Читай по губам...
Шрифт:
Прохладный воздух прикоснулся к пылающей коже и я, прикусив губу, поерзала. Доминик раздвинул мне ноги, и я послушно поддалась, полностью раскрываясь перед парнем. Хотела его настолько сильно, что казалось, даже отчаянно. Сама тянулась за поцелуями, а он, в противовес, жадно на меня набрасывался. Дико, резко и безумно. Целовал каждый сантиметр тела и ладонью сжимал грудь, второй рукой опустившись к моему лону. Ласкал так, что я за считанные секунды потеряла остатки здравого разума, но из-за этих прикосновений желала только большего, из-за чего сама потянулась к ремню Доминика.
Он перехватил
— Моя девочка… — хрипло сказал он и сделал первое движение, в поцелуе своими губами ловя мой стон.
Доминик входил очень медленно, наполняя меня собой постепенно и, как же остро это было. Так, что от каждого толчка тело сводило судорогой и дрожью, а сознание все сильнее мутнело, отгоняя мысли и отдавая меня ощущениям. Я горела, словно в лихорадке и цеплялась за Моно. Казалось, что это мой предел, но, в тот же момент желала еще больше. Так, чтобы разбиться о волны той жажды, что бурлила внутри меня, а потом полностью восстановиться.
Наверное, длительное отсутствие близости сказывалась во многом и даже в том, что желая быть осторожными, мы все равно будто бы с цепи срывались и набрасывались друг на друга, но нам действительно было хорошо.
— Доминик… — простонала, чувствуя, как подходила к грани и то, как уже в следующее мгновение тело пробило дрожью от испытуемого оргазма, который лишь усиливался от того, что Доминик все еще двигался во мне, делая последние движения особенно глубокими и затем кончая внутрь.
Я тяжело дышала и не могла сказать ни одного слова, но сейчас мне и так было хорошо. Раздражал лишь громкий звонок на телефоне Доминика, который раз за разом разрывал тишину.
В конце концов, парень выругался и достал из кармана мобильный, после чего ответил на звонок:
— Да.
Я не слышала, что Доминику сообщил собеседник, но Моно почти сразу изменился в лице и, когда телефонный разговор был окончен, он мне сказал:
— Нашли Реми.
Оказалось, что Прежан его действительно хорошо спрятал, и Реми удалось найти лишь потому, что мы знали, что он точно находился в частной больнице и так же у нас имелись его снимки.
Выяснилось, что Реми вместе с месье Леграном находились в Бордо. Они все так же считали, что лечение входило в страховку и явно ничего не подозревали, а Доминик в тот же день, когда узнал о местонахождении его брата, сразу же заказал билеты на самолет.
Естественно, я собиралась лететь вместе с ним, даже несмотря на то, что прогулы учебы уже сейчас казались критичными.
По Доминику я ничего понять не могла. Даже его взгляд теперь казался непроницаемым, но вот лично я довольно сильно нервничала. Из-за этого не могла сосредоточиться и даже чуть не поехала в аэропорт в комнатных тапочках.
Лететь до Бордо не больше часа, но рейс был вечерним, поэтому в юго-западный порт Франции мы прибыли уже в то время, когда начало темнеть.
— Заселимся в какую-нибудь гостиницу? — спросила у Доминика, когда мы вышли из аэропорта, но парень на мой вопрос отрицательно качнул головой.
Он слишком долго ждал,
Часы посещения уже давно прошли и, по сути, нас не должны были пускать в здание, но в частных и крайне дорогостоящих больницах правила всегда были гибкими и молоденькая медсестра, узнав к кому мы пришли, тут же позвала врача, а тот, услышав имя Прежана, разрешил нам ненадолго зайти к Реми.
По мере того, как мы подходили к нужной палате, я все больше начинала нервничать, но старалась не подавать вида. Вот только, когда Моно без стука дернул ручку двери и открыл ее, я вовсе перестала дышать.
Реми был у себя. Сидел на подоконнике и что-то читал. Гипс с его руки все еще не сняли, но в остальном он выглядел чуточку лучше. Хотя, даже на лице все еще виднелись огромные синяки, сейчас приобретшие багровые оттенки.
Я заметила то, что Реми, увидев нас, удивленно приподнял брови, но больше я акцентировала внимание на Доминике. Заметила, как он остановился и, смотря на парня замер. Он его точно узнал.
По глазам Моно я ничего понять не могла, но чувствовала, что эта встреча подобна чему-то такому, что вообще за гранью понимания. Тому, что восстанавливало внутренний мир.
— Как ты тут оказалась? — Реми обратился ко мне, вообще не обращая внимания на Доминика, но и в нем я почувствовала нечто странное. Может, он ничего не помнил, но чувствовал хоть какое-то родство. Все же до потери памяти Реми обожал своего старшего брата.
— Слушай, нам нужно с тобой кое о чем поговорить, — пробормотала, раз Доминик молчал. — Месье Легран очень хороший человек, но он скрывал от тебя правду. На самом деле тебя зовут не Эжен, а Реми.
— Ладно, — Реми слегка протянул это слово. Будто с иронией и казалось мои слова он вообще не принял за правду. — Значит, Реми… А если без шуток, зачем ты пришла? Я видел свое свидетельство о рождении и знаю, как меня зовут. То, что у меня амнезия еще не повод выставлять меня идиотом, — Реми сдвинул брови на переносице. Он явно с раздражением отнесся к моим словам.
— Все твои документы подделаны… — попыталась объяснить, но парень, наклонив голову набок, прищурил глаза и перебил меня:
— Зачем ты пришла? Еще и со своим… — Реми не закончил. Зло стиснул зубы.
Доминик же в этот момент достал из кармана снимок и, подойдя к парню, протянул ему фотографию.
Это был тот снимок, на котором были Доминик и Реми в подростковом возрасте. Наверное, единственная оставшаяся фотография с того года, когда Реми отправили с Санари.
Парень взял снимок и, нахмурившись посмотрел на него, а Доминик в это время сказал мне:
— Нану, оставь нас одних.
Я кивнула и вышла в коридор, после чего немного отошла в сторону, ведь боялась, что, если останусь около палаты, попытаюсь подслушивать разговор парней, а они заслуживали того, чтобы нормально поговорить. Без тайных свидетелей.
Я пошла к автомату и купила себе кофе, после чего, облокотившись одним плечом о стену, потихоньку пила его.
Я прекрасно видела, как дверь резко открылась и из палаты вышел Реми. Злой, взвинченный и безумный. В этот момент сам не свой.