Черноземье
Шрифт:
Поэтому бросив небрежно пару фраз на своем, полицейские показывают мне жестами рук, чтобы я немедленно вставал и шел с ними.
Потом слышу что-то про паспорт, уже первое понятное слово, но ответить и показать мне совсем нечего. Поэтому я и не суечусь, не лезу по карманам и просто жду.
Два раза переспрашивают про паспорт и сразу же показывают, что мне придется с ними куда-то пройти. Похоже, что совсем русского языка не знают, что тоже говорит мне о многом.
Я немного замешкался, пытаясь показать, что не очень понимаю как полностью мирный человек, чего
Остальным грузинам в кафе становится немного неловко за такой жесткий вывод моего внешне приличного организма, который просто пришел сюда покушать. Но вместе с этим они чувствуют заметное для меня облегчение, что непонятного русского увели правильно обученные люди. Это я тоже чувствую, теперь на неделю будет разговоров про такого подозрительного прохожего.
А когда узнают, чем закончилось начавшееся так мирно задержание — то и на пару лет точно хватит воспоминаний про странного русского. Который так спокойно вел себя сначала в кафе, а потом вон чего натворил.
Выходим из кафе, на улице стоит достаточно замурзанная машина, какая-то более свежая Шкода, чем-то мне напоминающая старую модель «Фаворит». Наверно, что это государственная закупка для полиции, явно ей еще не двадцать лет сроку по более современным формам кузова.
Меня быстро подводят к капоту, немного заученно нагибают на него руками и раздвигают ноги парой ударов носком форменного ботинка по икрам.
Не очень так вежливо поступают с человеком, которые еще ничего не совершил в этом захолустном городке, но вполне обычно ведут себя для властных структур, которые забирают сильно подозрительную личность.
Которую никто не защитит и слова в ее пользу не скажет, это я тоже хорошо понимаю.
Мне тут же одевают наручники на руки спереди, подхватывают за локоть, пригибают рукой за голову, сажая прямо по-американски на заднее сидение машины. Где довольно грязно и намусорено, однако я больше смотрю за тем, чтобы они прямо сейчас не полезли в мой рюкзак искать там что-то неположенное.
Пусть это сделают немного попозже, когда мы уже не будем так назойливо светиться на глазах у местной общественности, высыпавшей на крыльцо кафе с верандой. И некому будет заступиться за стражей правопорядка, как сейчас это дело обстоит пока только со мной.
Рюкзак кладут на переднее сидение, молодой полицейский обходит машину и садится рядом со мной, взрослый лезет за руль и мы куда-то сразу трогаемся.
Мы проезжаем Они насквозь, я с интересом разглядываю городок и снова убеждаюсь, что никаких многоэтажек Советская власть тут не построила. Все сплошной частный сектор с магазинчиками и лавками на первых этажах.
Полицейские между собой переговариваются, все больше как-то недовольно. Похоже, что эта моя доставка сильно не нравится молодому, были у него какие-то свои неотложные дела запланированы на это время.
Вот он и выговаривает
Я сижу с обычными наручниками на руках, никак не высказывая своего отношения к происходящему. Потом молодой закидывает руку между передними сидениями подальше и ловко цепляет мой рюкзак с переднего сидения.
— Решил все же, значит, провести инвентаризацию имущества подозрительного гражданина. Чтобы потом время не терять.
Больше тянуть смысла нет, мне пока полицейские ничего особо плохого не сделали, а теперь молодого парня ждет превращение в полного дебила, когда он опрометчиво схватит один из Палантиров.
А он его точно схватит, они хорошо чувствуются на ощупь внутри рюкзака.
Мы уже выехали из Они и теперь спускаемся по дороге в Амбролаури, везут меня в отдел полиции или сразу в местную контрразведку, что скорее всего. Тогда уже наверно в Кутаиси мы едем, вряд ли в небольших городках есть что-то похожее.
Впрочем, меня еще могут передать местным пограничникам в том же Амбролаури.
Этот кусок дороги ничем не хуже любого другого для решения моего назревшего вопроса.
Все, что мне нужно, я уже понял. Здесь совсем не российская империя, русских тут сейчас заметно и конкретно так недолюбливают. Я чувствую, что только мое полное послушание командам полицейских не дает им возможности сразу протянуть мне той же дубинкой вдоль спины.
Еще мой приличный и очень миролюбивый вид этому тоже способствует, но пора уже скинуть маску законопослушного гражданина с моего лица. И показать свои здоровенные клыки оборотня-вервольфа, дерзкого нарушителя любых законов и положений.
Поэтому я прикладываюсь обоими руками в браслетах к голове молодого полицейского с добавлением маны, он здорово бьется головой о стекло задней двери и сползает под сидение.
Я его запихивают туда сам, направляя своими руками, но больше занимаюсь его кобурой, которая как раз с моей стороны расположена на его поясе. Расстегиваю ее и вытаскиваю за рукоять большой солидный пистолет, наверно, что какую-нибудь Беретту.
Водитель отвлекся в этот момент на дорогу и не сразу понял, что случилось коварное нападение на властные структуры при исполнении ими своих служебных обязанностей.
Впрочем это неважно, даже если бы он все сразу понял, тогда у него оставался бы только единственный шанс мне помешать — пустить машину с обрыва, чтобы предотвратить захват экипажа патрульной машины.
Ценой собственной и своего напарника гибели, так что это явно не тот вариант, на который соблазнится водитель мужественной внешности. У него кобура тоже с моей стороны, так что вытащить оружие так же сложно при моем ожидаемом сопротивлении такому делу.
Черт, опять такой же экипаж и тоже самое насилие над представителями власти меня неотвратимо ждет. Все повторяется в этих мирах, ничего не меняется в жизни для слишком приметного бродяги опять же безо всяких документов в кармане.