Чудо-мальчик
Шрифт:
— Да, верно. Я видел ослепительно-яркий свет.
— Я так и думал. Все из-за того света. Значит, ты видел тот свет.
Вытащив одну сигарету, он поднес ее к носу, тщательно обнюхал, словно проверяя свое обоняние, и прикурил. Запрокинув голову, он очень медленно вдыхал сигаретный дым, будто в это мгновение для него в этой жизни не было ничего важнее запаха табака. В те минуты он был похож на буддийского монаха, выполняющего некий ритуал.
— Поэтому ты пришел. Я верю в то, что похожие люди тянутся друг к другу, где бы они ни находились, словно Земля и Луна. Нас тянет друг к другу. Мы очень похожи.
— Но сюда пришел не я, а вы, брат. И еще, вы говорите, что мы похожи, но что
Фыркнув, он громко рассмеялся и сказал:
— Если даже мы не очень похожи сейчас, в будущем — мы станем. Пока что важно лишь то, что я страстно желал увидеть тебя.
— Почему вы так хотели увидеть меня? — спросил я.
— Потому что я тоже в далеком прошлом видел тот свет. Я, как и ты, видел тот ослепительно-яркий свет. Он был настолько теплым и мягким, что, войдя в него, не хотелось выходить обратно. Однако мне пришлось вернуться назад одному, оставив там любимого человека. Я думал о тебе, с тех пор как увидел тебя по телевизору. Я не знаю, возможно, ты именно тот человек, которого я так долго ждал. Быть может, поэтому ты сейчас и появился возле меня. Потому что способности, которыми ты обладаешь, крайне необходимы мне для одного дела.
Я попросил его дать мне сигарету. Он охотно протянул мне всю пачку. Вытащив одну сигарету, я сразу почувствовал ее запах. Действительно ли мы так сильно похожи? Я вдруг вспомнил рисовую солому, которая так хорошо высохла на осеннем солнце, что было приятно смотреть на нее. Что будет, если ее поджечь? Насколько ее запах будет отличаться от запаха сигарет? Я попросил Кантхо дать мне прикурить. Когда он выполнил мою просьбу, я вдохнул дым так глубоко, точно это был дым всей моей жизни. Горячий и едкий, он заполнил горло и сразу попал в легкие. В это же мгновенье я закашлялся, зашатался, меня затошнило, закружилась голова.
— То, что я чудо-мальчик, не означает, что я все умею делать хорошо, — пробурчал я, одновременно смущаясь и злясь на себя.
— У тебя голова кружится не из-за сигарет, — задумчиво промолвил брат Кантхо.
Нахмурив лоб, продолжая кашлять, я поинтересовался:
— Тогда из-за чего?
— Она кружится из-за этих разговоров, — спокойно ответил он.
— Каких еще разговоров? — спросил я, все еще хмуря брови.
— Разговоров о том, что мы с тобой сильно похожи, о том, что я искренне желал увидеть тебя, о том, что я тот человек, которого ты ждал… Я имею в виду эти разговоры.
Я решил, что раз он попросил называть его «брат Кантхо», то я буду звать его просто Кантхо. Узнав, что по ночам я не сплю из-за мыслей об отце, он отправил меня в поселок Сингири, находящийся в провинции Чолладо. Там жил человек по имени Мугон, с ним-то я и провел семнадцатую весну своей жизни.
Первое, что приходит на память, когда говоришь о Мугоне, это его густые, длинные брови и выпуклые, словно сосновая шишка, глаза. Его псевдоним Мугон состоял из двух иероглифов, что означало «цельный», но мне почему-то казалось, что по смыслу было ближе значение «пустой, без всякого содержания».
Почти с десятилетнего возраста путешествуя с торговцем лекарствами, продававшим средство, якобы исцелявшее от всех болезней, и обойдя так всю страну, он везде продемонстрировал свою суперсилу. Одним словом, он был первым чудо-мальчиком.
