Червь
Шрифт:
В: Хорошо. Продолжайте.
О: Я просил его поручиться, что мои обязательства перед ним сохранятся лишь до того предела, который он сам положил. И что его последующие шаги, в чём бы они ни состояли, не будут сопряжены с насилием.
В: И как же он поручился?
О: Весьма торжественно. Даже вызвался, если я того пожелаю, поклясться на Библии.
В: Расскажите, что же было на деле.
О: Он назначил отъезд через неделю, то бишь на следующий понедельник,
В: Знаю. Навестить тётушку из Бидефорда.
О: Точно так.
В: А не давал он намёка, что за ним следят, что к нему приставлены соглядатаи?
О: Прямых улик он не приводил, однако из его слов явствовало, что некоторые лица ни перед чем не остановятся ради того, чтобы разлучить его с любимой, и станут чинить ему многоразличные препятствия.
В: О каких лицах он, по вашему разумению, говорил: о своих ли родных или о семействе девицы, о её опекуне?
О: Мне сдаётся, что о первых, сэр. Как-то раз он упомянул своего старшего брата, каковой был в одних мыслях с их отцом, и мистер Бартоломью с ним так раздружился, что едва разговаривал.
В: Раздружился за то, что тот не вышел из отцовской воли?
О: За то, что тот, подобно отцу, ставил стремление нажить богатство и прибрать к рукам отменное поместье выше сердечной склонности влюблённого.
В: Вы покамест ни словом не обмолвились о пресловутом Фартинге и горничной.
О: Мы порешили приискать мне слугу. Мистер Бартоломью спросил, нет ли у меня на примете надёжного сметливого человека, который справился бы с этой ролью и в пути оборонял нас от грабителей и тому подобных напастей. Я вспомнил одного такого.
В: Как его зовут?
О: Но он, право же, ни в чём не виноват. Я — и то выхожу грешнее его. По крайности в этой истории.
В: Отчего такое добавление — «по крайности в этой истории»?
О: Когда я с ним ещё давно познакомился, он служил привратником в Дрюри-лейн [67] . Но вскоре его отставили за небрежение. Слабость у него была: любил выпить. Среди моих сотоварищей такой порок, увы, не редкость.
В: Он тоже актёр?
О: Прежде, похоже, подвизался в актёрах. Нынче при случае играет слуг и шутов: есть у него кой-какой комический дар. По рождению он валлиец. Однажды я пригласил его сыграть Привратника в «Макбете» вместо занемогшего актёра: другой замены не нашлось. Он имел некоторый успех, и мы было хотели и впредь давать ему роли, да вот незадача: даже на трезвую
67
Один из самых известных лондонских театров; основан в 1663 г.
В: Как его имя?
О: Дэвид Джонс.
В: И вы говорите, что в последний раз видели его первого мая?
О: Да, сэр. Или, если быть точным, в последний день апреля, ибо в ту же ночь он тайком от нас бежал.
В: Дальше он ни с вами, ни с мистером Бартоломью не последовал?
О: Нет.
В: В своё время поговорим и об этом. С тех пор вы с ним не встречались? Не получали о нём или от него никаких известий?
О: Видит Бог, не получал. Дней десять назад мне на улице повстречался один его приятель, так он тоже вот уже четыре месяца не имеет о нём известий.
В: Вам известно, где он проживал?
О: Знаю только, что прежде он всё, бывало, попивал пунш в заведении на Бервик-стрит. По возвращении в Лондон я там несколько раз о нём справлялся. Он туда не захаживал.
В: Мы ведь ведём речь о Фартинге?
О: Именно. Он, нас тайно покидая, на прощание оставил мне записку, в коей сообщал, что отправляется в Уэльс проведать матушку. Она живёт в Суонси. Джонс мне как-то сказывал, она содержит захудалый кабачишко. Но так ли это и к ней ли он подался, мне неведомо. Тут мне вам больше помочь нечем.
В: Вы его наняли?
О: Я привёл его к мистеру Бартоломью. Тот посмотрел и остался доволен: крепкий малый, из себя удалец, оружие носит лихо, управляется с лошадьми. Решили взять. Однажды мне случилось играть с ним в «Офицере-вербовщике» мистера Фаркера [68] , Джонс изображал пьяного сержанта, бахвала и забияку. Публика ему рукоплескала, хотя не по заслугам честь: он и сам до начала представления так натянулся, что ему уже не было нужды — да и невмоготу — являть свой талант, если б он его и имел. Но для успеха нашего замысла ему было предложено в путешествии держаться этой роли.
68
Фаркер, Джордж(1678–1707) — английский комедиограф
В: За какую плату?
О: За десять гиней. Одну в задаток, остальные при конце путешествия, чтобы не спился с круга. Это не считая прожитка.
В: Вы с ним так и не разочлись?
О: Нет, сэр. Как вы увидите дальше, он получил лишь малую часть. Это ещё одна непонятность в этой истории — отчего он ударился в бега, когда ему вот-вот должны были отдать заработанное.
В: Его посвятили в те же тонкости, как вас?