, который давно издох. Кошка в ней выглядела как-то неуместно, а мистер Уиплстоун с клеткой на коленях и моноклем производил впечатление тихопомешанного. Не случайно дамы весело переглянулись.
— Как зовут вашу кошечку? — спросила исключительно элегантная сестра с блокнотом в руке.
Мистер Уиплстоун почувствовал, что скажи он «не знаю» или «никак», оказался бы в неудобном положении перед дамами.