Чистильщик
Шрифт:
– А где Костик? – застопорилась она в дверях. – Он пошел открывать двери – и пропал!
– Костик пошел писать! – солидно объявил Стае и респектабельно усмехнулся: – По крайней мере, так он мне сказал.
– А вы кто такие? – не удовлетворилась ответом настырная «крайняя». – Я вас раньше вроде не видела! Так-так…
Знаете, с дамами я никогда не дерусь, но в тот раз подумал: сейчас еще два лишних слова, и придется бить любознательную нимфетку по неокрепшей головушке – а то подымет хай на весь ФОК!
Ситуацию вытащил Валера Базыров. Вогнав передок патрульного «уазика» в сноп света, падающий из распахнутой двери сауны, он выскочил из рычащей машины и
– Ну вы там долго еще будете?! Надо рулить еще – бросьте ее на хер! И без нее обойдемся!
То ли вид патрульной машины и облаченного в форму должностного тела успокоил «крайнюю», то ли в глазах Валеры она прочитала ужасающие для себя перспективы, но нимфетка покорно вздохнула и трусцой припустила к «рафику», где ее уже ожидал дружный коллектив ударниц секс-труда.
Как ни странно, бурной сцены у притаившейся в лесу машины со спецаппаратурой не случилось. Видимо, что-то в облике Славы Завалеева заставило прекрасных дам с ходу поверить в выдвинутую им версию о «программе защиты и перемещения свидетелей». А может быть, вид аппаратуры, интригующе мигающей разноцветными индикаторами и лампочками, их очаровал – в общем, обмороков и истерик не последовало.
Слава доходчиво объяснил, что мы – бригада специалистов, осуществляющих экстренные акции программы защиты свидетелей при парламентской комиссии России по безопасности, и каждая с этой минуты подпадает под юрисдикцию данной программы. Потому что все они, увы, стали нежелательными свидетелями в грязной игре руководства правоохранительных органов области, и мы получили достоверную информацию, что сегодня их собираются злодейски лишить жизни заметающие следы негодяи. Затем Слава сообщил, что мы установили радиопрослушивание переговоров злоумышленников и очень скоро прекрасные дамы могут сами убедиться, какая страшная опасность им угрожает. Закончив выступление, Слава прибавил громкость на каком-то аппарате и сказал, чтобы дамочки внимательно слушали – скоро, дескать, их хватятся, и тогда начнется такое!
Накануне Слава с Серегой неплохо поработали: весь радиоспектакль был рассчитан по минутам, лишние слова и фразы вымараны, компоновка радиопереговоров произведена так, что смысл их был предельно ясен. Короче, в настоящий момент Слава прокручивал для нимфеток магнитофонную запись.
– Четыреста пятьдесят пятый – Граниту, – внезапно прохрипел в динамике голос Мики, более похожий на стон. Десятисекундная пауза, вновь болезненный Микин призыв: – Четыреста пятьдесят пятый – Граниту! – И так – в течение трех минут. Злой Четыреста пятьдесят пятый, по всей видимости, позволял себе роскошь халатно относиться к радиопереговорам. Наконец, после десятого или одиннадцатого Микиного стона Четыреста пятьдесят пятый соизволил выползти в эфир.
– На приеме Четыреста пятьдесят пятый. Что там у тебя, Гранит? – лениво ответил голос замначальника УВД.
– Дмитрий Сергеевич! – чуть ли не хором воскликнули дамочки и тут же испуганно прикрыли рты – заозирались по сторонам.
– Четыреста пятьдесят пятый, у нас тут ЧП! – болезненно воскликнул Мики. – Они ушли!
– Сколько их там было? – после некоторой паузы поинтересовался Четыреста пятьдесят пятый.
– Десяток, – ответил Мики. – Все свалили – нету их!
– Заблокируй вход – жди, – распорядился Четыреста пятьдесят пятый. – Сейчас я пришлю к тебе людей – быстро прошмонайте ближние подступы… С этими церемониться не надо… как нашли, сразу на месте… гхм-кхм… ну, ты понял. Если в течение часа вы их не обнаружите – я город подыму. Один хер, никуда они не уйдут… – Далее пошли какие-то команды силам
Слава убавил громкость и мудро заметил:
– А вот тут уважаемый Дмитрий Сергеевич ошибается – не видать им вас как своих ушей…
А еще через пятнадцать минут мы благополучно передали весь комплект дам двум солидным дядечкам, скучающим в автобусе «Вольво» неподалеку от въезда на автостраду. Впереди еще последний рывок, от которого многое зависит в успешном завершении общей работы. Но там все будет в ажуре, потому что последним рывком занимается Бо.
В 21.35 мы с Сашей Шрамом преодолели лесополосу и присоединились к Бо.
– Ну и что? – поинтересовался я.
– На, смотри, – Бо протянул мне прибор ночного видения.
Я посмотрел. Ничего себе – все как и обещали. Возле обочины – самосвал, наполовину заполненный керамзитом. Многовато керамзита, многовато… Это вы слегка переборщили, ребята! Для того чтобы в овраг сорвался «шестисотый», мне хватило полкуба – а тут никак не меньше трех…
Неподалеку от самосвала я обнаружил «девятку», в которой просматривались три головы.
– Чего я не увидел? – шепотом спросил я у Бо.
Разделительную полосу на пару десятков метров утрамбовали, – нехотя пояснил Бо. – Отсюда не видно… Два часа назад экскаватор уехал.
Я присмотрелся повнимательнее – разделительный газон чернел ровной полосой. Это понятно – чтобы самосвалу было удобнее выскочить на встречную полосу, когда «Икарус» приблизится к радиусу поворота.
– Какие соображения? – поинтересовался я, отдавая Бо прибор.
– Почему соображения? – удивился Бо. – Все так и будет – как обещали… В пятистах метрах отсюда к городу – возле дороги в кустах гаишная машина и в ней два гаврика. В восьмистах метрах отсюда к аэропорту, за вторым холмом – другая гаишная машина и тоже – два гаврика. Рейс прибывает в 22.30. Кто-то из порта сообщит по рации, что экспресс выехал – здесь он будет ориентировочно в 22.50 – плюс-минус пять минут. В 22.45 гаишники перекроют трассу – самосвал рассыплет керамзит и встанет на исходную. Гаишники пропустят «Икарус» – посмотрят по номерам, тот ли… и по рации сообщат этим – в «девятке». «Икарус» спускается, самосвал выскакивает на встречную, «Икарус» тормозит – и привет… пятьдесят трупов.
– Почему пятьдесят? – заинтересовался я.
– Потому что все крякнут, когда этот сарай громыхнется в овраг, – самым прозаическим образом развеял мои сомнения Бо. – Ну, не пятьдесят, может, больше, может, меньше – короче, сколько там будет людишек – все трупы. Это я тебе гарантирую…
– Как работаем? – спросил я.
– Жмем на передачу, – Бо похлопал себя по нагрудному карману «комка», в котором покоилась «Моторолла». – И даем команду «МОЧИ!»… ну, где-нибудь в 22.40… да, раньше не стоит. В ста – ста пятидесяти метрах от каждого объекта сидит снайперская пара и держит их под прицелом. Пять секунд – семь трупов: гаишники там и там и эти трое – в «девятке». «Икарус» спокойно проскакивает мимо – и никто ни о чем не догадывается. А менты будут долго ломать голову – как такая хреновина получилась…
Я задумался. План простой и легко осуществимый, вполне в духе Бо. И все в этом плане прекрасно, но…
– Нет, не так, – решаюсь я и тяжело вздыхаю – сейчас начнется!
– Ну вот – началось! – обиженно бормочет Бо. – И чем тебе не нравится план? Ну-ка поучи отца е…ться!
– Да при чем здесь «поучи»! – мягко отпираюсь я. – У нас есть прекрасная возможность одним ударом завалить двух, а то и трех зайцев. Если, конечно, твои бойцы не подкачают…
Бо возмущенно фыркнул – я попал куда надо!