Черный горизонт
Шрифт:
Но давайте обо всем по порядку.
Совет рода проводили в обширной трапезной Берлоги, заодно выполнявшей роль парадно-церемониального зала. Обстановка самая простая – бревенчатые стены, столы, лавки, хозяйское «высокое место», на пиках закреплены родовые вымпелы Герлицов, три золотые лучные стрелы в черном поле. Простецов из дома выпроводили, чинно расселись, мне Зигвальд отвел место по правую руку от себя, Нетико встал за моей спиной.
Живописные типажи, ничего не скажешь. Чувствуешь себя путешественником во времени, нежданно-негаданно провалившимся в эпоху «Беовульфа» или «Саги о Сигурде». Все как один бородаты
Зигвальд представил каждого, две трети языколомных имен я не запомнил, понадеялся на идеальную память Нетико. Н-да, семейство у Жучка оказалось разветвленное – все эти люди приходились друг другу братьями в том или ином колене, зятьями, дядями или племянниками. Как мне потом сказал ИР, собралась сплошная молодежь, горячая и неустрашимая, самому старшему не больше столетия. Мне такой возраст все еще казался весьма почтенным, но у homo novus совершенно другие представления о летоисчислении.
Из сорока одного благородного с учетом Зигвальда и Теодегизила девятнадцать оказались Стражами Крепостей, промышлявшими возле ближайшей технозоны «Северо-запад-2», той самой, где месяц назад приземлился мой спасательный челнок. Предводителю Стражей, Огану с Медвежьего озера, и дали первое слово.
Ничего хорошего от Огана мы не услышали. С начала нынешнего лета гильдия понесла невосполнимый урон, погибли или пропали без вести три десятка Стражей, все дворяне. Обычно столько людей погибало года за четыре. Деревни вокруг Крепости пустеют, в ночь Тройного затмения нападению подверглись одиннадцать поместий, два сожжены. У границ вечных льдов на севере лучше вообще не появляться, там «иная жизнь» полностью заместила естественную.
Готийцев очень беспокоила приближающаяся осень: едва выпадет снег, многие поселения окажутся отрезанными друг от друга, оказывать поддержку соседям станет невозможно. Простецы смертно боятся, господам приходится спешно отселять их в более спокойные районы, и без того небогатый урожай остается неубранным. Некоторые дворяне с побережья Лейгангера и сами вынуждены оставить свои владения – «прорывы» из субарктических областей происходят с пугающей частотой.
Я уже слышал о «прорывах» – Зигвальд довольно смутно разъяснил, что так называются внезапные массовые атаки зверья, стремительно приходящего с севера и за несколько часов уничтожающего один из незащищенных поселков. Затем твари снова исчезают в тундре или лесах предгорий. Первый большой «прорыв» из Ледяного Пояса произошел четыре года назад, но тогда вмешалась Гвардия Небес и вроде бы обошлось малой кровью. С тех времен специальное подразделение Совета Первых предпочитает не вмешиваться, вероятно потому что Гвардия попросту не успевает следить за событиями, все происходит чересчур быстро…
Словом, положение в Готии осложнялось с каждым днем и все собравшиеся твердили: к зиме страна полностью погрузится в хаос, жизнь станет невыносимой. Поговаривают, будто в начале сентября готийский король соберет альтинг – пусть главы родов решают, что делать дальше и как обороняться. Однако гости Зигвальда не были уверены, что альтинг примет сколь-нибудь приемлемое решение, речь ведь пойдет о новом дележе земель и возможном массовом
Поэтому необходимо как можно быстрее предпринимать самые радикальные меры, без оглядки на альтинг и короля. Тем более что вассальная присяга была дана вовсе не королю, а герцогам Визмарам.
Тут общее внимание переключилось на меня и я понял, что сказать решительно нечего. Что я мог предложить этим людям?
Положение спас Зигвальд, мгновенно перехватив инициативу. Велеречиво описал мои сомнительные подвиги, рассказал о поездке в Морской замок, предъявил блокнотик в черной обложке, передал его остальным – посмотреть. Обратил особое внимание на карты Гельвеции. Затем словно бы невзначай упомянул о сгинувшем корабле Визмаров, «Рейнгольде», обнаружить который не могут больше века, и весьма красиво повернул разговор к южному материку.
Нетико едва слышно хмыкнул, ИР начал понимать, куда именно клонит Жучок. Знаки, оставленные в подземном убежище замка, недвусмысленно давали понять: ищите на Гельвеции.
Я похолодел: полоумный готиец потащит нас через океан? Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что?! Этого только не хватало!
Зигвальд умел быть убедительным, при этом изящно связывая несвязываемое. На мой пристрастный взгляд исчезновение «Рейнгольда» сто двадцать четыре года назад, набросанные от руки схемы в блокноте, кровавая война на севере континента и загадочные интриги Риттера фон Визмара имеют к настоящему положению дел лишь косвенное отношение – сколько времени прошло! – но я вновь позабыл, что для готийцев это происходило едва ли не вчера. Мятеж помнили в каждой семье, а большинство северян сражались вместе с Визмаром и ждали его возвращения…
Нетико аккуратно положил ладонь мне на плечо, предостерегая от необдуманных слов. Ох и тяжеленная рука у этого андроида! К счастью, пока меня никто не спрашивал – варвары начали долгий спор на своем гортанном диалекте, который я понимал с пятого на десятое.
Итоги меня ошарашили: менее чем за полчаса готийцы пришли к полному согласию. На организацию Зигвальду отвели десять дней, каждый из присутствующих поможет деньгами, некоторые отправятся вместе с нами. Точкой сбора решено определить Бьюрдал, торговый город, расположенный южнее по побережью.
Вот так, просто и без экивоков. Добро пожаловать на Гельвецию.
– …А ты рассчитывал на тихую и благополучную жизнь в Баршанце? – поинтересовался Нетико вечером, когда тинг и последовавшая за ним богатая трапеза окончились. Чинные разговоры и пиршество меня смертно утомили, глаза слипались, но посоветоваться с ИР было необходимо. – Тем более что действительно спокойной жизни здесь не будет по вполне понятным причинам. Напомню, что Тройные затмения на Меркуриуме происходят через каждые шестьдесят четыре дня, ждать следующего осталось недолго. Надеюсь, «Штерн» ты не потерял?
– Вроде нет. – Я машинально сунул руку под набитый соломой матрас и нащупал кобуру с пистолетом. – Значит, все повторится? Опять?
– Опять, снова, каждый раз, все чаще и чаще, – монотонно произнес Нетико. – Николай утверждал, что на активность животных влияет расположение меркурианских лун и сезонные изменения климата, а скоро холода, начнется миграция существ на юг, зверье будет голодно… Веселенькая зимовка ждет нас в Берлоге. Одно утешает: в отличие от людей, андроиды несъедобны.