Чистильщик

Баттлз Бретт

Перед ними находилось старое пятиэтажное здание, стены которого уже давно нуждались в покраске. Другие дома на этой улице имели гораздо лучший вид. От тротуара к облупленной синей двери вела небольшая лестница.

Пока Дюк одолевал ступеньки, Квин сумел существенно сократить расстояние между ними. А когда тот входил в дом, пулей взлетел по лестнице и успел ухватиться за ручку двери, прежде чем та успела полностью закрыться.

Он замер, прислушиваясь. Если бы Дюк почуял опасность,

то должен был всполошиться. Однако звук медленно удаляющихся шагов за дверью свидетельствовал об обратном. Подождав, пока шаги совсем стихнут, Квин открыл дверь и проскользнул внутрь.

Он очутился в темном подъезде. К трубе у стены был пристегнут цепочкой велосипед. Слева от Квина висели видавшие виды почтовые ящики. Перед ним была еще одна дверь, ведущая на лестницу. Подпертая внизу кирпичом, она была настежь открыта. И, судя по всему, сохраняла подобное положение уже не один год. За ней вправо поднималась лестница, а в глубь здания уходил коридор.

Квин направился вперед и остановился у ступенек. Запах сырости, кухни и мочи резко ударил ему в нос. Такие и даже сохранившиеся в лучшем состоянии здания были непригодны для жизни. Следовательно, Дюк не мог здесь обитать. Должно быть, его привело сюда что-то другое.

Используя лестницу в качестве прикрытия, Квин осторожно выглянул в коридор, ожидая увидеть там Дюка. Но коридор был пуст. Однако оттуда донесся какой-то слабый звук, словно там скулила собака. Квин осторожно стал разведывать, откуда тот исходит, пока не нашел его источник в небольшой нише.

Лифт.

Спустя мгновение специфический звук оборвался: Дюк поднялся до места назначения. К сожалению, возле лифта не было индикаторов этажей, и Квин не мог определить, на каком этаже тот вышел.

Здание было невысоким, и в отличие от Дюка Квину не составляло труда взобраться наверх по ступенькам. Он вернулся к лестнице и начал по ней подниматься.

Квин настиг Дюка на четвертом этаже, когда тот стучал в дверь. Скрываясь в тени лестницы, Квин выжидал.

Дверь отворилась, и из нее высунулась голова пожилой дамы.

— Фрау Рус, — произнес Дюк по-немецки. — Мне нужно поговорить с ними.

— Хорошо, герр Ремер, — ответила она. — Подождите немного.

Дама удалилась, оставив дверь приоткрытой. Квин медленно двинулся по коридору. Приблизившись к Дюку, он притворился, что ищет что-то в кармане, наклонив голову, чтобы скрыть свое лицо. Дюк мельком взглянул на него и вновь повернулся к квартире пожилой особы.

Проходя мимо толстяка, Квин остановился. Дюк на миг заподозрил неладное и обернулся.

— Добрый день, герр Ремер, — улыбаясь, произнес по-немецки Квин.

Глава 23

Квин

пнул Дюка так, что тот влетел в дверной проем и в мгновение ока оказался в прихожей. Переступив порог, Квин ногой закрыл за собой дверь. В дверном проеме справа от них появилась пожилая дама.

— Что тут происходит? — воскликнула она по-немецки.

Дюк обрушился всей тушей на старый, покрытый чехлом стул. Обернулся и, поглядев на Квина, стал подниматься на ноги.

— Не двигаться, — предупредил его Квин, после чего метнул взгляд на пожилую даму и, перейдя на немецкий, кивнул на дверь в дальнем конце прихожей: — Что там?

— Кто вы такой? — требовательно спросила она.

Квин перевел взор на Дюка и спросил по-английски:

— Что там, за этой дверью?

— Ванная, — ответил тот.

Квин обернулся к даме и попросил ее пройти в ванную. Но она не шелохнулась. Тогда он обратился к Дюку:

— Может, она тебя послушается. Скажи, что, если будет упрямиться, я ее пристрелю.

— А в чем, собственно, дело? — осведомился Дюк.

— Говори.

Дюк обернулся к пожилой даме:

— Фрау Рус, пожалуйста, пройдите в ванную.

На этот раз та повиновалась. Квин подождал, пока за ней закроется дверь, и снова обратил взор на Дюка.

— Вставай, — приказал он.

Дюк оперся на стул и поднялся на ноги.

— В чем дело, Квин? Что случилось?

Квин фыркнул, но ничего не ответил.

— Я ничего не понимаю. Пожалуйста, объясни. Ты меня пугаешь.

— Ладно, — сказал Квин. — Не будем ходить вокруг да около. И сразу покончим с твоим «ничего-не-понимаю-зачем-ты-здесь». Идет?

Дюк резко сунул руку в карман, но Квин его опередил. Вынув нож, он схватил Дюка за волосы и приставил лезвие к горлу толстяка:

— Не слишком хорошая идея.

Дюк застыл.

— А теперь медленно, — продолжал Квин, — руки в стороны.

Тот собрался что-то сказать, но Квин его оборвал:

— Тихо.

Дюк повиновался. Квин отпустил его волосы и направил свою руку туда, где только что шарил ею толстяк. И выудил пистолет. «Глок».

Квин сунул его себе в карман.

— Еще оружие есть?

— Нет, — ответил Дюк.

Квин сильней прижал нож к его горлу.

— Нет, — повторил Дюк. — Больше ничего нет.

— На стул, — приказал Квин.

Он убрал нож и позволил Дюку сесть. На лбу толстяка выступила испарина. Напротив стоял журнальный столик. Сбросив кипу лежащих на нем журналов на пол, Квин устроился на краю.

— На кого работаешь?

— Тебя это не касается.

Квин повел ножом: