Чернокнижник
Шрифт:
–Настоящему магу всегда нужно быть начеку, – через мгновение сказал он. Лаки промолчала.
–Ты многое усвоила за такое небольшое количество дней. А сколько ты узнаешь еще… Хотелось бы мне посмотреть. Ты подумала? Не хочешь быть со мной?
Лаки продолжала неподвижно стоять, а потом медленно покачала головой.
–Что ж, – Генри криво усмехнулся, – я был готов. Что-то мне подсказывает, что ты пакуешь
Голос Генри стал меняться. Лаки почувствовала, как мурашки бегут по ее коже – он перевоплощался прямо у нее на глазах. Кожа обрастала, клыки удлинялись, а крылья…
–Не прощаюсь, – прорычало существо и вылетело в окно. Рама со звоном захлопнулась. Лаки продолжала стоять.
В тот же день Эдмунд Кларенс сидел в своем кабинете и мрачно читал отчеты, присланные ему шпионами со всех уголков Кварты. Сержант Доан Леверье был арестован – единственный доверенный имкуратор в школе магов! Все чаще его людей в Верховном совете арестовывали или отстраняли – за считанные дни он лишился большинства своих осведомителей и теперь просто изнемогал от злости и страха. Сначала, получая сообщения, раз за разом узнавая об очередном аресте, он попросту отказывался верить своим глазам… Пока его не осенило.
Медленно он вывел на обрывке пергамента даты арестов, с каждой новой из них покрываясь липким потом. Затем отложил перо и еще раз посмотрел на написанное.
Все были арестованы в те дни, когда в его замке гостили колдуны.
Кларенс ударил себя по лбу.
Он, настоящий дурак, не почуял крысу у себя под носом! Казнить случайную эльфийку и позволить крысе при все честном народе сидеть с ним за одним столом, делить одни из его покоев и спокойно участвовать в их разговорах!
Поначалу первым желанием Кларенса было вызвать Цербера, но он вовремя остановил занесенную над рунами руку.
Вызвать Цербера? Постойте-ка…
Что он ему скажет? Что лучший темный шпион сам прозевал шпионов в своем доме? И что его, Кларенса, ждет после этого?
Только смерть.
Поэтому Кларенс не стал обращаться ко тьме, а лишь позвал одного из своих доверенных слуг. И, глядя на пламя свечи, тщательно проговорил свою просьбу:
–Сегодня
–Крысу, господин?
–Да, именно крысу. Она спряталась в одной из комнат для гостей. Возможно, крыса эта не одна. Так как она вольготно чувствует себя в моем замке, мы будем ловить ее, когда все уснут.
–Кажется, я начинаю понимать, мой господин.
–Прикажите закрыть все конюшни – скажите, что лошадей перед отъездом надо хорошенько вымыть и вычесать. Все лошади на месте?
–Так точно, господин.
–Пораньше подайте ужин и разгоните всех спать. А факелы в коридорах гасите. Никто не уехал раньше срока?
–Нет, господин.
–И заприте голубятню, – немного подумав, добавил Кларенс, – пусть никто сегодня не посылает писем, скажите… Придумайте что-нибудь. Все мои птицы на месте?
–Нет, господин, нет быстрокрылой Паломны.
Кларенс вздрогнул и перевел взгляд на слугу. Паломна была его любимой птицей – единственной черной голубицей.
–Как ты сказал?
–Паломна улетела еще вчера. С письмом госпожи Катежины.
–И часто она пишет свои письма?
–Очень часто, господин. Все говорит, что жениху. Она, пожалуй, одна и ходит в голубятню, господин.
Несколько секунд Кларенс сидел словно молнией пораженный. Потом он ожил, присвистнул и откинулся на спинку своего массивного кресла.
–Тогда скажи как бы ненароком, что голубятня завтра будет на замке. И что пусть она отправляет весточку жениху, если пожелает, сегодня. И что лучше бы делать это позже, ближе к полуночи, ведь тогда в голубятне будет быстрый Юм.
–Будет исполнено, господин, – без тени удивления произнес слуга и покинул кабинет.
Оставшись один, Кларенс окинул взглядом каждый темный угол кабинета, задержал внимание на каждой подозрительной тени и, не заметив ничего и никого, вновь углубился в отчеты. До полуночи оставалось всего несколько часов.
– Значит, перед рассветом ты сообщишь слугам, что должен уехать, и они тебя выпустят. А если нет?
–Будем надеяться, что хозяин замка еще будет спать. Ух, какой ненадежный план… Если нас раскусят, живыми нам точно не уйти. Слишком долго мы здесь гостили. Главное, чтобы ничто нас не выдало.
Конец ознакомительного фрагмента.