Чудак
Шрифт:
С таким традиционным приветствием в мою палату вошёл Халхад, через месяц после инцидента с похищением маршала. Сигор уже предложил мне стать его помощником, согласился я с облегчением. Ведь свои шансы попасть в стражу Арканикса я оценивал здраво, и понимал их ничтожность. К тому же другой помощник маршала, Халхад являлся калаштаром. Необычная, не виденная мной ранее раса, родом с другого континента, все представители которой были псионами!
Вначале Халхад вообще меня игнорировал, или если быть точным, как он признался после, прибывал рядом со мной в особом состоянии транса. Этот транс был ему нужен для лучшего исследования заинтересовавшего его феномена, скорее даже аномалии в моём лице. А через неделю после нашей первой встречи, он впервые пришёл
Халхад показал, что знает о моих неоднократных прохождениях через Спираль. На вопрос о том, как он это понял, калаштар ответил, что мой разум закалён Пламенем Небытия, если я не ошибаюсь, он имел ввиду Забвение. После этого Халхад навещал меня каждый день, рассказывая про культуру своего народа. Ничего определённого по поводу псионических техник и практик он мне не сообщил, зато много внимания уделял культуре и вере своего народа.
– Да будет светел и твой.
– Ответил я согласно традициям калаштар.
– Урб, у меня есть чудесные новости! Сегодня ночью я спрашивал совета у своего наставника, который ныне часть ил-Йанны[68]. Он одобрил мой выбор ученика. Поэтому с этого дня можешь считать себя ищущим!
– Подожди, ведь ищущими называют приверженцев Пути Света?
– Да! Поверь, это не только великая честь, но и ответственность. Ты будешь одним из первых не калаштар, причастившихся ил-Йанне. Наставники через меня откроют тебе великие знания. А главное тебе больше не грозит быть сожженным Пламенем Небытия! После прекращения жизненного пути, ты станешь частью ласкового ил-Йанны, тебе не придётся отстаивать свою личность в битве с Пламенем, а лишь передавать накопленную мудрость вопрошающим у ил-Йанны. Когда же память о тебе среди живущих угаснет, ты вновь родишься, но уже калаштаром!!!
Когда-то, в начале своей прошлой жизни, я скорей всего поверил бы Халхаду, и радостно принял бы новую веру. Вот только всё, что я узнал за свои жизни о высших силах, говорило мне одно: Альтруизм им чужд! Да, их служители могли помогать разумным, но только если того требую догмы и постулаты веры. И абсолютно неважно, что это за силы, божества ли, первородные духи или абстрактные объекты поклонения, наподобие Серебряного Пламени. С другой стороны я никогда не имел сильного революционного духа и в принципе мог бы согласиться принять власть этих высших сил над собой... если бы эта власть не распространялась на мою память.
– Прости Халхад, но я отказываюсь.
– Что? Как? Почему?!!
– Недоумение на лице калаштара медленно сменялось яростью.
– У меня уже есть вера, я верую в Спираль, которую местные друиды называют Колесом Перерождений.
– Я решил солгать и воспользоваться уже придуманной для Дрего религией. Вот только надежда на то, что мой собеседник уважает другие конфессии оказалась тщетна.
– Тогда твоя душонка будет вечно гнить в Доларрхе!!!
С того дня как Халхад вышел из моей палаты, громко хлопнув дверью, его отношение ко мне кардинально поменялось. И вместо доброжелательности пришла ненависть и даже презрение. Не то, чтобы это меня волновало, но теперь постоянно приходилось быть на стороже. Мало ли что взбредёт ему в голову, вдруг решит наказать оскорбившего его веру. Ну, с точки зрения калаштара оскорбившего. К счастью от простой демонстрации неприязни, к делу Халхад не переходил.
* * *
Анклав дома Ориен в Каррлактоне являл собой ничем не примечательный особняк. Единственное, что
"Стоп. Постоянный! Нигде доселе в этом мире я не чувствовал столь ровного магичекого фона!!! Это определённо изолирующая камера, судя по сложному рисунку, вырезанному в толще пола для ритуала связанного портала. Забвение, какая сложная в этих стенах структура. Я явно просто не способен ощутить её своими чувствами в полной мере. Хотя вот эти семь элементов вроде не имеют невидимых для меня слоёв, я пожалуй смогу их повторить. Конечно изолирующую структуру я создать не смогу, но можно попробовать придать своим ритуальным кругам стабильности. Интересно, получиться благодаря такой универсальности отказаться от внешней цепочки рун, а внутреннюю сделать постоянной, чтобы не пришлось составлять её заново для каждого случая?"
Погружённый в размышления, я бездумно прошёл в открывшийся портал и последовал за Сигором. Переместились мы в какое-то большое здание, чьи зачарованные стены и перекрытия мешали моей экстрасенсорике. Другие маршалы отделились от нас сразу после прохождения портала. Мы же с Халхадом неотрывно следовали за своим работодателем по лабиринту коридоров и залов, наполненных множеством разнообразных разумных. Большое количество народу и расслышанные обрывки разговоров явно давали понять, что это какое-то научное заведение, занимающееся археологией. В другое время я бы обязательно задался вопросом, что понадобилось в таком месте маршалу? Но сейчас все мои мысли занимал расчёт того, как нужно переработать ритуальные круги для применения увиденных только что конструкций. Из калейдоскопа прокручиваемых в голове вариантов компоновки кругов меня вывело лишь достижение Сигором своей цели.
Мы вошли в дверь с табличкой, гласившей: "Нелт Лонн, доктор археологических наук". Кабинет этого Нелта был обставлен весьма необычно. На стенах висело множество странного оружия, шкафы с витринами, в которых за стеклом покоилось множество никак не связанных между собой вещей, на настенных полках тоже размещались непонятные вещи. Ржавые мечи, обломки каменных ножей и топоров, просто заточенные деревянные колья, циклопических размеров. Древние книги, рассыпающиеся на глазах манускрипты, каменные таблички с неведомыми надписями. Явно волшебные жезлы, габаритами больше похожие на дубины, шары тёмного стекла с голову огра размером, и фонящие непонятной силой осколки Сибериса. Впрочем, удостоверившись, что ничего интересного с практической точки зрения для меня в этой кунсткамере нет, я вернулся к своим размышлениям, лишь краем сознания отмечая происходящий в кабинете диалог.
– Доктор Лонн? Я Сигор д'Денейт, старший маршал стражи[69].
– Да это именно я.
– Из-за заваленного бумагами стола поднялся немного сутулый, но в остальном совершенно непримечательный мужчина за сорок, в сером потрёпанном сюртуке.
– Проходите, садитесь. Чем могу быть полезным?
– Просто вы, насколько я знаю, оказались невольным свидетелем, одного интересующего Маршалов дела.
– Правда? Я конечно всегда готов помочь доблестным защитникам правосудия, но боюсь, вас ввели в заблуждение. Последние два года я провёл в джунглях другого континента, лишь ненадолго пополняя запасы в деревнях тамошних аборигенов.