Черные полосы
Шрифт:
– У тебя такой голос по телефону, хм…
– Какой?
– Возбуждающий.Может тебе начать услуги оказывать? – я едва кофе не подавилась.
– Иди медсестричку оприходуй,только сначала скажи, где моя тачка. Мне с кучерами в бричках не нравится ездить.
– А что так? Кучеры не симпатичные?
– Матом в дороге не поорать, поэтому орать приходится уже на работе, а это чревато ненавистью всего коллектива. Андрей, хватит меня дрочить, говори адрес.
– Я ещё ничего с тобой не делал,но после того стриптиза в
– Тфу ты,бл*ть, Ширяев, сходи передерни, потом сам перезвонишь. Только руки помыть не забудь, – отбросила телефон на стол. Что это, блин, было? Настроение, что ли, у него хорошее? Хоть в календаре число красным кружком обводи, редкость-то какая. К обеду на телефон приходит сообщение от Ширяева с адресом сервиса. Соизволил, надо же. Руки так и чешутся, чтобы написать ему и спросить, сколько медсестричек он успел за это время оприходовать или сколько раз передернуть, но останавливаю себя.Иначе нас опять понесёт, и я снова начну злиться.А мне сейчас нельзя, мне на заключение договора ехать. Викторович меня с г*вном съест, если я сорву подписание.
Вечером забрала машину и поехала в гости к Динке и Стасу, по приглашению, кстати, а не как обычно: «Вы не ждали, а я припёрлась». Динка пекла медовый торт, заставляя меня исходить слюной, и подкармливала меня домашней пастой, чтобы я не покушалась раньше времени на искушающую меня сладость.
– Что за торжество у вас сегодня? Что отмечаем?
– Ромка медаль принес с соревнований по вольной борьбе. Решили устроить ему небольшой праздник, – Ромка был сыном Стаса от первого брака. Динка безумно полюбила его, да и Ромка от неё не отходил.
Вечер был замечательный, уютный, домашний. Всё бы ничего, если бы не рожа Ширяева, вплывающая с широкой лыбой в гостиную с подарочным пакетом в руках. Даже чай не в то горло пошёл. Увидев его, закашлялась. С*ка сероглазая. Ромка с разбега запрыгнул на дядю Андрея. Ширяев подхватил его на руки, а опустив на пол, разгибался уже медленно и кривясь.
– Что, старче, спина прихватила? Дин, неси веник с совком, он вам тут всё песком засыпал, – и тут я сама смачно чихнула, едва успев прикрыться рукой.
– Ты смотри-ка, всё молоком забрызгала, которое на губах ещё не обсохло, – запустить бы в него чем-нибудь, но тяжелей диванной подушки под рукой ничего не было, а за сервиз Динка мне голову открутит.
– О, выдал, павлин высокоинтеллектуальный. Долго думал?
– Господи, как же вы достали, – взмолился Франц, запрокинув голову.- Вы когда-нибудь либо поубиваете друг друга, либо, в итоге, поженитесь.
– Свят, свят, свят, – я нервно перекрестилась, поплевав через плечо, причём в сторону Стаса.
– Я готова уверовать в мужика на небе, лишь бы этого ни при каком раскладе не случилось. Куда идти? Где лоб об пол разбивать? Я готова.
– Ты ещё и богохульствуешь. Как ты попала на грешную землю, исчадие ада? – произнёс Ширяев, вальяжно
– Так вместе же прибыли, демонюка ты проклятая.Забыл, что ли? А я тебе говорила, пей таблетки от маразма и ревматизма. Вот не слушаешь меня никогда, а зря, – и опять от души чихнула. Всё-таки я простыла.
– Это тебе таблеточки пить надо, бацилла ходячая, – и опять это его дебильная усмешка, мол, «не пыжся, девочка, я всё равно умней тебя».
– Так, всё, - поднялась Динка, - пошли, на кухне поможешь, – я только открыла рот, чтобы ответить этой скотине, как Динка потащила меня за руку за собой.
– Для чего ты цепляешь специально Андрея?
– недовольно произнесла Динка, стоило нам остаться вдвоем.
– Бесит меня этот павлин, - и тут же поймала её недовольный взгляд.
– Что? Весь такой дох*я важный, серьёзный. На кривой кобыле не подъехать. Стоит матом ругнуться, таким взглядом одаривает, шо, п*здец, саму себя святой водой полить хочется. Бесит меня, короче. Какого чёрта он припёрся?
– Он Ромкин крёстный.
– Вот парнишке не повезло.
– Насть, давай немного посдержанней, пожалуйста.
– Окей, я постараюсь, но не обещаю, – и снова этот её недовольный взгляд. От Франца, что ли, фишек этих раздражающих нахваталась?
– Да не смотри ты так. Меня прям бомбит, когда он рот открывает. Так и хочется п*здануть что-нибудь про его персону. И, вообще, ваш Андрей- бесчувственный чурбан. Мне порой кажется, что он импотент.
– Настя, - она попыталась меня остановить, но меня уже понесло.
– Тут выводы просто сами собой напрашиваются.
– Насть.
– Недавно клубе возле него такая девка шикарная терлась: молодая, красивая. Будь я мужиком, я бы её точно тр*хнула, а он даже бровью не повёл.
– Насть, - с напором произнесла Динка. И тут…
– Дин, тебя Стас зовёт, найти что-то не может, - с*ка, что ж тебе, Андрюша, в гостиной не сиделось.
– Бл*-*ть, – простонала я, опуская голову и стукаясь лбом о столешницу.
– Так кто там импотент?
– Андрей, не надо, будь умней, – попыталась вмешаться Динка.
– Дин, я с тобой, – не, ну а что? Смыться от конфликта, когда сама п*зданула и надо огребать, тоже выход из положения.
– Сидеть, – рявкнул этот питекантроп так, что я вздрогнула, а Динка молча выскочила из кухни.
– На собаку так орать будешь, – рыкнула в ответ, выпрямляя спину. Вида не подала, только бровь вскинула. Хр*н ты меня своим рычанием испугаешь.
– Так кто импотент? – произнёс с напором, подходя ближе и угрожающе нависая надо мной.Бл*ть, парфюм-то какой приятный, в отличие от него самого. Еле удержалась, чтобы не вдохнуть аромат глубже.