Чудеса ремесла

Каждый раз страшно. Ветер завывает и треплет тебя за волосы. Пот пробирает до самых пяток, но плотная одежда хорошо отводит влагу, не дает замерзнуть. “Входим в поворот” – раздается в голове. Я зачем то киваю, моему транспортному средству это до фонаря. Отверстие

чердака черной пастью приближается слишком быстро. Жара и яркие краски июня меняются на темноту и холод в одно мгновение. Контраст настолько сильный, что непроизвольно чихаю. Для Гриши словно комариный писк. “Будь здоров” – успеваю услышать в голове на фоне бесконечного трепыхания. Глаза еще не привыкли, но нос ощущает запахи закрытого помещения, голубиного помета и пыли.

– Спасибо, Гриня, дальше сам, – нахожу в полумраке Гришу и хлопаю по клюву. “Бывай, Малыш” – Гриня кивает. Точно кивает, хотя почти его не вижу. Сколько лет Григорию уже никто не помнит. Превратники, (не путать с привратниками) могут существовать столетиями, пока Светлый Ум в прощении не унесет их в Бесконечность. Почти полная цитата из учебника первого класса по введению в магическую историю. Каждый раз поражаюсь человеческой душе способной перемещаться в тела животных. Пусть и не по своей воле. Суровое наказание, но по-своему справедливое. Оказаться в теле животного, как цена за преступление против живого.

Сколько крыс, голубей, бродячих собак и других мелких тварей сгубил этот город. Редко кто из горожан догадывается, что треть этих тварей – бывшие человеческие создания. Бывшие убийцы всех мастей и времен в темнице чужого тела. Те, кто выживали в новом образе, принимали правила игры. Превратники давно стали частью Магии Города, наряду с оборотнями, лифтовиками и иногда красными

человечками. Хотя последние не ладят с превратниками и почти не используют Магию Города. Дети леса, которые вынуждены адаптироваться в городе. Их конек – Жива, магия Леса. Если перед вами проносится ласточка с красным наездником, будьте уверены, что ласточка самая настоящая. Мы не умеем общаться с дикими животными, зато превратники могут читать мысли, а некоторые даже разговаривают. А рассказать им есть что. Боюсь ли я темных подвалов, чердаков, подъездов людей? Скорей опасаюсь. Здесь проще заблудиться или угодить под завал, чем попасть кому-то на обед. В остальном, спасает многолетняя смекалка и Магия города. В прямом смысле.

Дед рассказывал, что однажды угодил в квас, что продавали на жарких советских улицах. Кто-нибудь помладше запаниковал и возможно утонул бы. Но деду не привыкать. Сквозь крышку бидона он послал иллюзию звона в уши человека. И пока бидон стоял на обочине, дедуля создал пенный разряд и вытолкнул себя через крышку. Мог и приврать для красного словца. Но Магия города – это сильная штука в умелых руках. Это не только с превратниками общаться или пакости иллюзорные устраивать. Все отлично помнят случай на городском фестивале в начале нулевых. “Испортили фестиваль” – выражение ставшее устойчивым и чаще означает досаду от неудачи. Люди часто устраивают разные фестивали и любят шуметь, есть и пить в больших количествах. Даже я, городской житель в седьмом поколении не терплю этих сборищ. Тесно, жарко, резкие запахи и звуки. Но чаще люди делают это в определенных местах, на которые суются разве что мелкие падальщики.

Конец ознакомительного фрагмента.