Чудильщик
Шрифт:
– Я не вижу, – сказала я. – Читаю в учебнике и не вижу. Алгебра мимо пролетает. Не понимаю. Все время про нее думаю.
– Что отчима в городе не было?
Я вскинула глаза на Рината. Его полудлинные волосы прилипли к лицу, а взгляд был серьезный.
– Ты упал и ударился, что ли? – тихо уточнила я.
– Я – нет. Мне отец говорит, что таскать нас будут, пока не замучают совсем и пока мы сами не скажем, что не знаем, кого тогда видели.
Я вздрогнула и снова оттолкнулась ногой от земли. Попала в лужу, чертыхнулась. Отец у Рината был адвокатом, но не таким, как мечталось
– Слушай, там все на мази уже, – продолжил Ринат. – Одни мы придерживаемся другой точки зрения. Им хочется, чтобы все было красиво, неужели сама не понимаешь? Но если надо, нас уломают любыми способами.
– И что ты предлагаешь? – вздернулась я, поправляя основательно промокший бомбер. – Что, Ринат?
– А ты – что?
Я подумала и сказала самую очевидную вещь на свете:
– Я сдохну, но ничего не подпишу.
Ринат закатил глаза и толкнулся ногой раз, два, три. Мы закрутились быстро-быстро, и я дернулась к поручню, так резко, что случайно схватилась за руку Рината.
– Проверял меня, да, придурок? – выплюнула я, но пальцы не разжала.
– Мне нечего тебя проверять. Просто для отличницы ты слишком глупая, – отозвался Ринат и вдруг улыбнулся.
Я начала рассеянно считать, сколько времени не видела его улыбки: день, два, три…
– Натаскать тебя по остальным предметам? Я не дурак, ты же знаешь, просто вид делаю.
– Не отказалась бы. А Ирка?
– Что Ирка, – буркнул Ринат. – Устроила сцену, что я с тобой все время. Расстались мы.
– Мы же по делу, – огорчилась я.
– Скатертью дорожка.
Ринат вдруг подавился воздухом и проехался ногами по земле, останавливая карусель. Я испугалась и выпустила его руку.
– С-старик, – сказал Ринат, куда-то показывая.
Я проследила за направлением его пальца. Лавочка, забор, за забором – деревья. Пустой угол двора, если не считать дикое количество мусора.
– Какой старик? Там нет никого.
Я перевела взгляд на Рината. Он заметно посерел, и я испугалась:
– Ринат, черт, что с тобой?
Он помотал головой, сделал глубокий вдох и бросил:
– Глупости.
– Ну какие это глупости? – Я почувствовала, что в груди закипает обида. – Мы вроде одни остались. Во всем мире. Какие глупости? Расскажи!
Ринат зажмурился и замотал головой, а потом взял меня за руку:
– Сон снится. Тебя ищет какой-то старик, а я пытаюсь ему помешать. Страшный он. Часто мне рассказывает, что поговорить с тобой не может, а ему надо.
Я кивнула и в этот момент вспомнила про парня. Совпадение было, по меньшей мере, странным.
– Ничего. Знаешь тот анекдот? В следующий раз продиктуй деду мой адрес, – попросила я, стараясь унять разволновавшееся сердце.
– С ума сошла. Я тебя не сдам.
– Ринат, это сон же, – отозвалась я и неожиданно для себя самой поинтересовалась: – А глаза у него какого цвета?
Ринат мотнул головой, задумался:
– Голубые, а что? Такие, с серым оттенком.
Я подавила разочарованный вздох:
– Ну и скажи ему, где я живу.
Ринат
На следующее утро школы не было, а родители уехали к друзьям (я же вроде как взрослая и могу быть одна). Я сунулась на кухню и поняла, что нужно вынести мусор. Не снимая тапочки, вышла на площадку, спустилась на пролет, полязгала ящиком. Обернулась, чтобы идти в квартиру, и тут увидела старика. Он просто стоял у обтянутой красным дермантином двери шестьдесят восьмой квартиры. Обычный дед, но смотрел на меня так, что пробирало. Я замерла, растерянная и напуганная. Откуда он появился? Не из портала же. Шагов я не слышала, и дверь эту жуткую никто не открывал.
– Прекрасные у вас одежды, сударыня, – сказал старик, и мне почудилось что-то знакомое и правильное в его интонациях.
Но это был не зеленоглазый парень, а непонятный человек с туманно-серыми глазами. Он не знал, как спасти Таньку, а значит, я в нем не нуждалась.
– Простите, – произнесла я, нарушая главное правило, не разговаривать с незнакомцами. – Это ведь вы снились Ринату?
Старик рассмеялся в бороду, и я наконец-то его разглядела. Наверное, когда-то он был писаным красавцем, об этом говорили удивительные глаза. Он опирался на трость – совершенно обычную, и одет был, хоть и странно, но не из ряда вон. Сначала я приняла его наряд за хламиду волшебника, но, приглядевшись, поняла, что это просто старое пальто.
– Мне пришлось присниться этому молодому человеку, сударыня, потому что ваш сон был занят одним зеленоглазым типом.
Я вздрогнула и неуверенно поднялась на ступеньку.
– Вы знаете его? Мне очень, очень нужно с ним поговорить.
Старик ответил не сразу, а когда ответил – я даже вздрогнула.
– Почему всем нужен этот пострел? – Он тяжело оперся на трость. – Маргарита, скажите, что у вас за желание? Подумайте хорошенько. Знаете, иногда не стоит доверять всяким зеленоглазым.
– Танька! – У меня помутилось в головке. – Чтобы она живая была! Чтобы все стало хорошо, чтобы я успела! Чтобы спасла ее!
Старик помолчал и встал на ступеньку ниже. Видно было, что каждое движение дается ему с трудом. Мне – почему-то – стало его жалко.
– Это хорошее желание, но вы понимаете, Маргарита, его трудно исполнить. Невозможно даже.
– Но… постойте. Постойте, – сказала я, хватаясь за перила. – Вы же обещали.
– Маргарита, вы запутались, обещал вам он, – сказал старик. – Он показал вам картинку, и вы захотели, чтобы она сбылась. Маргарита, Маргот, он так и работает, бусы не просил еще?
Я сделала два шага наверх. Посмотрела на старика повнимательнее:
– А вы можете, как он?
Тот даже закряхтел как-то смешно. Я прыснула, думала, такое только в книжках пишут.
– Мог когда-то, – сказал он и пошел по ступенькам вниз.
Я испуганно прижалась к стене.
– Маргарита, если мы с вами, во имя Великого Хаоса, заключаем сделку, вы должны понимать последствия.
Я закивала головой, не осознавая ни слова.
– Да, я вижу… – Старик усмехнулся, вставая рядом. – Что ты такая же, Маргот. Тебе портал подавай?