Черный маркиз
Шрифт:
— Я была слишком взволнованна, к тому же он двигался очень быстро.
— Вам так хотелось попасть в него?
— Конечно, нет, но этот промах вызвал у меня досаду. А вдруг этот человек оказался бы негодяем и выстрелил в меня?
— Боюсь, вы были бы мертвы.
Диана бросила на него быстрый взгляд.
— Что ж, в следующий раз постараюсь не волноваться.
Родгару было известно, что графиня готовилась к состязаниям. Она достигла высоких результатов без всякой скидки на женский пол. Очень интересно. Впрочем, графиня Аррадейл
Графиня, обладая сильной волей и храбростью, переживает в настоящее время крушение надежд. Из нее получился бы превосходный мужчина. Но она не могла пренебречь своей женственностью и жить мужской жизнью. Это нарушало ее душевное равновесие и делало опасной для него, для других и для самой себя.
Сейчас у него на руках был королевский приказ, касающийся леди Аррадейл. По-видимому, графиня обратилась к королю с просьбой разрешить ей занять место в палате лордов. Это, конечно, выходило за рамки закона — в парламенте могли заседать только мужчины. Родгар, разумеется, понимал, почему она хотела изменить существующее положение, но король не мог этого понять, к тому же он был очень консервативен. Настолько консервативен, что страшно гневался от одной только мысли о каких-то изменениях.
К тому времени как они добрались до длинного, с высокими освещенными окнами помещения, слуги уже приготовили четыре пары заряженных пистолетов. Маркиз обратил внимание на то, что цели представляли собой муляжи человеческих фигур, двух мужчин и двух женщин, с сердечками, приколотыми к груди.
— Помилуйте, неужели мы должны стрелять в женщин? — удивился Стин.
— Не все женщины так уж безопасны, — заметил Родгар.
— Это верно, — согласилась графиня. — Если женщина стреляет в вас, лорд Стин, глупо колебаться и не выстрелить в ответ.
— Женщина стреляет в меня? — повторил Стин, явно растерявшись.
— Что тут удивительного? — вмешался Брайт. — Порция однажды выстрелила в меня.
— А Элф бросила в меня нож, — добавил Брайт.
— Ничего подобного, — возразила Элф. — Я целилась в лист бумаги, который ты держал в руке, и попала точно в него!
— Глупая забава, — заключил Родгар и повернулся к графине:
— Как мы договоримся?
— Побеждает тот, чьи пули лягут как можно ближе к центру сердечка.
Родгар посмотрел на пистолеты.
— Это ваши, леди Аррадейл? — спросил он, указывая на те, что были чуть поменьше.
— Да… Кстати, Элф тоже может воспользоваться ими, если пожелает принять участие.
— В таком случае джентльмены имеют право стрелять из своих пистолетов, как вы считаете?
— У вас с собой дуэльные пистолеты? — поразилась она.
— Никто не знает, что может случиться… — пробормотал маркиз, затем добавил:
— Я всегда беру с собой в дорогу пистолеты.
Он посмотрел на других мужчин, и Брайт подтвердил, что имеет при себе пистолет. Пожав плечами, Элф призналась, что и у нее есть пара пистолетов,
Слуги были посланы за личным оружием гостей, и, пока их ждали, Родгар осведомился:
— Каков же будет приз, графиня?
— А что вы предлагаете, милорд? Думаю, никто из присутствующих здесь не страдает от отсутствия денег, — насторожилась Диана.
— Мы ведь одна семья, — сказал маркиз не без умысла, — и не соревнуемся на деньги.
— Я не принадлежу к вашей семье.
— Но имеете родственную связь. Разыграем, кто стреляет первым?
Ее щеки слегка порозовели, и она повернулась, чтобы взять коробочку с игральными костями.
— Воспользуемся этим.
Он согласился, и она бросила кости, на которых выпала восьмерка. Маркиз тоже бросил кости и оказался по жребию первым, так что, когда принесли его пистолеты, он зарядил их и вышел вперед. Почти не целясь, он уложил обе пули прямо в центр обоих сердечек мужской и женской фигуры. Пусть графиня знает, с кем имеет дело.
Принимая поздравления, Родгар взглянул на нее и заметил в глазах искру неукротимого желания победить. «О, миледи, не стоит так стараться, когда речь идет о простой игре».
Следующими по очереди были Элф, Форт и Брайт. Элф не скрывала своего торжества, оттого что стреляла лучше мужа, а Брайт, как и Родгар, попал в центр обоих сердечек. Затем к огневому рубежу вышла леди Аррадейл. Всем своим видом она говорила, что намерена победить. Обе ее пули также попали в центр, и она с вызовом повернулась к маркизу.
Он был немало удивлен такой меткостью Дианы. В нем даже проснулось едва уловимое чувство восхищения ею.
Стин был не слишком хорошим стрелком и пропустил свою очередь, махнув рукой.
— Что теперь? — спросил Родгар. — Будем стрелять еще раз, чтобы выявить победителя?
— По тем же самым мишеням, — сказала графиня, — но с белыми листами бумаги, закрепленными за сердечками. Надо стремиться попасть в те же отверстия от пуль.
— Боже! — воскликнул Стин, и даже Брайт выглядел обескураженным.
Однако Родгар взял свой пистолет.
— Весьма любопытное испытание, леди Аррадейл, хотя такая кучность вряд ли понадобится в реальной ситуации — достаточно пули, угодившей в сердце. Любое попадание в торс обычно оказывается довольно действенным.
— Но в данном случае речь идет о совершенстве ради совершенства, согласны, милорд? Как с механическими игрушками.
Когда белые листки бумаги были закреплены за красными сердечками, маркиз прицелился. Интересное соревнование, требующее абсолютной меткости. Первый выстрел, по его мнению, был вполне удачным, и, кажется, пуля легла очень близко от предыдущего отверстия. Второй выстрел был не хуже первого. Когда принесли листки бумаги, все сгрудились, рассматривая их.
— Великолепно! — воскликнул Стин. Родгар очень любил Стина, но тот не мог по-настоящему оценить результат.