Черные сны
Шрифт:
– Относись к этому проще, – расплылся в поганенькой улыбке Олежа и слегка прищурился.
И тут за спиной у меня раздались вопли сгорающих заживо людей. Кузнецов невольно вздрогнул, я, приседая, качнулся вправо и успел уйти с линии огня за долю мгновения до выстрела. От громкого хлопка заложило левое ухо, пуля вырвала из фуфайки клок ваты, но это уже было неважно: перехватив руку с пистолетом, мне удалось отвести ее в сторону и со всей мочи пырнуть Кузнецова выхваченной из чехла на поясе финкой. Остро заточенная сталь пробила теплую кожаную куртку,
Высвободив нож, наклонился добить скорчившегося гимназиста, но вдруг почувствовал, как бетонный пол уходит из-под ног. Кое-как я распрямился и, стараясь не делать резких движений, проплелся через арку во двор к маячившей там долговязой фигуре Напалма.
– Остальные где? – прислонился к стене дома я и, зачерпнув пригоршню снега, отправил ее в рот.
– Сейчас фургон подгонят, – подхватил меня под локоть пиромант.
– Безопасников – ты?
– А кто еще? – оскалился пытавшийся не дать мне повалиться на землю Напалм. – Не дурак, понял, кого завалили. Надо из Форта когти рвать, не жить нам здесь…
– Прорвемся, – подивился я странному спокойствию парня и попробовал самостоятельно сделать следующий шаг.
И тут меня окончательно накрыл откат. Побежавшее вверх по правой руке пламя, подобно бикфордову шнуру, достигло скрытой где-то внутри крюйт-камеры, и полыхнувшие перед глазами звезды на мгновение стали ярче выглянувшего промеж облаков закатного солнца. В следующий миг весь мир затопила беспросветная чернота и даже всполохи цветных пятен сгинули, испугавшись накинутого на голову ватного одеяла тьмы.
– Лед!…
Абонент временно недоступен…
Глава 6
Неестественный призрачный свет отражался от ледяных стен и искажал очертания всех предметов, словно они повторялись в бесчисленном множестве расставленных по просторному помещению кривых зеркал. Просторному? На самом деле размеры комнаты вполне могли оказаться очередной иллюзией, а меня постигла участь угодившего в кусок янтаря комара. Точнее – вмороженной в лед рыбы.
По сути – я не мог ничего. Ни пошевелиться, ни вздохнуть, ни закрыть глаза. И только звучавший откуда-то из толщи льда голос не давал сойти с ума в этой тянувшейся уже целую вечность пытке. Не давал сойти – или именно этого добивался?
Да кто его знает? Но когда неведомо откуда взявшаяся чернильная капля принялась расползаться, окрашивая прозрачно-голубые стены темницы в цвета первородной тьмы, я даже обрадовался.
И все же – чего от меня хотели?
– Да очнись же ты! – Полный ярости крик ворвался в забытье и разметал его иллюзорную реальность на бесчисленное множество осколков льда. – Очнись!
– Не ори, – прохрипел я и вслепую отмахнулся от трясшего меня за грудки человека. – Плохо мне…
– Нам тоже не особо хорошо, – огрызнулся Ветрицкий. – Давно мозги встряхнуть надо было…
– Настойка
– Давай, – открыл глаза я и принял у пироманта флягу. – Где мы?
– На северной окраине. – Усевшись на корточки, пиромант прислонился спиной к стене. – Себе на крайний случай нору присмотрел, да вон как вышло.
– Остальные? – Жадно выхлебав полфляги, я огляделся. Комната без окон, на полу остатки линолеума, стены ободраны, мебели – ноль. Ладно, хоть пенкоматрацы расстелили. Да в углу пожитки наши скиданы.
– Вера караулит, а кто тебе еще нужен? – оторвался от колчана со стрелами Николай. – Нету больше никого.
– Дружинников заклятием накрыло. – Напалм поглубже натянул на макушку кожаную кепку. – С колдуном ты сам разобрался, пацана, который с ним был, мы трогать не стали.
– А водитель? – Я попробовал подняться на ноги и почувствовал, как заныла затекшая правая рука.
– Водитель серьезностью момента не проникся, пришлось с ним расстаться, – пожал плечами пиромант.
– Значит, нас четверо, – дождавшись, когда перестанет кружиться голова, я первым делом перезарядил «Вереск» и подошел к сваленным в угол вещам. – Так все-таки что это за халупа?
– Овощной магазин бывший. Который за автотранспортной базой был, – объяснил Напалм.
– Не найдут нас здесь? – Правая рука продолжала ныть и пришлось стиснуть зубы, прогоняя заворочавшуюся в ней боль. – Да что за напасть?!
– Найти не должны, – покачал головой пиромант и усмехнулся. – А в руку я тебе иглу неудачно загнал.
– Да хрен с рукой! – взорвался вдруг Ветрицкий. – Ты понимаешь, Лед, в какой жопе мы из-за тебя оказались?!
– Он-то здесь при чем? – закурил Напалм и кинул пачку сжимавшему кулаки Николаю. – Не он нас подставил.
– Вот именно, – начал я разбирать перетащенные из фургона вещи. – А подставили нас твои, Коля, дружки. И не первый раз уже, между прочим. Или они опять снять тебя с крючка пообещали?
– По себе людей не судят, – сжал зубы так, что заходили желваки, Ветрицкий. – Думай, что говоришь.
– Все, брейк, – махнул рукой пиромант. – Надо решать, что делать будем, а не виноватых искать. Виноватых и без нас найдут. Хоть и говорят: победителей не судят, но у нас все с точностью до наоборот.
– Фургон где? – Я вытащил из-под своей сумки РПК-74 и, порывшись в вещах, сумел обнаружить пару снаряженных рожков на сорок пять патронов каждый. Ага, и «Шмель» один с собой притащили. Уже лучше.
– Да здесь недалеко кинули.
– Время много прошло?
– Часа два, стемнело уже, – прикинул пиромант. – А что?
– Скоро пожалуют, – сплюнул я на пол.
– Кто? – почти одновременно выдали уставившиеся на меня парни.
– Безопасники, кто ж еще? – пожал я плечами. – Или, думаете, они по всей Кривой тогда рысачили, нас искали? Нет, наверняка передатчик где-то в машине, поэтому и приехали так быстро.