Чистильщик
Шрифт:
— Где конкретно его видели?
— В том то и проблема, что в разных частях города. Один в квартале имени Обелта, это рядом с крупными игрушечными фабриками, а второй у северо-восточных трущоб.
— Ясно, значит практически никаких зацепок у тебя нет. Пока у нас есть только Лафрат.
— Настоятель? Что с ним? — спросил Гревиш.
— Сейчас расскажу.
Пока Магнусен пересказывал все, что ему до этого рассказал Астер, а также добавлял некоторые мысли по этому поводу, чистильщик поднялся с дивана, подошел к окну. Глядя на заснеженную
Легкий стук в дверь вырвал Астера из воспоминаний.
— Господин Магнусен, к вам посетитель.
— Кто?
— Местный звонарь Сесил.
Магнусен нахмурился, на мгновение бросил взгляд на Астера, затем, повернувшись к двери, произнес:
— Пусть войдет.
От резкого толчка дверь чуть не слетела с петель. Горбун вбежал в помещение, запнулся за складку на ковре и бухнулся на пол.
— Эй, ты живой? Не надо так влетать, будь осторожнее, — произнес Магнусен, подойдя к горбуну и протянув ему руку.
Звонарь уцепился за кисть мага, надсадно кряхтя, поднялся, его взгляд прошелся по комнате и остановился на Астере.
— Господин! Срочно нужна ваша помощь! — воскликнул Сесил.
— В чем? — спросил Астер.
— Силентию похитили.
Астер подошел к бледному, тяжело дышащему Сесилу, положил руку на плечо.
— Успокойся. Ты уверен, что это было похищение?
— Да! Соседи слышали, как в доме, где она проживала, раздались крики, а когда пришли на помощь, то увидели мертвого Пиртона — музыканта, играющего на гитаре, — а Силентия пропала.
— Что ж, идем. Пока что Лафрат единственный подозреваемый. И только у него были серьезные претензии к Силентии, — произнес Магнусен, затем задумчиво потер пальцами подбородок. — На месте уже наверняка полиция. Сделаем так. Гревиш и Астер, вы вместе с Сесилом идите к заброшенному дому, потому что как показал опыт с Людором, жертв могут прятать в таких местах перед отправкой куда-то дальше. Я же попробую договориться с полицией, чтобы дали осмотреть место происшествия.
— Алаги еще не вернулась, — напомнил Гревиш.
— Я оставлю записку, чтобы дождалась нас, — сказал Магнусен. — Все, не теряем времени, а то мне еще хочется осмотреть убитого музыканта, а может случиться так, что его тело увезут в морг. Не хотелось бы потом топать туда.
Бледный свет фонарей остался позади. Астер и Гревиш, следуя за Сесилом, вошли в узкий переулок. Они пришли в ту часть города, в которую порядочные граждане соваться не стали бы — городские трущобы. Здесь живут в основном рабочие фабрик: грузчики, уборщики и прочий черновой люд. Помимо них в трущобах обитают разного рода подростковые банды. Крупные бандиты давно переместились в более богатую часть города.
Старые каменные и деревянные здания ничем не напоминают блеск и изящную архитектуру строений
Неподалеку раздались хлопки выстрелов и сдавленный крик. Гревиш вздрогнул, втянул голову в плечи.
— Ты специально ходил сюда, следя за настоятелем? — спросил Астер, покосившись на звонаря.
— Нет, у меня тут живут друзья, и я иногда прихожу играть с ними, когда есть перерыв от дел в соборе. Просто так получилось, что однажды, возвращаясь поздно вечером, я увидел настоятеля, что зашел в один из домов на окраине, а потом вышел в шляпе и бинтах.
— Что у тебя тут за друзья в таком-то районе? — поинтересовался Гревиш, то и дело поглядывая по сторонам.
— Ну, местные мальчишки. Мы часто играем в догонялки, когда они перекидывают друг другу мяч, а я бегаю за ним. Еще однажды играли в короля. Мне дали самодельную корону и жезл и все передо мной кланялись, называя королем.
Пока они шли к нужному дому, Сесил продолжал рассказывать. Была игра в единственного защитника, когда он должен был охранять крепость, а дети закидывали его снежками. Еще была игра в пугало, когда его обряжали в пугало, привязывали к шесту и оставляли в поле.
— Да они просто издевались над ним! — наконец воскликнула Ника.
— И тебе нравились такие игры? — наконец спросил Гревиш. — Разве не было желания больше не приходить?
— Почему? — шепелявя, спросил Сесил. — Конечно, мне нравилось. До пятнадцати лет я рос один, никто со мной не общался, а прихожане боялись и сторонились меня. Вокруг было много народу, но я всегда был один. Так что, когда со мной начали играть, это было по-настоящему весело. Я… понимаю, что вы хотите сказать. Я тоже думал об этом. Эти игры похожи на издевки, но даже так… пусть так… это намного лучше, чем быть одному.
Навстречу им попалось несколько банд, но они даже не сделали попытки подойти, так как стоило встретиться взглядами с Астером, как все тут же опускали глаза, втягивали головы в плечи и старались быстрее уйти. Иногда, конечно, попадались и обычные люди: пышная женщина, что высунулась из окна и вылила грязную воду из ведра; мужчина в испачканной желтой рубахе и штанах на подтяжках, вышедший на крыльцо дома покурить; несколько шлюх, появившихся из местного бара вместе с парочкой сильно подвыпивших клиентов; маленький чумазый воришка, что улепетывал со всех ног от матерящегося, но уже порядком запыхавшегося мужчины.
Вскоре они оказались на окраине города, возле одиноко стоящего дома, с заколоченными окнами и дверью. Щели в стенах были с палец толщиной и тот факт, что они не заткнуты тряпками, красноречиво говорил о том, что дом необитаем.
— Дверь заколочена, — произнес Гревиш, подойдя ближе.
— Это только видимость, — прошепелявил Сесил. — Если чуть потянуть, то гвозди легко выходят.
С этими словами звонарь без особых усилий вытянул доски.
— Вперед не суйтесь, — сказал Астер, оказавшись рядом с горбуном.