Черный настрой

Перевод: Rosland

Русификация обложки: Rosland

Иногда я вижу сны в чужих сознаниях - ну, или так это ощущается.

Это происходило со мной с самого детства, хотя я не помню, чтобы думала об этом, во всяком случае, сознательно.

Всего лишь одна из тех маленьких странностей урождённых экстрасенсов, полагаю. Ночью мой разум странно блуждал, как будто вне моего контроля.

Этой ночью я не знала, в чьём сознании находилась.

Я не узнавала его и никоим образом не знала.

Я просто знала, что он бодрствует, а я сплю.

«Эй, это что такое?»– спросил он, почти крича.

Он громко разговаривал с мужчиной, в чьём обществе находился, перекрикивая и наушники с шумоподавлением, и звук компрессора, работающего позади него. Взглянув на инженера, сидевшего на корточках на платформе рядом - дородного мужика с сединой в козлиной бородке, чей толстый торс растягивал темно-синий комбинезон - мужчина, чьё сознание я разделяла, показал на небо.

Ещё два темных объекта пронеслись над головой на его глазах.

«Это беспилотники?– он нахмурился.
– Что здесь делают беспилотники?»

Пока что он насчитал их три штуки.

Помимо тяжёлого машинного оборудования, я не знала, где они находились. Небо заволокли тучи, но было жарко. Они потели, даже посреди ночи.

Другой мужчина, который все ещё руками и коленями опирался на платформу и всматривался в открытую панель ближайшей шумной машины, казалось, его не услышал. Поддев его металлическим носком ботинка, первый сумел привлечь его внимание. Его ботинок угодил инженеру как раз в самую натянутую часть его синего комбинезона, прямо в жировые отложения на талии.

Его голова резко вскинулась и повернулась.

«Какого черта, мужик? Я пытаюсь вытащить нас отсюда».

Ещё один тёмный объект промелькнул на фоне световой сигнализации.

«Вон!– показал стоящий.
– Ты это видишь?»

Я его не знала, но узнала акцент. Определённо откуда-то с юга, недалеко от Мексиканского залива.

Теперь они оба стояли, глядя на небо с решетчатой платформы, а над ними просвистело ещё четыре штуки, все с разных направлений.

«Ага, - выдохнул другой, хмурясь.
– Думаю, ты прав. Думаю, это беспилотники».

«Происходит

что-то странное, - громко сказал первый мужчина, перекрикивая звуки машин.
– Почему завод такой, черт подери, пустой? Они никогда прежде не опустошали это место для «инспекции».

«Мы все ещё здесь»,– заметил другой мужчина.

Они обменялись взглядами.

Поколебавшись ещё долю секунды, первый выдернул телефон из заднего кармана. Он нажал кнопку контактного номера своего босса и поднёс телефон к уху.

Как только он сделал это, в то же мгновение взрыв сотряс платформу, на которой стоял он и другой мужчина.

Я невольно ахнула где-то в его сознании.

Я ахнула, слыша крик стальных балок, видя, как корёжится металл.

Я смотрела, как два мужчины в панике инстинктивно тянут руки. Они схватились за железные перила, держась и шире расставляя ноги в ботинках. Первый мужчина потерял телефон. Я наблюдала, как разбивается экран, ударившись о край вышки и устремляясь вниз, к земле.

За первым взрывом последовал второй.

И третий.

Я ощутила своего рода сосущее давление - воздух покидал лёгкие мужчин, кислород высасывался из пространства вокруг них, взлетая в небо над его головой.

Зародилось тяжёлое рокотание. Мой разум метнулся к драконам, крылатым огнедышащим созданиям, вздымавшимся из расплавленной земли. Я прислушивалась к этому рычащему монстру, вырывавшемуся из глубин, и страх взорвался во всем моем естестве.

«Я умру.

Я умру прямо здесь».

Это была последняя его мысль, которую я ощутила...

...А затем я оказалась в ином месте.

В отличие от отдалённой платформы со странным мужчиной, это место было интимно знакомым.

Как и его обитательница.

Я смотрела, как она извивается на столе с мягкой обивкой, доктора собрались вокруг неё, пристёгивая её запястья, её лодыжки. Крики эхом отражались от металла и стекла в комнате, и часть меня кричала вместе с ней, затерявшись в её муках и злости от бессилия.

Её светлые волосы сейчас были густыми и здоровыми, не тусклыми и редкими, какими они станут через несколько месяцев. В этот краткий, беглый момент они все ещё отражали её настоящую - грива столь же дикая, как и её колотящие конечности и бьющееся сердце. Я смотрела, как она бодает одного из санитаров, подошедшего к ней со шприцем, разбивает стекло в его руках и покрывает кровью его пальцы там, где их порезали осколки.

Он ахнул, отстраняясь, сжимая окровавленные пальцы и пятясь от стола, наблюдал за ней со страхом, благоговейным трепетом, даже потрясением.