Черные холмы

Робертс Нора

–  Они просто отослали меня прочь, а ведь я не сделал ничего плохого, - голос его задрожал от подступивших слез.
– Даже не захотели взять меня с собой. Я им там не нужен.

–  Зато ты нужен нам здесь. Я понимаю, что сейчас для тебя это слабое утешение, но ты должен мне верить. Если когда-нибудь потом тебе понадобится прибежище, ты всегда найдешь его у нас с дедушкой.

И тут Купер сказал самое главное. То, что уже давно чувствовал:

–  Папа с мамой собираются разводиться…

–  Думаю,

ты прав.

Купер растерянно взглянул на бабушку. Он-то ожидал, что его станут убеждать в обратном - мол, не нужно бояться, все в конце концов как-нибудь образуется.

–  А как же тогда я?…

–  Тебе придется пройти через это.

–  Они меня не любят…

–  Любят. И мы тебя любим, - улыбнулась Люси.
– Во-первых, потому, что ты наш внук, наша кровь. А во-вторых… просто любим, и все.

Увидев две слезинки, капнувшие на тарелку внука, она поспешила продолжить:

–  Я не могу говорить о том, что думают или чувствуют твои родители. Но что касается их поступков… Я здорово сердита на них, Купер. Сердита из-за того, какое решение они приняли относительно твоих каникул. Кое-кто, возможно, скажет, что это еще не конец жизни - всего-навсего одно лето. Но этот кое-кто просто забыл, что чувствовал, когда ему или ей было одиннадцать лет. Я не могу сделать тебя счастливым, Купер, но хочу кое о чем попросить. Может быть, это будет трудновато, но ты все-таки попытайся.

–  Здесь все не так, как дома.

–  Ты прав. Но и в этом можно найти что-то хорошее. Если тебе это удастся, то и время будет тянуться не так медленно. Попытайся. А я уговорю твоего дедушку, чтобы он купил новый телевизор -такой, что вполне может обойтись без этих рожек, как у улитки, - бабушка кивнула на антенну.

Купер шмыгнул носом.

–  А если я попытаюсь, но так и не найду ничего хорошего?

–  Главное - попытайся.

–  Как долго я должен стараться, чтобы появился новый телевизор?

Люси рассмеялась так легко и свободно, что губы мальчика тоже невольно изогнулись в улыбке.

–  Вот это по-деловому. Скажем, две недели. До этого ты две недели дулся и кис, а теперь будешь пробовать чему-нибудь научиться. Если и в самом деле приложишь усилия, через две недели в гостиной будет стоять новый телевизор. Договорились?

–  Да, мэм.

–  Вот и отлично. А теперь иди во двор к дедушке. Он там затеял одно дело. Не исключено, что ему понадобится помощь.

–  Хорошо, - Купер встал из-за стола. Позже он и сам не мог понять, почему его вдруг прорвало.
– Они все время орут друг на друга, даже не обращая внимания на то, что я рядом… У отца есть любовницы… У него все время есть кто-то на стороне.

Люси вздохнула:

–  Ты что, подслушиваешь?

–  Бывает. Но иногда они кричат так, что мне даже не нужно прислушиваться. Им без разницы,

рядом я или нет. Они никогда не слушают то, что я говорю. Порой делают вид, а порой просто отмахиваются. Им неважно, что я чувствую, лишь бы вел себя тихо и не путался под ногами.

–  Здесь все по-другому.

–  Не знаю. Возможно.

Купер пошел во двор. Он пребывал в некоторой растерянности. До сих пор никто из взрослых не разговаривал с ним так, как бабушка. Никто даже не пытался его выслушать. Вдобавок никогда раньше он не слышал, чтобы кто-то критиковал его родителей - за исключением тех минут, когда они сами обрушивались друг на друга.

Бабушка сказала, что он нужен им с дедом. Такого раньше ему тоже не говорили. Она сказала это, хотя знала, что сам Купер ехать сюда не хотел. Бабушка сказала это не в укор, а просто потому, что так все и было.

Купер окинул взглядом ферму. Конечно, он может постараться, но что здесь есть такого, что могло бы ему понравиться? Тут ничего нет, кроме кур, свиней и лошадей. Ничего, кроме деревьев и холмов.

Сказать по правде, ему нравятся оладьи, но вряд ли это то, что имела в виду бабушка.

Сунув руки в карманы, мальчик направился туда, откуда доносился стук молотка. Ему предстоит работать с дедом, таким чужим и неразговорчивым. И вот этому он должен радоваться?

Сэма он увидел возле большого амбара. При виде того, чем дед был занят, Купер на мгновение утратил дар речи. Мистер Уилкс размечал с помощью металлических столбов бейсбольную площадку.

Первым порывом мальчика было броситься к амбару, в три прыжка преодолев большой двор. Но Купер взял себя в руки и пошел к деду по-прежнему неторопливо.

Может быть, это только похоже на бейсбольную площадку, а на самом деле дед мастерит какой-нибудь загон для животных.

Сэм оторвался от работы.

–  Что-то ты сегодня долго завтракал.

–  Да, сэр.

–  Лошадей и кур я покормил, но тебе нужно будет собрать яйца.

–  Бабушка сказала, что вам может понадобиться помощь.

–  Я уже почти закончил, - Сэм выпрямился, сжимая в руке молоток. Отступив на шаг назад, он в молчании изучал ограду.
– Не забывай, яйца сами в корзину не прыгнут, - он повернулся к внуку.

–  Да, сэр.

–  Пожалуй, я смогу подать тебе пару мячей, - сказал дед немыслимо длинную фразу, когда Купер уже развернулся, чтобы уйти.
– Конечно, после того, как ты закончишь с делами.
– Он подошел к амбару и взял стоящую у его стены биту.
– Я сделал ее специально для тебя.

Ошеломленный Купер провел рукой по гладкой поверхности.

–  Это сделали вы?!

–  Не вижу смысла покупать то, что могу делать сам.

–  Здесь… На бите вырезано мое имя, - Купер бережно коснулся пальцем букв.