Дядя Мугон, с его широкими плечами, грубым, смелым лицом, толстыми, словно крышка котла, мощными и крепкими ногами, напоминавшими бетонные опоры моста, даже просто стоя всем своим видом красноречиво говорил, что единственное, во что он верит в этом мире, — это его тело. Поэтому одно лишь зрелище его здорового тела заставляло детей, на физиономиях которых расцвел чешуйчатый лишай, и слабых, худых стариков с желтыми от недоедания лицами верить в то, что можно жить без особых болезней. А поскольку он еще и показывал суперсилу, эффект был максимальным. Номер, с которым он выступал на базарных площадях во всех уголках страны, проходил следующим образом:
1. Сначала дядя Мугон, вытащив меч, одним ударом разрезал толстую
2. Съев редьку, он наливал до краев в тарелку из-под лапши бензин из бочки и набирал его в рот, точно суннюн [31] . После этого, держа в обеих руках горящие факелы, он ходил по кругу, вращая ими, как на спортивных соревнованиях, а затем подносил пламя ко рту и извергал целый фонтан огня. Каждый раз, когда зрители видели это, они приходили в восторг, взрываясь аплодисментами или сигналя с проезжавших мимо машин. А пока люди горячо хлопали, он, схватив щипцами рыбу, жарил ее на том же огне. Однако, выполняя этот трюк, приходилось быть осторожным, чтобы не проглотить бензин.
31
Вода, настоянная на чуть подгоревшем рисе. Считается, что она улучшает пищеварение.
3. Потом дядю Мугона обматывали тремя толстыми железными цепями: одной перехватывали грудь, плотно прижимая руки к туловищу, второй связывали согнутые колени, а третью цепь, которая соединяла предыдущие две между собой, перекидывали через его плечо. Концы каждой цепи скрепляли отдельным замком. Закрыв замки, торговец лекарствами бросал ключи от них в близлежащую сточную канаву. Затем с помощью зрителей он швырял дядю Мугона, ставшего похожим на мокрицу, в наполненный до краев резиновый бассейн с высокими, почти равными росту взрослого человека бортиками. Все зрители, привстав на цыпочки, пытались рассмотреть, что там творится, но им была видна лишь зловеще плескавшаяся вода. В таком напряжении проходили одна, две, три, четыре минуты. А потом дядя Мугон, разорвавший все три железные цепи, вставал, выдувая воду, словно кит, и ополаскивал рот, в который до этого набирал бензин. Такая демонстрация суперсилы заканчивалась после того, как, обыскав сточную канаву, находили ключи.
Когда суперсилач дядя Мугон увлекся учением «данаг» [32] , он обнаружил, что усердно продаваемые им лекарства от всех болезней не имели абсолютно никакого эффекта.
Однажды шарлатан, продавец лекарств, собрал группу из нескольких человек и обратился к ней с такой речью: «Мир, в котором мы живем, это мир, в котором возникает ноющая боль, горечь на языке, колотье в сердце; это мир, в котором слезятся глаза, дурно пахнет изо рта и немеет тело; это блеклый, отвратительный, сухой, мрачный мир». Тогда полицейские, не имевшие ни терпения, ни желания слушать мошенника, арестовали его, а вместе с ним и дядю Мугона.
32
Учение об оздоровлении тела с помощью определенной системы дыхания.
Причиной ареста они назвали распространение ложных слухов об эффективности лекарства. Торговец твердил о своей невиновности и о пустых наветах, но полицейские, не став разбираться, просто побили его. Для дяди Мугона, закаленного железными цепями, эти удары, наверное, были все равно что лечебный массаж, но старик, который всю жизнь только и делал, что продавал фальшивые лекарства, сразу упал в обморок.
Дядя Мугон мог спокойно выйти из полицейского участка, раздвинув железные решетки, казавшиеся ему мягкими, словно корейские тянучки, но он, верный своему долгу, всю ночь ухаживал за потерявшим сознание стариком. Потому что, как потом говорил дядя Мугон, тот старик тоже пытался лечить его в свое время: кормил его тем самым лекарством от всех болезней, мазал им его голову, заставлял нюхать. Но лекарство от всех болезней не подействовало. Старик же, после того как его отпустили, вернувшись обратно в гостиницу, слег и потом долго болел, в конце концов став полупаралитиком.