Черный цвет солнца
Шрифт:
Особенно не вдумываясь в слова Ольги,Маша лишь хмыкнула в ответ. Голова у неегудела так, будто на нее надели кастрюлю и, не прекращая, со всей дури били по ней половником.
– Как долго я была без сознания? – спросила девушка.
– До полудня, – ответила знахарка.
– Ясно, – пробормотала Маша.
Она плохо соображала, что происходит, а когда вдруг вспомнила зеленый огонь и едкий дым, от которого на нее снизошло столько непонятных галлюцинаций, то решила, что либо она спит, либо попала к чокнутым хиппи, живущим в чаще леса. Первое объяснение происходящего нравилось Маше больше, но что-то ей подсказывало,
– Вы ведь меня не отпустите? – печально спросила девушка, осознав вдруг, что имеется еще и третье объяснение всему этому – она попала к религиозным фанатикам.
– Милая, мы и рады тебя отпустить, но это не в наших силах, – вздохнула Радмила.
– А в чьих же? – поинтересовалась Маша. Может, тут у них есть главный фанатик, которого можно попытаться как-то уломать?..
Радмила отвернулась от Маши и вопросительно посмотрела на Ольгу.
– Ты скажешь ей или я? – спросила знахарка.
Ольга недовольно прищурила голубые глаза.
– Если моя сестра нашла прошлого хранителя, это еще не значит, что мне на роду написано нянчиться с ними.
– Я просто спросила, а ты уже начинаешь ерничать, – недовольно заметила Радмила. – Тогда я сама ей все расскажу.
Наблюдая за их разговором, Маша окончательно осознала, что все вокруг нее – психопаты. Страх, который не напоминал о себе с того момента, как девушка заблудилась в лесу, вылез из потаенного угла и начал быстро растекаться по всему телу. Руки и ноги похолодели, на лбу выступила испарина, а тело начала бить мелкая дрожь. Маше вдруг вспомнилась передача, которую она недавно видела по телевизору. В ней рассказывали о религиозных культах, которые похищали людей и приносили их в жертву своим жутким богам.
Переговорив друг с другом, Ольга и Радмила одновременно повернулись к Маше и удивленно на нее уставились.
– Милая, что с тобой? Ты побледнела и вся дрожишь, – всплеснула руками Радмила и начала ощупывать девушку.
При виденапуганной Маши, Ольга тоже засуетилась и сбегала еще за водой. В этот раз Маша наотрез отказалась пить, потому что подумала, что в воду могли подмешать какую-нибудь гадость. Возможно, из-за этого она и словила глюки.
– Она боится, – заключила Ольга, вглядываясь в Машино лицо. – Боится и не доверяет нам. И, наверно, не совсем понимает, что происходит.
– Они все так себя ведут, когда оказываются здесь, – вздохнула Радмила. – Неужели их мир так отличается от нашего?
– Насколько я знаю – да.
– Закрой, пожалуйста, дверь на засов, – попросила Радмила Ольгу. – И выброси это. – Женщина указала на пепел в чаше.
Та кивнула и, забрав чашу, вышла из комнаты. Проводив Ольгу жалобным взглядом, Маша приготовилась к худшему.
– Не бойся, я всего лишь покажу тебе кое-что очень красивое, – мягким голосом сказала Радмила.
Она потянулась к Маше, чтобы ободряюще коснуться ее плеча, но девушка дернулась и сжалась. Рука Радмилы замерла в нескольких сантиметрах от плеча Маши. Женщина с жалостью посмотрела на испуганную девушку, шумно вздохнула и убрала руку.
В комнату вошла Ольга. В руках она несла пустую чашу. Поставив ее перед кроватью, на которой сидела Маша, девушка вдруг ободряюще улыбнулась и отошла к окну. Радмила скептически посмотрела на чашу и ногой отодвинула ее подальше от Маши. Потом подошла к полке, на которой стояло множество маленьких глиняных
– О, Великий Сварог! – звучно проговорила Радмила, выставив вперед правую руку ладонью вверх. – Призываю сына твоего, Сворожича, на помощь в деянии моем. Приди на зов мой, батюшка огонек!
В тот же миг ладонь женщины озарилась ярким светом, и на ней заплясало маленькое пламя. Радмила опустилась на колени и аккуратно сдула огонь с руки в чашу. Порошки, которые она высыпала, заискрились и затрещали.Из чаши медленно и величественно начал подниматься разноцветный дым. От увиденного Маша затряслась еще больше. Снова галлюцинации? Да сколько можно! Девушка спрятала лицо в ладонях, надеясь, что видения прекратятся.
– Слушай и смотри, Марья, – зашептала Радмила гипнотическим голосом. – Слушай и смотри…
Руки Маши сами по себе опустились на колени. Голова поднялась, а глаза широко раскрылись и уставились на разноцветный дым.
– Давным-давно, когда люди жили в гармонии с природой и духами, населявшими мир вокруг, боги не могли нарадоваться тому, как удачно складывается их вечная жизнь, – вновь заговорила Радмила все тем же гипнотическим голосом.
Внезапно, стелящийся из чаши дым начал причудливо извиваться, превращаясь в деревья, людей и странных существ. Затем дым резко выровнялся, а потом нарисовал ряды суровых ликов, которые были словно вытесаны из дерева.
Маша смотрела на все это с открытым ртом, не в силах пошевелиться.
– Но процветание богов длилось недолго, – продолжила Радмила. Дым снова распрямился, стирая суровые лики. –Однажды на смену им пришел новый бог, и постепенно люди начали отдавать предпочтение ему, забывая старых и уничтожая все, что было с ними связано.
Дым без устали рисовал картинки к рассказу Радмилы. Порошки в чаше тихо потрескивали. Маша, не отрываясь, смотрела на дым и внимательно слушала знахарку.
– Видя, как вымирают духи и подвергаются страшным наказаниям староверцы, боги захотели защитить тех, кто все еще был им предан. Они вознамерились создать новый мир, подобно тому, как когда-то Род породил Вселенную. Однако новый мир не мог существовать просто так. Ему нужно было черпать энергию из живого существа, чтобы поддерживать вселенский порядок. Тогда боги, в наказание людям, изменившим свою веру, выбрали среди них хранителя для нового мира. Они наложили на него и на всех последующих хранителей чары: со страшной силой будет тянуть избранного ко входу в новый мир, и не успокоится он, пока не войдет в дупло древнего дуба, что служит проходом между мирами.
Пляшущие люди и духи исчезли, и дым нарисовал следующую картинку: дупло, в которое Маша влезла за собакой.
– Хранитель, не старясь, живет в чужом мире пятьдесят лет, поддерживая баланс, следя за порядком и оберегая жителей от постороннего вмешательства. От него зависит яркость солнечного света, чередование месяцев и стабильность погодных явлений. По прошествии этого срока, хранитель может вернуться обратно в свой мир.
Радмила ненадолго замолчала, а потом тихо продолжила:
– Если хранитель умирает насильственной смертью или опорочивает свою душу сделкой с нечистой силой, погодные явления становятся неконтролируемыми, месяцы перестают сменять друг друга, а солнце приобретает черный цвет…