Черный маркиз
Шрифт:
Поистине весьма замечательной женщины.
Он думал о ней вот уже целый год. Диана казалась Родгару избалованным своевольным ребенком, и ему очень хотелось узнать, как она поведет себя в момент настоящего испытания.
Сегодня он узнал это.
Просто великолепно.
Родгар посмотрел на голубой камень, который переливался в золотой оправе. Сапфир защищал ее от опасностей, и это кольцо было подарено не только ради любви, но с целью защиты от всех бед. Оно было символом ее преданности и доверия.
Поднеся кольцо к своим губам, Родгар
Кажется, Сафо сказала, что теперь он должен ощущать некую пустоту, так как уже нет необходимости заботиться о членах своей семьи. Нет. Эта пустота в его душе присутствовала всегда, прикрываемая либо каждодневными заботами, либо мимолетными связями с женщинами. Сам того не подозревая, он жаждал настоящей любви и близких доверительных отношений. Забота о родных была не долгом, а лишь поводом для отказа от создания собственной семьи.
Но сейчас он испытывал искушение нарушить свой обет.
Ночью он дважды произнес слово «любовь» и надеялся теперь, что Диана не заметила этого.
Он поддался страсти, с которой теперь ему придется долго бороться, чтобы снова обрести хладнокровие и привычное высокомерие.
Однако его терзала мучительная потребность настоящей любви.
Ища защиты от этого болезненного чувства, Родгар встал с постели и оделся, стараясь вернуться к прежнему мироощущению.
Все пройдет, когда он окунется в свою обычную жизнь. Завтра они будут в Лондоне, и Диана отправится в гостиную королевы. Он будет видеть ее мельком и в обществе других дам.
Он на мгновение закрыл глаза, не в силах справиться с болью, думая о себе и о Диане. Однако боль неизбежна в нашей жизни, и поступки благородного человека не должны диктоваться страхом перед ней.
Со временем самые острые приступы проходят, боль притупляется и становится терпимой.
Родгар одетым снова прилег на свою половину кровати. Он не мог удержаться от того, чтобы не повернуться к ней. Родгар с трудом поборол желание поцеловать Диану в полуоткрытые губы и продолжал лежать, глядя на нее, пока свеча в конце концов не догорела и комната не погрузилась во тьму.
Глава 17
Диана проснулась довольная и умиротворенная, но это блаженное состояние мгновенно сменилось смущением, так как она почувствовала, что кто-то целует ее.
Она открыла глаза и увидела маркиза… Бея.
Диана улыбнулась и протянула к нему руки, однако он отступил назад.
— Уже почти рассвело. Тебе надо вернуться в свою комнату.
Она поняла, что он не забывал об осторожности. Разумно, конечно, но в то же время крайне неприятно.
Диана нащупала свою сорочку и попыталась надеть ее под покрывалами, хотя Родгар отошел от постели и повернулся к маленькому окошку. Перламутрово-серое небо уже начало светлеть, окрасившись желтыми, оранжевыми и розовыми тонами.
Маркиз был полностью одет — даже в камзоле, — и она почувствовала неловкость, встав с постели в смятой испачканной сорочке. Диана набросила
— Я готова.
Он повернулся, подошел к ней и предложил руку, как подобает джентльмену, как будто они собирались выйти на прогулку. Диана заметила, что на его пальце не было кольца с сапфиром. Ну разумеется. Наступило утро. Хотя она знала. что он будет хранить ее подарок.
Родгар открыл дверь, выглянул в коридор и затем вернулся назад.
— Все в порядке.
Диана направилась к нему, прошла мимо, но затем остановилась с мольбой в глазах. Он взял ее лицо в ладони и прильнул губами к ее губам.
— Мы все-таки не смогли сдержаться. Если, несмотря на все предосторожности, ты забеременеешь, обязательно сообщи мне.
Она покачала головой:
— Ты ведь не можешь жениться или открыто признать внебрачного ребенка. Это будет только моя забота.
— Но, Диана…
— Не спорь со мной, Бей.
Он снова обнял ее и коснулся щекой ее щеки.
Когда маркиз выпрямился, лицо его было непроницаемым.
— Прощай, Диана.
— Прощай, Бей.
Она, не оглядываясь, быстро прошла по коридору в свою комнату. Клара еще спала, и Диана, потихоньку открыв шкатулку с драгоценностями, взяла и надела на палец первое попавшееся кольцо взамен подаренного маркизу. Затем тихонько легла в постель и еще долго лежала, глядя в темный потолок и вспоминая события минувшей ночи.
Диана, все в том же дорожном платье, присоединилась к Бею за завтраком. Слава Богу, им не пришлось беседовать наедине, так как снова появился сэр Эресби с сообщениями и вопросами. По-видимому, он посылал кого-то в Уэр провести расследование. Оказалось, там были замечены французы, и среди них находился человек по имени де Кориак.
Узнав от Бея о знакомстве с французской парой в Ферри-Бридж, внезапной болезни месье де Кориака и спешном отъезде супругов, важный судья был озадачен.
— Он выражал какое-либо недовольство за столом, лорд Родгар?
Бей удивленно поднял брови, вернувшись к своим высокомерным аристократическим манерам.
— Вы имеете в виду его последующее недомогание? За еду несет ответственность гостиница, а не я. И разве плохая пища может служить поводом для убийства?
— Что же еще могло заставить его пойти на такое хладнокровное преступление, милорд?
— Понятия не имею, сэр Эресби. Однако, — сказал маркиз, вставая и подавая руку Диане, — нам пора. Сегодня леди Аррадейл ждут при дворе.
Диана взяла его руку, едва удержавшись от того, чтобы не сплести их пальцы, и пожалела несчастного баронета, который был явно обескуражен.
Сэр Эресби поднялся и поклонился.
— Конечно, милорд, миледи. — Тем не менее он до конца не сдался. — Я пришлю человека к вам в Лондон, если возникнут какие-нибудь вопросы.
«Желаю удачи», — подумала Диана, направляясь под руку с лордом Родгаром к карете. Вид пробитой пулей дверцы потряс ее и заставил мысленно вернуться к минувшему дню.