Читая маршала Жукова
Шрифт:
Быть может, все не так. Быть может, конники боялись летать, им это было просто, обязанности их не обременяли, время им было нипочем, а Триандафиллов, экономя время, летал и, по теории вероятности, подвергал себя большему риску. Кто знает…
Словом, лучший наступательный теоретик Красной Армии погиб. В Первую мировую он был штабс-капитаном. Стало быть, военспец. Не миновать ему было чаши, которая одного Шапошникова миновала. Повезло Триандафиллову. Легкая смерть. Но - "Его разработки, связанные с будущей войной, важнейшими положениями советской военной стратегии и оперативного искусства, к сожалению, так и не были доведены до конца." Это признание в устах полководца, сыгравшего такую роль в войне, означает трагически много в терминах наших баснословных военных потерь.
Впрочем, сожаление, выраженное по этому поводу, влечет нас дальше в наших разысканиях: ведь мастерство Жукова где-то было отточено.
Весной 1931 года слушатели вернулись в свои части. Всего полгода. Мало. Мало даже для одного Халхин-Гола.
5. Интерлюдия. Февраль…
… 1961
То, что позднее прочел, прежде увидел на экране - молодые, умные лица высших командиров РККА, учителей Жукова.
Потом камера прошлась по их книгам с дикими штампами на обложках -"ПОГАШЕНО".
Погашено - что? Военная мысль?
Именно. Из грамотного высшего комсостава уцелел лишь Шапошников [5] , жалованный маршалом, но раздавленный морально, смевший предлагать, но никогда настаивать.
Сидя с окоченевшими ногами в нетопленном зале, я впервые увидел кадры ставших легендарными учений Киевского военного округа с 12 по 17 сентября 1935 года. Разрабатывалась операция по окружению Киева и его обороне -ровно за шесть лет, почти день в день, до сдачи города. "Противник" наносил удары в обход в сходящихся направлениях. Пехота поднималась в атаку после мощной артподготовки и наступала за огневым валом. За прорывом обороны следовал ввод на оперативный простор подвижных соединений - танков и кавалерии. В месте предполагаемого замыкания кольца окружения выброшен был массовый десант, военная история тогда еще не знала такого. В нем участвовало 2953 человека, имевших на вооружении, кроме карабинов, 29 станковых пулеметов, 10 орудий, танк и 6 автомашин. "Парашютный десант большой воинской части, виденный мною под Киевом, я считаю фактом, не имеющим прецедента в мире", - написал заместитель начальника штаба французской армии генерал Луазо. Английский генерал Уэйвелл доносил правительству: "Если бы я сам не был свидетелем этого, я никогда не поверил бы, что подобная операция вообще возможна."
[5]Б.М.Шапошников, помимо личного обаяния, удивительно невоенных манер и других неоспоримых достоинств, обладал, видимо, и дипломатическим даром. Инсинуации против Тухачевского попутно создавали материал и на него. Но ходу этому материалу дано не было. О Шапошникове ни одна живая душа не отозвалась худо. Он был буквально Христос в военном мундире. Он оказал колоссальное влияние на ход начального этапа ВОВ, к сожалению, негативное. Потрясение чисткой несомненно укоротило ему жизнь.
На меня, дитя войны, слушавшего, затаив дыхание, зловещие сводки, знавшего о высотах, взятых любой ценой, о штрафбатах и кровавых навальных атаках, измученного зрелищем калек-инвалидов чуть постарше меня самого, брошенных матерью-Родиной на улицы просить милостыню, а позднее узнавшего правду-матку о нелепой рассогласованности действий не только между родами войск, но даже между смежными соединениями, эта умная война произвела такое впечатление, словно в руках моих взорвалась и изранила меня елочная игрушка: так всем этим Красная Армия владела! и все это было у нее отнято! умение бить врага малой кровью!
Маневрами руководил командующий КВО И.Э.Якир, один из лучших военных умов ХХ века, теневой лидер РККА [6] . Эти маневры отмечены не только тем, что на них впервые в мировой практике отрабатывалась новая теория глубокого боя, но и тем, что маневры были не двух-, а трехсторонними. В качестве третьей стороны задействованы были дивизии Польши, отношение которой к СССР в те годы не было ясно, и Якир оперировал и "польскими" соединениями, совмещая это с обязанностями командующего маневрами.
[6]По крайней мере, так оценил его Сталин, вложивший в уста жертв кровавого пира показание, что именно Якира планировали назначить наркомвоенмором после устранения Ворошилова.
В двадцатых - начале тридцатых годов руководящей доктриной РККА была доктрина сокрушения (ее и разрабатывал Триандафиллов.) Одним из компонентов доктрины было ни в ком из приверженцев не вызывавшее сомнений восстание трудящихся в тылу капиталистического агрессора с последующим установлением советской власти… и так далее. Якир, отдавая должное механизированным войскам и новой тактике, теорией сокрушения пренебрегал. Готовясь воевать малой кровью, он усиленно занимался вопросами стратегической обороны и побуждал к этому коллег-командующих. Врага д о лжно сперва измотать в приграничном сражении, утверждал он, для чего на первой фазе войны придется, возможно, даже отступить на 150-250 километров в глубину своей территории. Лишь расстроив противника всеми способами, включая диверсии, - а партизанские базы, уничтоженные после расстрела Якира, строились им тогда по всей приграничной Украине, - сосредоточив силы, можно наносить удар по всем правилам современного оперативного искусства.
