Чёрный Корпус. Отряд "Зеро"
Шрифт:
Попрощавшись с парнями, я надел шлем. До службы недалеко - полчаса. Гравицикл слегка присел под моим весом, но сразу снова взмыл над полосой. Гравитаторы работали практически бесшумно, движок негромко мурлыкал, готовый сорвать байк с места в любую секунду.
– Покрытие не порти, байкер!
– Начальник смены шутливо погрозил мне кулаком. Я улыбнулся: гравицикл не испортит - и выжал газ.
Центральный космопорт огромен, Варкуна - столица, но для служебного транспорта ЧК - отдельная территория, свой вход и въезд. Мы не пересекались с пассажирами и грузами. На этой территории - случайных людей
Миновав ворота, я выехал на трассу в город.
Хотя за семь лет службы на Хали мне до оскомины приелась эта захолустная звёздная система, вечерняя Варкуна до сих пор не оставляла равнодушным.
Огромный мегаполис - сердце этой системы, здесь есть всё, что душе угодно. Высокие дома, яркие огни и несколько уровней освещённых дорожных полос на разной высоте для пассажирского и личного транспорта делали город похожим на роскошный праздничный торт с тысячами свечей, как любила говорить Маринка.
Мне же Варкуна всегда напоминала муравейник в новогодних гирляндах, даже несмотря на то что вся доставка грузов происходила под землёй и некоторые кварталы утопали в парковой зелени. Открытие "солнечника" несколько лет назад позволило человечеству отказаться от привычного топлива и перейти на абсолютно экологический и почти безотходный источник энергии. Варкуна после этого стала намного тише и чище, деревья с Хали прижились и разрастались быстрее обычных земных, но в выходные я всё равно старался удрать куда-нибудь на побережье, чтобы в одиночестве слушать ночное море, или просто гонял по трассам, наслаждаясь скоростью и свободой. Маринка моей страсти к гонкам и безлюдным местам не разделяла, любила комфорт и город, отдыхая с подругами в разных клубах или гуляя по магазинам.
Мой "Сириус-10Х-5", одна из последних моделей гравициклов, был чертовски экономичен и очень надёжен. Заряженного аккумулятора ему легко хватало на месяц, а крейсерскую скорость он развивал за полторы секунды.
Потому сейчас я выбрал самую скоростную, третью полосу от нижнего уровня: время поджимало - и выжал полный газ. Высотки, личные и общественные мобили, улицы с яркой рекламой - всё слилось в единой полосе. Я почти не сбрасывал скорость, вписываясь в повороты (гравицикл держал трассу намертво), и к зданию службы подлетел за семь минут до назначенного самому себе срока. Варкуна - столица, все исполнительные подразделения ЧК находятся в одном здании. А вот управа располагалась на центральной площади, напротив правительства. Видимо, специально, чтобы чиновники не забывали, кому они обязаны своим положением.
– Ой, Лёшка! Напугал!
– Юля, наш бухгалтер, подпрыгнула, когда я затормозил возле её миниатюрного, как игрушка, мобиля.
– Ты что так носишься, сумасшедший?! Убьёшься же!
– Да не, - я улыбнулся, повесил шлем на руль.
– Крымский у себя?
– У себя, - Юля посмотрела на тонкий браслет, где мигали небольшие циферки.
– А я домой уже. Я слышала, он на тебя опять ругался. Что случилось?
– Всё в порядке, счастливо отдохнуть.
– Я попрощался с ней и поспешил к внешним лифтам. Влететь в первый спустившийся и нажать кнопку пятнадцатого этажа. Повезло. Ещё шесть минут, чтобы взять дело Ворошилова и явиться на ковёр к начальству.
В
Ох, чёрт...
Кабинет Крымского на следующем этаже.
Вот оно. Я выдохнул, постучал и приоткрыл дверь. За минуту до назначенного самому себе срока.
– Разрешите, Андрей Иванович?
Крымский сидел в своём кресле, рядом стояла Ольга с папками.
– Входи, - шеф коротко взглянул на меня и снова углубился в беседу с начальницей канцелярии, объясняя, какие документы куда переслать. Ольга, в гражданке - вольнонаёмным можно, симпатичная, стройная и русоволосая, кивала, делая пометки электронным маркером.
Я остановился в трёх шагах от стола, как положено по уставу. Дело Ворошилова в руках.
Иваныч не торопится, игнорируя моё присутствие. Пытается действовать на нервы. Не выйдет. Мне, конечно, до его двадцати лет работы далеко, но свои звёзды я тоже не просто так получил.
Наконец Ольгины папки закончились. Я украдкой покосился на часы. Сорок минут. Сволочь. Я бы уже дома был. Крымский словно услышал.
– Пока всё, Оленька. Приказ из управления пришёл?
– По электронке, Андрей Иванович, - Ольга с сочувствием стрельнула на меня глазами. Я не подал виду, что заметил. Приказ о проведении служебки. Да плевать.
– Распечатать?
– Да.
Ольга кивнула, собрала свои папки и процокала к дверям, одарив меня очередным сочувствующим взглядом. Хорошая девчонка. Но я принципиально не заводил шашней на работе. Видел, чем это кончается. Свадьбой или увольнением с треском.
Меня не устраивал ни один вариант.
К тому же почти год я жил с Маринкой, и меня всё устраивало. Сцены ревности из-за постоянных задержек она не закатывала, в постели не отказывала, дома за порядком следила, в душу не лезла, а что ещё для спокойной семейной жизни надо?
Крымский смерил меня взглядом. И тревога снова взяла своё. Слишком уверенным в себе он выглядел.
Слишком спокойным.
Таким, словно у него на меня железобетонный компромат.
– Дело.
Подал папку, вернулся назад. Иваныч неторопливо листает документы, не орёт, не возмущается, молчит и чего-то ждёт. Нехорошее предчувствие всё сильней. В очередной раз мысленно перебираю всё, что произошло. Нет, я чист, нарушений не было, не считая неполной формы, но это не смертельно, замечание, не больше. Чёрт... Откуда это поганое ощущение, что я вляпался?!
Негромкий перелив внутренней связи, шеф берет трубку.
– Крымский. Хорошо. Неси, Оля.
Кладёт трубку и закрывает дело. Смотрит глазами сытого кота.
– Я тебя предупреждал, Алексей.
Чёрт...
– Я написал докладную о проведении служебной проверки для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в отношении тебя.
Что?! Что за!.. Спокойно, Лёха. Спокойно.
– По какой статье, Андрей Иванович?
– За превышение служебных полномочий. Два огнестрела подряд за один месяц, до этого нанесение тяжких телесных...