Черные тропы
Шрифт:
Тот смущенно кашлянул.
— Видите ли, уважаемый Михаил Николаевич, а ведь именно этих-то материалов я и не читал! В смысле — в полном объеме. А так — и раньше бы среагировал.
— Да на что же?
— На это… — палец майора отчеркнул строчку. — Прочтите…
— «…При проверке записей в церковно-приходской книге, обнаружено, что страница с записью о рождении Молина — отсутствует. По показаниям настоятеля прихода Лозовского П.А., таковая имелась, но он ничего не может пояснить о том, когда и при каких обстоятельствах, она исчезла…»
— Ну и что? Это давно известно…
Оба инструктора переглянулись, сдерживая улыбки.
— Именно так, — кивнул Гальченко. —
— Ну… — озадаченно нахмурился старший майор. — Да… черт его знает!
— А никто, не поинтересовался — один ли ребенок родился в семье? Были ли у Молина братья и сестры?
— Э-э-э… думаю, что нет, не интересовались. Я выясню…
— Не нужно! — отмахнулся рукою сапер. — Это известно. Была у него сестра — Анечкой звали. Красивая такая девушка — я фотокарточку видел. Вот её-то он и прятал.
— Но зачем? Что ей могло угрожать?
— «Часовщик» был очень к ней привязан. Берег и защищал. У неё случилось несчастье — ногу повредила и ходить долгое время не могла. Так и осталась хромоножкой навсегда. Так он её выгуливал, в театры вывозил, в синематограф, когда очередную новую фильму крутили. Нет, Михаил Николаевич, Анечку Степаныч не бросил бы!
— Ну… хорошо… Согласен! Мало ли у нас в стране симпатичных хромоножек? Думаю, что, как минимум, несколько тысяч — можно отыскать довольно быстро! В одной только Москве. И что прикажете с ними делать? Расспрашивать каждую о пропавшем брате-жандарме? Смеетесь?
— Нет! — поднял руки перед своим лицом Гальченко. — Незачем… Мы и так уже знаем — где его искать!
— Тоже в документах нашли?
— Угу! — энергично закивали головами оба инструктора. — В них…
— Да их же уже просматривало огромное количество людей!
— Совершено верно — просматривали, — согласился майор. — Но надо-то было — читать!
Сбитый с толку начальник школы озадаченно на него воззрился.
— Вот их, — отчеркнул ногтем ещё один абзац в тексте Гальченко, — искал хоть кто-нибудь?
Проследивший за его пальцем Чернов остановил глаза на бледной строке документа…
«…А сиротам тем, что опосля пожара, у Лямкиных остались, вовсе плохо стало. Бо, погибло в огне хозяйство ихнее. Идти бы им по миру, но сельчанин наш — Молин Петька-то, помог. Денег дал…»
— Они все росли в одном селе. И сестра «Часовщика», когда приезжала летом в деревню, всегда принимала в их воспитании самое горячее участие! Да они и жили в доме Молиных! — поднял палец к потолку Сиротин. — Их-то — сгорел дотла! Он сам мне об этом и рассказывал тогда, смущался. Казалось ему, что неправильно как-то они оба поступают… Больше можно было бы сделать, да… А у Степаныча в селе был авторитет… как же — офицер! Так что, товарищ Чернов, надо искать эту семейку! Где-то там рядом и «Часовщик»… удалено по требованию издательства.
— Вот что, Петр Федорович, — Коротаев закончил осматривать выделенное группе помещение и присел на стул. — Нам с вами работать долго, поэтому вы уж как-то сориентируйте меня в основных вопросах.
— Олег Дмитриевич? Я ничего не перепутал? — присев на другой стул, в свою очередь поинтересовался доцент.
— Всё так.
— А разве товарищ нарком вас не информировал подробно? Мне — так целую инструкцию прочли!
— Он дал мне ориентировку на наших фигурантов и предупредил, что я всегда, в любое время дня и ночи, обязан быть в курсе того, что они делают и где находятся. Разумеется, это касается и вас — данную информацию я должен предоставлять
— Угу… — Благов почесал переносицу. — Да здесь, в общем-то, нет никаких особенных секретов… Мне необходимо понять — кого и по каким требованиям они отберут. Понять характер этих требований и критерии, которыми они руководствуются.
— Для чего?
— Они ищут курсантов. Для последующего углублённого обучения в соответствующей школе.
— На кого? В смысле — на разведчика, на оперуполномоченного или ещё на кого-нибудь? Тут не праздный вопрос — для этого люди разные нужны. Разведчик — он незаметным быть должен, двухметрового амбала туда не возьмут…
— А вот не факт Олег Дмитриевич! Совсем не факт! Разведчик — он разным быть может. И двухметровым амбалом — очень даже запросто! Впрочем, не будем пока вперед забегать…
Заместителю начальника УНКВД
Ярославской области
Старшему лейтенанту ГБ
Тов. Макарову А.П.
Докладываю Вам, что сегодня, ….. 1941 г. в 09.35 мною, сержантом ГБ Акулиничевым Р.В. была организована установка наблюдения за объектами, согласно ориентировке 13/04.
Оба объекта прибыли московским поездом, в вагоне № 6, как и было указано в ориентировке. Словесным портретам и фотографиям — соответствуют. Сразу же по прибытии, оба направились в городской отдел ЗАГС, где один из них (на фото № 2), именуемый в дальнейшем — объект «Молодой», предъявив служебное удостоверение НКВД на имя майора ГУГБ Гальченко Александра Ивановича, потребовал ряд материалов по учету граждан. С присоединившимся к нему вторым наблюдаемым (фото № 1, объект «Борода») они около трех часов изучали переданные им материалы.
Вернув документы ответственному за это сотруднику ЗАГС (Тринкиной В.П.), объекты проследовали в ресторан, расположенный поблизости от отдела ЗАГС, где оставались около часа. Ими был заказан обед. Воспользовавшись обстановкой мл. оперуполномоченный Теркин О.Я. расположился за соседним столиком, пытаясь услышать о чем беседуют оба наблюдаемых. Попытка успехом не увенчалась — в зале играла музыка, и разговоры объектов были ею заглушены.
Выйдя из ресторана в 14.45, наблюдаемые проследовали в городской отдел народного образования. Ввиду малочисленности посетителей в отделе, продолжить негласное наблюдение не представилось возможным. В 17.11 оба объекта проследовали в гостиницу, где ими ранее был заказан номер (о чем имелось указание в ориентировке). До нашей смены в 20.00 никто из них гостиницу не покидал.
Начальник отделения 3-го спецотдела
УНКВД Ярославской области
Лейтенант госбезопасности
Прошло два дня с момента прибытия обоих визитеров. За это время, никто из них не сделал ни малейшей попытки уйти от наблюдения или как-то показал, что указанное наблюдение ими обнаружено. Благов, читая рапорта оперативников, недоумевал. Не в меньшей степени был озадачен и его прикрепленный. Из имевшихся у них материалов можно было сделать вывод о том, что, как минимум, один из прибывших был высококлассным специалистом именно в области выявления постороннего негласного наблюдения. И неоднократно это подтверждал в самых разных условиях.