Черное дело
Шрифт:
В шапито пришел новый администратор, и в честь этого события им была устроена небольшая пирушка. Пригласили и Капитана Блада. Администратор был относительно молод и достаточно самоуверен. Себя он считал личностью весьма культурной и образованной (некогда он закончил три курса училища хореографии) и к месту и не к месту щеголял эрудицией. Однако человек он оказался мирный и старался ни с кем не ссориться. Звали его Петя.
Небольшой выпивон должен был, по мнению Пети, сблизить его с коллективом.
Некоторое время шло все как обычно: откупоривались бутылки, звенели стаканы, булькало
Петя уже познакомился с большинством артистов, но их нрав и привычки оставались ему пока неведомы. Взгляд администратора упал на Капитана Блада, который задумчиво потягивал красное вино. На лице укротителя была написана явная скука.
– А скажите, - вежливо спросил Петя, - почему у вас такой странный псевдоним - Габриель Сабатини?
Капитан Блад поднял глаза и холодно взглянул на администратора. За столом притихли.
– Наверное, в честь известного писателя, - не отставал администратор, - автора романа "Одиссея капитана Блада"?
Услышав свою кличку, укротитель стянул губы в ниточку, и глаза его блеснули.
– Но ведь писателя звали не Габриель, а Рафаэль, - продолжал блистать знаниями Петя.
– Рафаэль Сабатини. Так что получается некоторое несоответствие.
– Меня величают Гавриил Лазаревич, - сквозь зубы процедил укротитель.
– Ага!
– воскликнул Петя.
– Понимаю, понимаю… Гавриил? Гаврила, значит… Что ж, вполне логично. Гаврила - Габриель.
Послышались сдержанные смешки.
– А вы и вправду похожи на пирата, - не унимался администратор.
– Действительно, вылитый флибустьер.
Хохот усилился.
Капитан Блад слегка побледнел и поднялся. Шум за столом стих.
– Флибустьер?
– переспросил он. Петя утвердительно кивнул.
– Ты пожалеешь, - тихо произнес укротитель и небрежно толкнул свой стакан, отчего вино залило стол и брызнуло на рубашку администратора.
– Насмешки строишь, сопляк!
После этого укротитель покинул застолье.
– Он что, обиделся?
– удивленно спросил Петя, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Я вовсе не хотел… Честное слово, вовсе нет. Зачем? Я сейчас же извинюсь… - Он выскочил из-за стола и хотел уже броситься на поиски оскорбленного укротителя, но его остановили.
– Не надо, дружочек, - успокаивал его пожилой коверный Вася, - сейчас только еще хуже может быть. Он мужчина нервный, к тому же цыган. Горячая кровь, сам понимаешь. Завтра извинишься. На трезвую голову. А сейчас давай пить.
Администратора усадили на место, налили стакан, потом еще один…
Проснулся Петя посреди ночи отттого, что рядом кто-то ворочался и сопел. Вокруг было абсолютно темно.
"Где это я?" - подумал любознательный администратор и попытался восстановить в памяти происшедшее. С трудом, но все же удалось вспомнить, что между восьмым и девятым стаканом он объяснялся в любви гимнастке Наташе из номера "Летающие братья Карамазовы".
"Так, значит, я у дамы", -
"Странно", - поморщился администратор и продолжил свои изыскания. На ощупь шуба была весьма добротной. От нее так и веяло теплом и уютом. Изрядно продрогший Петя поплотнее прижался к владелице роскошной шубы, продолжая между тем ощупывать ее в поисках застежек.
Внезапно предполагаемая гимнастка повернулась, и на Петю пахнуло зловонием. Потом мокрый теплый и шершавый язык стал ласково облизывать его пьяную физиономию.
Страшная догадка пронзила интеллигента. Он вскочил и что есть силы завизжал. В ответ раздалось сдержанное рычание.
Петя визжал не переставая. Своими воплями он разбудил животных, и ночной цирк стал, похож на джунгли. Наконец вспыхнул свет. Администратор в одних трусах трясся, вцепившись в прутья клетки, а на другой ее стороне жался в углу перепуганный медвежонок.
Несчастного администратора извлекли из узилища и кое-как привели в чувство. Он непрерывно дрожал и дергал головой. Когда он немного успокоился, то потребовал, чтобы вызвали милицию.
– Я этого так не оставлю!
– кричал он.
– Мерзавец Сабатитни (от волнения он не мог правильно выговорить фамилию) у меня сядет!
– Успокойтесь, голубчик, - уговаривал его все тот же коверный Вася, - не стоит поднимать шума. Вы же пьяны были. Вон и сторож говорит, что видел, как вы возле клеток шастали. Забрели случайно. С пьяным всякое может случиться. Не надо людей волновать понапрасну.
Скандал замяли. Петя, не в силах снести унижения, исчез в неизвестном направлении, а укротитель ходил как ни в чем не бывало.
Впрочем, несмотря на некоторую нелюдимость и склонность к рискованным поступкам, Капитан Блад считался неплохим человеком и пользовался уважением. Уважали его еще и за то, что он очень любил животных, чрезвычайно редко применял физическое воздействие, холил и лелеял своих медведей, как родных детей. И звери, насколько это возможно, были привязаны к нему. И редко выходили из-под контроля.
4
Как уже было сказано, цирковые гастроли в приморском городке подходили к концу. Вместо двух представлений ежедневно давали только одно, да и на нем публики бывало не густо. Отсутствие сбора сказалось и на состоянии труппы. Артисты выступали без обычного блеска, стараясь поскорее отработать номер, но укротитель медведей Сабатини не позволял себе расслабиться. Однако в тот вечер произошло что-то странное.
Как всегда, номер с медведями завершал представление. В нем были заняты шесть животных, старый медведь Сударь, две медведицы, трехгодовалый медведь Яша и два медвежонка. Проделывали они достаточно обычные трюки: ходили на задних лапах, взбирались на тумбы и по команде перескакивали с одной на другую, изображали бокс, катались на велосипедах и даже на мотоцикле. Между медведями по арене расхаживал сам укротитель, облаченный в блестящий гусарский наряд. Он изредка отдавал команды и поигрывал длинным хлыстом.