"Поворот Тухачевского
Несмотря на грандиозный десант, попытка окружения города была предотвращена. Киев тогда удалось отстоять. Надо полагать, эти маневры шестью годами позднее помогли задержать вермахт у стен города на срок, стерший в пыль план блицкрига…
В двадцатые годы разгромленная и исключенная из европейской семьи Германия искала связей. То же было и с Россией. Побежденные сговорились. Раппальский договор пробил брешь в их изоляции. В соответствии с договором и секретными протоколами к нему (вот когда вошли в практику секретные протоколы), между РККА и рейхсвером наладились связи. В СССР немцами построены были заводы, на них производилось оружие для рейхсвера, запрещенное к производству в Германии Версальскими соглашениями, в том числе химическое ("Томка" в Подосинках). За это СССР получил технологию, инженеры учились. В рамках сотрудничества командиры РККА стажировались в Германии и прошли там насыщенную программу по стратегии и тактике. А офицеры рейхсвера, включая прославленного впоследствии Гудериана, присматривались к русским новшествам, гоняли самолеты в Липецке и танки на танкодроме Казанской танковой школы (переформированной затем в разведшколу. Полковник Иван Афанасьевич Киргизов, мой сослуживец, был слушателем этой школы, предназначенной для подготовки агентуры длительного оседания в Китае. Осенью 1941 года школа была распущена по личному приказу Сталина. По свидетельству Киргизова, офицеры до конца войны проболтались в штабах не ниже дивизионного и ничего не сделали для победы за исключением одного слушателя - комбрига П.С.Рыбалко).
Версальскую дамбу рейхсвер преодолел раппальским проломом.
Якир прослушал курс в Высшей военной академии германского Генштаба в 1927-28 и приглашен был прочесть там лекцию о своем военном опыте. Поход его группы войск 12-й армии, обескровленной в предыдущих боях, из района Бирзула-Голта по тылам противника к Житомиру и Киеву, стал классикой выхода из окружения.
Когда великого Мольтке [7] в пылу поклонения сравнили как-то с Фридрихом Великим, он, подумав, отверг сравнение. Он сказал, что никогда не осуществлял самого сложного в войне - отступления.
[7]Мольтке Хельмут Карл Бернхард (1800(1891), граф, генерал-фельдмаршал, начальник прусского (затем имперского) Генштаба, фактический главнокомандующий прусской армии во франко-прусской войне 1870-1871 г.г. В трудах проводил идею упреждения противника в мобилизации и развертывании армии на границе, внезапного начала военных действий с тем, чтобы с разных направлений двигаться к одному пункту ("врозь идти - вместе драться"), охватить противника с флангов, разгромить, окружив, в одном генеральном сражении и тем добиться победы в быстротечной войне.
Якир отступал с ранеными, артиллерией, обозами. Он не просто выходил к своим, он шел, громя тылы врагов. Прокладывая путь, учитывал не только тактическую, но и политическую ситуацию. Он играл на враждебности сторон и проскальзывал буквально между их боевыми порядками. После лекции Якира восхищенный Гинденбург подарил ему книгу Шлиффена "Канны" с надписью, смысл которой был - "От самого старого стратега германской армии самому молодому стратегу Красной Армии."
Самый молодой стратег и тактик РККА, командующий Киевского Особого военного округа расстрелян был первым из восьмерки командармов. За ним Примаков. Он-то еще в 1920-м в телефонных переговорах непочтительно посылал будущего генсека, когда тот вопреки приказу Реввоенсовета увел свою Первую Конную с Варшавского направления на Львов и слал приказы не подчиненному ему командиру корпуса Червонного казачества. Тогда же заложена была и ненависть Сталина к Тухачевскому. Сухорукий вождь с завистью глядел на красавца-командарма. Уведя Первую Конную с направления главного удара, Сталин впоследствии обвинил в неудаче похода на Варшаву комфронта Тухачевского, но тот не принял обвинения и контраргументировал насмешливо и мощно. О том, как оценивал Тухачевского Жуков, довольно сказано даже в 1-м, сильно процеженном идеологическим аппаратом варианте "Воспоминаний и размышлений". Но лучше все же обратиться к 12-му изданию:
"Мы чувствовали, что главную руководящую роль в Наркомате обороны играет он" (Тухачевский. Это при наркоме Ворошилове… - П.М.)
"Меня тогда поразило то, что он почти ничего не сказал о Сталине (Уже тогда ковалась святость вождя. О нем полагалось петь в любом выступлении. А если кто не пел, то это поражало. Речь идет о выступлении Тухачевского на партактиве в 1931 году.
– П.М.) Сидевший рядом со мной начальник войск связи, старый большевик-подпольщик Р.В.Лонгва сказал мне, что Тухачевский не подхалим, он не будет восхвалять Сталина, который несправедливо обвинил Тухачевского в неудачах наших войск в операциях под Варшавой."
"Вспоминая в первые дни Великой Отечественной войны М.Н.Тухачевского, мы всегда отдавали должное его умственной прозорливости и ограниченности тех (Выделено мной. Так у Жукова. Тем более убедительно. Маршал не виртуоз пера, и это подлинно его фраза.
– П.М.), кто не видел дальше своего носа, вследствие чего наше руководство не сумело своевременно создать мощные бронетанковые войска, и создавали их уже в процессе войны."
Сидя в стылом кинотеатре, я глотал злые слезы.
Не все новинки 1935-го применены были даже под Сталинградом. Туда, в район Калача, где замыкалось кольцо вокруг армии Паулюса, наверняка чесались руки выбросить десант. Осуществлять не стали. Погода нелетная, то да се…