Чёртов выпускной...

Акулова Анастасия Сергеевна

Доверчивость доверчивостью, а жить-то хочется!..

Но вот, мы пришли. Очевидно, император нашёл свободную минутку для разговора с дочерью, потому что привели меня не в тронный зал и не в зал советов, а в покои императора Сигизмунда - моего августейшего "отца".

Вздохнув поглубже и стараясь стряхнуть напряжение, убеждая себя, что избегу всех возможных проколов, не слишком решительно переступила порог, когда передо мной распахнули огромные золочённые двери.

Бегло пробежавшись взволнованным

взглядом по покоям, отметила, что они значительно скромнее, чем у принцессы. Видимо, его величество не большой ценитель роскоши.

Сам он обнаружился сидящим за внушительным письменным столом, пишущим что-то на пергаменте быстрым и размашистым красивым почерком. Настолько увлёкся, что не заметил моего появления.

На вид это был мужчина от силы тридцати лет, но усталость на лице прибавляла ему визуально ещё десяток человеческих лет. На самом деле, ему было около четырёх сотен, если не ошибаюсь...

Подойдя поближе, тихо кашлянула, чтобы привлечь внимание. Тот вздрогнул, устало провёл ладонью по лицу и взглянул на меня.

– А, Аллирэ... садись.
– Он жестом указал на стоящий рядом табурет, на который я послушно упала.
– Нам нужно поговорить. Помнишь, где-то около месяца назад герцог Диамондский сватался за тебя? Так вот, мы приняли это предложение.

Сердце теперь, казалось, стучало в висках от подскочившего давления. Мамочкиии...

– С каких это пор руку императорской дочери отдают какому-то герцогу?
– Вскинулась я, стараясь держать роль.

– Это герцогство не меньше многих королевств, стратегически важнее и гораздо влиятельнее на мировой арене, - с явным энтузиазмом пояснил "заботливый папочка", - К тому же, этот герцог - маг. А их осталось очень мало, и они безумно могущественны.

Впрочем, тебе незачем пытаться понять тонкости политики и выгоды этого союза, просто знай, что через месяц состоится помолвка, а через неделю после этого и свадьба. Поздравляю, девочка моя.

Мне показалось, или я прям-таки прочувствовала, как померла в муках последняя надежда на спокойную жизнь? Вот тебе и родительская любовь...

– Но отец, - я в ужасе заламывала руки, пытаясь найти хоть какую-нибудь лазейку, - Зачем спешить? Я ещё так молода! Как вы можете быть так жестоки с собственной дочерью?

Признаться, последний вопрос я задала с вполне искренним удивлением, хотя и была наслышана о браках по расчёту, заключаемых по воле родителей. Одно дело - слышать, совершенно другое - видеть, или уж тем более, если почувствовать на себе.

– Жестокость?
– От удивления тот достаточно резко обернулся, - О чём ты, моя принцесса? В чём жестокость?

И правда, о чём это я? Принцесс-то с рождения к этому готовили. Однако же в Аллирэ не было смирения, особенно на этот счёт. Или же на публике она играла смирившуюся тихую овечку? Что-то не очень я её представляю в этой роли.

–

Понимаю, вам непонятно моё негодование, отец, - опустив взор, ответила я, - Но вы знаете мой характер. Несмотря на то, что мне с детства внушали, что я должна буду выйти замуж по вашему выбору, и всё-таки мне нелегко на душе от этой новости. Зная, что вы никогда не отступаетесь от данного слова и принятых решений, я лишь смиренно прошу вас дать мне чуть больше времени, чтобы суметь подготовиться морально и всё осознать. Окажите мне такую милость.

Театральная слезинка, чуть надломленный голос, умоляющий тон и капелька лести возымели действие - "мой" венценосный папочка заметно смягчился и подобрел.

– Девочка моя, я всё понимаю.
– Ну да, конечно, понимает он, - И, раз уж ты просишь, я подумаю над этим, сделаю всё возможное, чтобы у тебя было побольше времени. В конце концов, когда-нибудь это всё равно произошло бы, ты всё равно вышла бы замуж. Зачем тянуть, особенно если есть столь подходящая партия? Не вечно же тебе баловаться да в девицах ходить.

Будь моя воля, так ещё долго бы в девицах ходила. По крайней мере, выходить замуж за незнакомого человека... пардон, нелюдя - это перебор даже для старой девы.

– Благодарю вас за вашу трогательную заботу обо мне, отец, - я честно всеми силами пыталась скрыть издевку в голосе.

– Безусловно, я всегда забочусь о тебе, и всегда буду заботиться. Не печалься.
– Не без самодовольства кивнул венценосный кровосос, целуя меня в лоб, как покойника.

Когда убирал руки, сжимавшие мою голову, словно тиски, край его рукава случайно зацепился за маленький дешёвый медальон в форме сердечка с фотографией сестрёнки, который я никогда не снимала. Этот медальон был уже изрядно расхлябанным и ржавым, но всё равно был дорог мне. Особенно здесь, когда я так скучаю по дому.

– Что это?
– Представитель человекообразных комаров брезгливо поморщил своё аристократичное лицо, стараясь как можно меньше касаться вещицы, отцепляя от края кафтана, - Девочка моя, что за дешёвку ты носишь? Прекрати вести себя, как малолетняя служанка и одеваться так же! Принцесса, особенно готовящаяся к бракосочетанию, должна всегда держаться с достоинством и выглядеть безупречно до деталей. Сколько раз тебе повторять?!

Сказав это, император просто и без предисловий одним сильным рывком сорвал с моей шеи цепочку с кулоном и небрежно выкинул в раскрытое окно последнюю память о любимых и дорогих мне людях...

Видимо, вся ярость отразилась у меня на лице.

– Тебе нездоровиться? Позвать лекаря?

БОЖЕ, ДАЙ МНЕ СИЛ НЕ ПРИКОНЧИТЬ ЭТОГО ЧЁРТОВА КРОВОСОСА И ВСЕХ ЕМУ ПОДОБНЫХ!!!

Вдох, выдох. Я спокойна. Никого не хочу убивать, расцарапывать лицо и спалить на месте... Кому я вру? Хочу, даже очень!

Но надо держать роль... раз уж так вышло, маска должна на время стать моим истинным лицом, чтобы потом был шанс сбросить её, как ярмо.